Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

охотящаяся на заблудившихся в горах, пещерах и штреках людей. Душит их своими тонкими длинными пальцами и до последнего смотрит в глаза. По поверьям Аэры она ищет свою младшую сестру, которая увела жениха, а саму ее замуровала в каменную пещеру.

Запись четвертая. О законах воздухоплавания и торговли

— Посторонись! — закричал рабочий, и разгрузочная лапа, натужно зажужжав, опустила на каменную мостовую перетянутый канатами груз.

Пышущий горячим паром подъемник разжал пальцы креплений и поднялся вверх. На грубом необработанном дереве ящика стоял красный оттиск — эмблема — лежащие на боку песочные часы, которые я в первый раз приняла за очки. Знак «Миэр Компании», одного из главных поставщиков Острова, а также управы Льежа, двора первого советника и многих других. Компания отца Гэли. Погрузчик издал пронзительный гудок…

Две девушки, судя по алым эмблемам на подбитых мехом плащах, будущие жрицы, вздрогнули и отпрянули в сторону.

В воздушной гавани Академикума с самого утра царило оживление. Слышались шипение газовых горелок легких гондол, крики птиц и рабочих, отрывистые команды, запах свежего дерева и машинного масла.

Громадный бок грузопассажирского дирижабля, так похожего на кита, качнулся и с шорохом коснулся каменного борта пристани. Я поежилась.

— Спустимся на судне отца, — Гэли ухватила меня за руку и потащила к воздушной площадке. — Уже объявили посадку.

Несколько учеников перед нами показали служащему компании голубые квитки билетов.

— Папенька не любит пустых рейсов, — прокомментировала подруга.

— Мисс Миэр, — тут же взял пол козырек кондуктор. — Леди Астер, — он посторонился, пропуская нас в просторную пассажирскую кабину. Под гигантским брюхом дирижабля она казалась бородавчатым наростом. Грузовые корзины уже опустошили, и воздушное судно готовилось отправиться в обратный путь.

— Не удивляйся, — хихикнула Гэли, — отец в первый же день нашего знакомства навел справки.

— Полагаю, наша дружба одобрена, — я прошла мимо скамеек прямо к распахнутому окну и положила ладонь на подоконник. Дерево было теплым и гладким.

— Всецело, — засмеялась подруга. — Ведь у тебя есть не только титул, но и неженатый старший брат.

— Боюсь разочаровать мэтра Миэра, но Илберт избегает магесс, как огня, — я вспомнила, с какой злостью он смотрел на меня после того турнира.

— И вы не нуждаетесь в богатом приданом, хотя и не отказались бы от финансовых вливаний, — продолжала невесть чему радоваться подруга.

— Как и любой другой род.

— Это мне и нравится в тебе Иви, ты не ищешь выгоды, — девушка встала рядом. — И не воротишь от меня нос из-за происхождения. — Она вздохнула и указала на приближающегося Пьера. — Как представлю, что ты выйдешь замуж за кого-нибудь вроде этого напыщенного маркиза, и он запретит тебе видеться с купчихой…

— Выход один, — поддразнила я подругу. — Тоже найти жениха с титулом, и тогда даже он, — я отвернулась от сокурсника, покупавшего билет с таким видом, будто он делал одолжение всему миру, — не сможет отказать тебе от дома и не нанести при этом оскорбление роду, ведь дуэли явно не его конек.

— Хорошо бы, — подруга оглядела гавань.

Ученики, магистры, рабочие… Два рыцаря в полном облачении, кольчугах и шлемах прошли к пришвартованной сбоку легкой гондоле. Высокая жрица в длинном плаще поднималась по ступенькам, держа в руке учетную книгу, считала деревянные ящики и делала пометки на страницах. Воздушная гавань — единственный пункт сообщения с Аэрой. Она напоминала треугольник, нависающий над бездной. Словно Остров высунул каменный язык, чтобы показать его всему миру. К пирсу были пришвартованы многочисленные летающие суда, но никто пока не переплюнул по размерам дирижабль Миэров.

Рыцари в латах поднялись на борт легкой гондолы, рассчитанной не более чем на десять человек. На ее вытянутом шаре был нарисован герб Академикума: на зеленоватом поле щита пузырек с компонентом перечеркивали ключ Отречения и меч Ордена. С тех пор как маги предали богинь, жрицы и рыцари были призваны следить за колдунами и за теми изменениями, что они несли в мир.

Корзина гондолы была открытой и легонько покачивалась. Ветер сорвал с головы стоящей у борта женщины капюшон и растрепал короткие черные волосы.

— Мисс Ильяна? — удивилась подруга. В это время стоящий рядом мужчина повернул голову и показал нам изуродованный глаз. — Магистр Йен Виттерн? — тут же узнала его Гэли и спросила. — Как думаешь, у них роман? Для этого они и спускаются в Льеж?

— Для чего? — не поняла я.

— Ну… — смутилась она. — Для того... самого.

— Я, конечно, не специалист, но если это то, о чем я думаю, то свободную комнату можно найти и в Магиусе.

Пластины стабилизаторов наклонились, хвостовые лопасти, подчиняясь движениям рулевого, качнулись, и легкое судно отошло от воздушного пирса. Пол под ногами задрожал. Я не заметила, как вцепилась в подоконник. Пушистая муфта упала на пол.

— Графиня Астер боится летать, — засмеялась Гэли.

— Отстань, Миэр, — я толкнула подругу плечом. — Я не боюсь летать, просто как вспомню о той катастрофе в столице, не по себе становится.

— Брось, это произошло сто лет назад. Тогда рулевые были идиотами, дознаватели же во всем разобрались. А папенька не нанимает идиотов, грузами он дорожит куда сильнее, чем людьми. Уж можешь мне поверить. Да и вспомни, князь все же выжил, так что шансы есть в любом случае… — я повернулась, и подруга замолчала.

— Да, князь выжил.

На тот свет отправилось всего лишь несколько десятков придворных, в том числе и прежний первый советник, которого сменил отец Алисии, а еще экипажи двух судов, весь цвет торгового сословия и около сотни горожан, чьим домам не повезло попасть под удар неуправляемых воздушных гондол. Мне тогда было восемь, у отца в кабинете лежало личное приглашение князя на весеннюю прогулку, но маменька занемогла, двух рабочих в шахте засыпало, брат спутался с дочкой молочника, которая уверяла, что носит под сердцем его ребенка. И граф Астер, отправив сына в дальнее имение, благо и у тамошних крестьян тоже имелись дочки, сам остался дома.

А вот его старший брат, дядюшка Витольд, был на той гондоле. Произошло столкновение судна князя и судна торговых представителей, надеявшихся на понижение пошлин. Взорвался газ. То, что Астеры придавали земле на фамильном кладбище весенним теплым днем как тело дяди, могло поместиться в коробочку для искусственных мушек. Собрали