Сбежавшая истинная дракона - Екатерина Гераскина

— И что теперь? — спросила я после долгого молчания.

— Нам о многом нужно поговорить. Я так много хочу узнать о тебе… но думаю, что тебе нужно немного отдохнуть?

— Да. Я… я…

— Пойдем, я совсем не подумал. Нужно было сразу же разместить тебя в комнате. Она как раз уже готова.

— Так быстро?

— Я ведь знал, что рано или поздно смогу достучаться до тебя.

— Александр… — тот с болью посмотрел на меня, и я не смогла отказать ему в немой просьбе. — Отец, а что произошло после того как я… я… переместилась? И я совсем это не контролирую.

— О-о, ничего, я научу тебя. Вот секундочку. — Он встал и поспешил в сторону стола. Подхватил цепочку с темно-фиолетовым камнем и опустил ее в мою ладонь.

— Это от спонтанных перемещений. Пока не освоишь родовую магию, лучше не снимать это. И если ты беспокоишься о том, что нарушила церемонию бракосочетания, то не переживай. Ее завершили, хотя Драгдейр Ривергард слишком уж поспешно покинул ее.

— Он… искал меня, — призналась я, а потом, перехватив плед на плечах одной рукой, другой вцепилась в кисть отца. — Есть ли возможность как-то скрыть меня от него? Это вопрос жизни и смерти.

— Но… почему? Ты моя дочь и ни в чем не виновата. Я сам все улажу с ним. А ты пока приведи себя в порядок. А потом обязательно расскажешь мне обо всем, — он нахмурился.

— Нет, нет. Мне нужна помощь. Он мой… истинный. И мне страшно.

Глава 17

Отец на мгновение замер, словно пытаясь понять, правильно ли он услышал мои слова. Его удивление было таким сильным, что я могла ощутить его как физическое давление.

— Он твой… истинный? — его голос дрогнул от неожиданности, а затем на его лицо набежала тень. — Это меняет дело, — продолжил он, словно разговаривая сам с собой.

Он подошел ко мне ближе, взял мои руки в свои и смотрел прямо в глаза, искренне и глубоко.

— Эвелина, если это действительно так, мы должны действовать осторожно. Истинность… имеет большое значение в нашем мире. Эта магическая связь может быть и благословением, и проклятием, — на последнем слове его голос дрогнул.

Он отпустил мои руки и начал ходить по комнате, собираясь с мыслями.

— Сейчас самое главное — это твоя безопасность. Я дам тебе артефакт. Если что можно будет сказать Драгдейру, что мы пытались скрыть твою сущность от всех, кто может попытаться использовать твою связь с истинным в своих целях. Кто-то знает, что Драгдейр Ривергард твой истинный?

— Н-нет.

— Плохо. А может, и хорошо. А ты сама чувствуешь связь?

— Н-нет, — с трудом выдавила я слова. Отец прищурился, внимательно смотря на меня. А потом качнул головой.

— Потом разберемся. Я не потеряю еще и тебя.

Отец поспешил к деревянному стеллажу, отодвинул старинный талмуд, часть стены отъехала. Там оказался тайник. Отец извлек небольшой, но изысканно украшенный медальон.

— Этот артефакт был создан моим предком для защиты членов нашего рода от внешних угроз. Он скроет твою магическую ауру, делая тебя невидимой для тех, кто ищет тебя по магическим следам. Но помни, это лишь временное решение.

Он повесил медальон мне на шею, и я почувствовала легкое покалывание, словно артефакт активировался, соприкасаясь с моей кожей.

— Теперь ты в безопасности. Надеюсь, Драгдейр еще не понял, кто призвал тебя, — отец нахмурился и, замолчав на пару секунд, о чем-то думал. — Я хочу услышать все. Каждую деталь о твоей жизни. Но об этом поговорим, когда ты отдохнешь и почувствуешь себя лучше.

Отец снова подошел ко мне и обнял, словно пытаясь передать свою поддержку и любовь через это простое прикосновение.

— Я здесь. Я с тобой. Не о чем волноваться, — я почувствовала, как он коснулся моих коротких волос и аккуратно погладил по голове. Потом отстранил меня от себя.

— Кому мне сообщить о твоем местонахождении? У тебя есть… семья?

— Нет.

— Ты воспитывалась в приюте? — обеспокоенно спросил он.

— Нет. У меня была, вернее, есть «мать», но… не нужно никому ничего говорить, пожалуйста.

Отец стал еще мрачнее. Он сверлил меня темными глазами, хмурил лоб и думал.

— Это связано с твоим внешним видом?

— Я просто купалась в озере, — покраснела я и почувствовала себя неловко. Подтянула плед и закуталась в него по самый нос. Отец отступил на шаг.

— Я о том, в каком виде ты появилась в храме. На тебя кто-то напал? Что с тобой сделали?

Кажется, отец был готов убивать. Даже не зная кого и за что.

— Я потом тебе все расскажу. Со мной все в порядке. Ничего непоправимого не произошло.

— Точно, Эвелина? Я беспокоюсь.

— Точно, — более уверенно произнесла я. Не знаю, поверил ли мне отец, но пока временно отступил.

— Теперь с тобой ничего не случится. Я буду рядом.

Я кивнула ему и безоговорочно поверила. Я чувствовала, что важна для него, хотя он и видел меня всего ничего. Такая безусловная любовь отца к дочери, только по одному факту моего рождения.

Я сама не удержалась и, сократив шаг между нами, прижалась щекой к его груди, вдыхая его запах и запоминая его. Он снова обнял меня.

Стало тепло и спокойно. Я не одна.

Так мы постояли какое-то время.

— Мы вместе. Мы нашли друг друга, — тихо сказал он, отпуская меня. — Теперь пойдем. Тебе надо отдохнуть. А как только будешь готова, мы сядем и обсудим все.

Отец вывел меня в коридор. Я осмотрелась.

На полу лежал начищенный до блеска паркет. Сквозь высокие окна проникало солнце. Стены были теплого персикового цвета. Потолок украшали изящные карнизы с лепниной, придающей интерьеру аристократический шарм. В коридоре приятно пахло цветами. Мы миновали несколько деревянных дверей с аккуратными латунными ручками.

Отец подвел меня к одной из них. Распахнул ее и подтолкнул вперед. Войдя в спальню, я сразу окунулась в атмосферу теплоты и уюта. Каждый элемент этой комнаты был подобран со вкусом. Пушистый белый ковер на полу идеально гармонировал с молочным покрывалом и шторами.

Солнечные лучи проникали сквозь полупрозрачный тюль, наполняя пространство нежным светом и создавая игру теней на всех поверхностях.

На стенах были обои в бежевых тонах с рисунком в виде цветов и листьев. Центральное место в комнате занимала мягкая кровать с высоким изголовьем, обтянутым плюшевой тканью цвета молочного шоколада. Даже на вид она была мягкой.

Рядом с кроватью стояла небольшая тумбочка в том же