Статья о любви - Елена Анохина

— Боже мой, — выдохнула она, все еще улыбаясь. — «Я вас любил, а вы не очень»? Это новый перевод Пушкина? Или ваша собственная редакция? Должна сказать, куда более честная, чем оригинал.

Она рассмеялась. Негромко, но именно рассмеялась.

— Вы знаете, Альберт, это, наверное, самое искреннее признание, которое я когда-либо слышала. Без прикрас, без ложной романтики. Прямо в лоб. «Я вас любил, а вы не очень». Это гениально. Это надо высекать на граните.

Он стоял, красный как рак, не зная, радоваться ему тому, что она наконец-то улыбнулась ему по-настоящему, или провалиться сквозь землю от стыда.

— Я перепутал, — пробормотал он. — Там не так.

— Да нет, так гораздо лучше, — она подошла к столу и открыла коробку с тортом. — Ну что ж, раз уж вы так страдаете от моей «неоченьности», придется заесть это горе австрийским шоколадом. Садитесь, будьте как дома. Только, ради бога, больше без поэзии. А то я сейчас тоже что-нибудь сочиню в том же духе. Например, «Я вас любила, как несварение желудка — долго и мучительно».

Она сказала это беззлобно, даже по-доброму. Она разрезала торт, налила чай в две простые глиняные кружки и села напротив него.

Алик сидел, ошеломленный. Его чудовищный, позорный провал обернулся… чем-то иным. Не победой, нет. Но каким-то шагом вперед. Сквозь его толстую шкуру наконец-то пробилось что-то настоящее. И она это увидела. И оценила.

Он взял вилку и молча принялся за торт. Он был чертовски вкусным. И этот момент — нелепый, неловкий, смешной — был самым настоящим за все время их странного знакомства. И он понял, пусть и на мгновение, что быть собой, даже таким дураком, — это единственная стратегия, которая с ней работала.

Глава 13: Статья 306 (Заведомо ложный донос... на кота)

Торт был съеден. Чай выпит. Алик ушел из ее квартиры с ощущением, что побывал в параллельной вселенной, где законы физики и, что важнее, законы межличностных отношений действуют иначе. Он не был принят с распростертыми объятиями, но и не был выставлен за дверь. Он просто… сидел на ее кухне и ел торт. И она улыбалась. Ему. Его дурацкой путанице в стихах.

Этот вечер стал для него маленьким, хрупким трофеем. Он не тыкал в него пальцем, боясь сглазить, а бережно хранил в памяти, перебирая как драгоценность: ее улыбка, ее смех, ее кружка вместо хрустального бокала.

Но трофей нужно было развивать. Оставлять все как есть — значило позволить времени затянуть этот прорыв паутиной забвения. Он не мог просто так прийти к ней снова. Нужен был повод. Предлог. И на этот раз не громкий, не пафосный, а тихий, незаметный, человеческий.

Идея пришла сама собой, когда он сидел в своем кабинете и смотрел на телефон. Мессенджер. Все нормальные люди общаются через мессенджеры. Легко, непринужденно. Он видел, как его ребята переписываются с девчонками — шлют смешные картинки, голосовушки, болтают ни о чем.

Но что он мог ей написать? «Привет»? Слишком банально. «Как дела?» — слишком глупо. «Хочу тебя» — слишком прямо и грубо.

Он снова почувствовал себя беспомощным. Его взгляд упал на подоконник. На нем, греясь на солнышке, развалился огромный рыжий кот — дворовый боец, которого Гриша как-то принес с улицы, подобранного после драки. Кот был независим, суров и приходил только поесть и поспать. Звали его просто — Бандит.

И тут в голове Алика, как искра, вспыхнула гениальная, идиотская, прекрасная идея. Юрист. Она же юрист. Ей можно задать юридический вопрос! Ложный, конечно, но вопрос. Это будет естественно, профессионально и не будет выглядеть как попытка флирта.

Он схватил телефон, нашел ее номер (он давно был у него, добытый все тем же Гришей) и с замиранием сердца написал первое сообщение. Его пальцы, привыкшие набирать угрозы или односложные приказы, дрожали.

Алик:

Здравствуйте, Елена Сергеевна. Это Альберт. У меня к вам, можно сказать, профессиональный вопрос.

Он замер, ожидая. Минуту, две. Ответа не было. Он уже начал проклинать себя за идиотизм, как вдруг телефон завибрировал.

Елена:

Здравствуйте. Я вас слушаю. Но если это о способах утилизации контрабандной электроники, я пас.

Он фыркнул. Она снова была в своей роли. Остроумной, колкой, но… ответила же!

Алик:

Нет, что вы. Вопрос из области гражданского права.

Елена:

Ок.

Он сделал глубокий вдох и выпалил заготовленную ложь.

Алик:

У меня на балкон повадился ходить чужой кот. Крупный, рыжий, наглый. Ест мою колбасу, спит на моем кресле. Я его прогоняю, а он на меня шипит. Какие у меня права? Могу ли я предъявить претензию его владельцу? Или хотя бы на него самого? Например, за незаконное проникновение и порчу имущества.

Он отправил сообщение и зажмурился, ожидая либо полного игнора, либо убийственного сарказма.

Прошло пять мучительных минут. Он уже видел ее ухмылку и сообщение вроде: «Вызывайте спецназ, статья «Захват заложника-кота»».

Но пришел другой ответ. Длинный. Серьезный.

Елена:

Гражданский кодекс, статья 210. Бремя содержания своего имущества несет собственник. Если кот нанес ущерб вашему имуществу (порвал когтями кресло, например), вы вправе требовать возмещения от его владельца. Но вы должны доказать, что ущерб нанес именно этот кот, и доказать стоимость ущерба.

Алик уставился на экран. Она… всерьез ввязалась в эту аферу? Он не поверил своим глазам.

Елена:

Что касается «незаконного проникновения» — это не уголовная статья. Кот не является субъектом права. Вы можете обратиться к хозяевам с претензией о ненадлежащем содержании животного, если оно представляет опасность или причиняет неудобства. Но для начала советую просто поговорить с соседями. Возможно, кот просто ищет приключений.

Он читал и не мог поверить. Она давала ему настоящую юридическую консультацию! По поводу кота! Он лихорадочно стал сочинять ответ, чтобы поддержать беседу.

Алик:

С соседями сложно. Кот выглядит как беспризорник. Боевой, с рваным ухом. Как бывший зэк.

Елена:

Тогда это животное без владельца. Согласно закону об ответственном обращении с животными, вы можете… но это долго. Проще купить ему корм и наслаждаться обществом свободной личности. Или вызвать службу отлова, но это негуманно.

Алик:

Он мою колбасу ворует! Докторскую!

Елена:

Докторская — не самый полезный продукт для кота. Купите ему паштет. Или вискас. Сэкономите на колбасе и избежите судебных издержек по делу «Альберт против Рыжего Беспредельщика».

Алик фыркнул. Она шутила. С ним. В переписке. Это был беспрецедентный успех.

Алик:

То есть, вы предлагаю мне подкупить преступника?