Три ошибки в одном уравнении - Наталья Малышева

порог гимназии, Ярослава снова ощутила, что что-то не то творится в родных стенах. Девушка опять ловила на себе мимолетные взгляды, но в них чувствовалось что-то недоброе. В гардеробе на окошке Ярослава увидела несколько цветных листов. Девушка издали узнала фотографию Кирилла, поэтому подошла поближе, чтобы прочитать текст, напечатанный на листовках.

Жирными красными буквами под фотографией Кирилла, стоящего в летнем парке рядом с каким-то представительным мужчиной, было написано «Золотой мальчик — сын проворовавшегося чиновника!».

Елисеева непонимающе переводила взгляд с фотографии своего молодого человека на жестокую надпись. Выйдя из гардероба, девушка достала сотовый телефон и в поисковике набрала «Москва. Червов. Скандал». Поисковик выдал серию статей об Андрее Андреевиче Червове, депутате государственной думы, обвиненном в коррупции и должностных нарушениях. На фотографиях был тот самый мужчина, с которым Кирилла напечатали на листовках.

Войдя в класс, девушка увидела Кирилла. Молодой человек сидел за их общей партой и выглядел мрачнее тучи. Ярослава хотела подойти и успокоить его, но не успела ничего сказать. Кирилл увидел открытые в браузере статьи, и его лицо исказилось от гнева.

— Ты же обещала! — молодой человек ненавидящим взглядом посмотрел на Ярославу. Девушка пыталась узнать, в чем она провинилась, но в это время прозвенел звонок, и в класс вошла Анжела Сергеевна, учительница литературы.

— Анжела Сергеевна, разрешите мне пересесть, — отчеканил Червов. — Я не могу сидеть с Елисеевой по личным причинам.

Одноклассники зашептались, а учительница внимательно посмотрела на Кирилла сквозь свои изящные очки в тонкой золотой оправе.

— И куда же вы, Червов, желаете пересесть? — ровным спокойным голосом поинтересовалась Анжела Сергеевна.

Кирилл обвел класс взглядом. Все места были заняты, только рыжий Мишка на задней парте сидел один.

— Да вон хоть к Прохорову, — предложил Кирилл, собирая в стопку учебник, тетради и дневник.

— Хорошо, пересаживайтесь. Но этот вопрос необходимо решить еще и с классным руководителем. Не думаю, что из вас с Прохоровым на задней парте получится хорошая компания.

— А может быть их просто поменять местами? — неожиданно послышался звонкий голос Дарины. — Прохоров с Елисеевой вместе занимаются алгеброй. Наверное, смогут и в школе ужиться.

Ярослава повернулась и взглядом нашла подругу. Плетнева ликовала. Не успела девушка понять, что происходит, как с ней рядом уже сидел Мишка Прохоров, а Кирилл перекочевал на самую заднюю парту.

На переменах Кирилл избегал Ярославу, а одноклассники перешептывались, обсуждая содержимое листовок. После третьего урока произошло и вовсе неслыханное. Дарина ушла от своего соседа по парте Генки Потапова и пересела к Кириллу.

Ярослава пребывала в печали. Девушка не могла понять, как ее жизнь за одно утро могла так кардинально измениться. И самое главное Дарина, которую Елисеева считала своей лучшей подругой, и не думала к ней подходить, весь день опутывая своими сетями Кирилла.

Мишка тоже молчал. Сидел себе и слушал учителей, словно не видел, как весь класс бурлит, переваривая новые события. Как можно быть настолько спокойным? А, собственно, чему удивляться? Мишке никогда не было никакого дела до одноклассников. Такое ощущение, что он настроился переждать два последних года в обществе совершенно чужих ему людей и уплыть в океан жизни.

Ярослава отогнала прочь все мысли, дождалась окончания уроков и, ни с кем не прощаясь, уехала в спорткомплекс. В этот день она плавала, как не плавала никогда в жизни. Словно пыталась скрыться в воде от невесть откуда налетевших проблем. Тренер заметил беспокойное состояние девушки и велел ей сильно не увлекаться. Поплавав еще минут пятнадцать, Ярослава пошла в раздевалку. У шкафчиков несколько девчонок лет двенадцати с жаром обсуждали итоги недавних соревнований. Одна девчушка стояла с гордо поднятым подбородком и смотрела на подруг немного свысока. Видимо, это была обладательница одной из призовых медалей, подумала Ярослава, пробираясь сквозь толпу к своему шкафчику.

Всю дорогу домой Елисеева молчала, сухо попрощалась с Николаем и поднялась на лифте на свой этаж. Открыв дверь в квартиру, девушка тут же уловила такой родной и знакомый запах духов.

— Мама! — Ярослава по-солдатски быстро сняла пальто и высокие сапоги на шпильках, и побежала в гостиную. Мама сидела на кожаном диване, разбирая пакеты, привезенные из Финляндии.

— А Ник мне ничего не сказал, — охнула девушка, приземляясь на единственном свободном местечке.

— Он и не знал, — сказала мама. — Я взяла такси, чтобы не отвлекать Николая. И так бедный мотается между гимназией и папиным офисом.

— Я так рада, что ты вернулась, — девушка крепко-крепко обняла маму.

— Ты только посмотри, что я привезла тебе к балу в честь юбилея гимназии, — мама зашуршала пакетами и достала нечто ослепительно белое, струящееся и переливающееся горящими искорками. — Думаю, что на тебе это платье будет смотреться божественно.

Ярослава забыла про все несчастья, когда взяла в руки новое платье. Оно и в самом деле было волшебным и по фасону немного напоминало одежду девушек из древней Греции.

Весь оставшийся вечер Ярослава с мамой примеряли платья и костюмы, обсуждали мамино путешествие и петербуржские новости. А когда с работы вернулся папа, ему устроили специальное дефиле, где на закрытом показе были по второму кругу перемерены все обновы. Настроение у девушки немного улучшилось. Лишь убирая новые платья в шкаф, она снова погрустнела. Ярослава подумала, что на бал в честь юбилея гимназии ей не с кем идти. Дарина теперь ни за что не выпустит Кирилла из своих цепких ручек.

Решая задачи по алгебре, девушка невольно размышляла, почему Кирилл именно ее обвинил в распространении слухов. Еще и эта фраза «Ты же обещала!». Ярослава никак не могла понять, что именно Кирилл имел в виду. Конечно, можно было попытаться объясниться в Интернете, но, скорее всего, в таком настроении Червов даже читать не будет то, что она ему напишет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ярослава грустно вздохнула. А как хорошо все начиналось. Кирилл появился в гимназии, словно заморский принц. Все девчонки только на него и смотрели, а Кирилл выбрал Ярославу. Эта милая переписка во время уроков и любимый столик в маленькой кафешке. Прошло чуть больше недели, а казалось, что целая вечность.

Какое-то неприятное чувство сжимало грудь. Ярослава понимала, что не влюблена в Кирилла. Ей просто нравилось ощущать свое превосходство над остальными девчонками. Над Дариной…

Дарина. Дорогая подруга не упустила своего шанса. Стоит ли ее за это винить? Они с Ярославой поспорили, и азартная душа Плетневой теперь не позволит ей остановиться. Быть может, эти листовки и вовсе Дарининых рук дело. Ярославу бы нисколько не удивил такой поворот событий.

Но почему же Кирилл обвиняет именно ее, Ярославу? Неужели из-за открытой в браузере статьи?