Снова развод. Не его, не твоя - Нина Авсинова

Сошлись.

Моя девушка.

Эти слова звучат как приговор.

Андрей встаёт, направляется к двери. Останавливается на пороге.

— И ещё, — говорит он, не оборачиваясь. — Она счастлива. Впервые за долгое время по-настоящему счастлива. Не порть ей это, Кирилл. У неё и так было достаточно боли.

Он уходит, а я остаюсь один с этими словами.

Счастлива.

С ним.

Как так получилось? Анна только что развелась и уже переметнулась к новому ухажёру? Значит, что — стоило ей стать свободной, как она тут же кинулась в объятия первого встречного?

Ну и пусть.

Значит, вот она какая, вот в чём её суть. Не может жить без мужчины рядом. Сначала тот хирург-изменник, теперь Андрей. Ну что ж… самое главное — до меня ей нет никакого дела. И я должен смириться этим.

* * *

Сейчас сижу в своём кабинете, и вспоминаю, как в тот же вечер Инесса сказала мне, что беременна.

— Мы будем родителями, Кир! — глаза у неё сияют от счастья. — Ты рад? Ты счастлив?

Я обнимаю её, говорю правильные слова. И даже чувствую что-то похожее на радость. Ребёнок. Наш ребёнок. Это то, что нужно. То, что правильно.

Но ночью, лёжа рядом с уснувшей Инессой, я думаю о том, почему жизнь так обернулась.

Почему не с Анной будет у меня ребёнок? Почему не с ней я строю семью?

С тех пор каждый раз, когда вижу Анну в офисе, внутри поднимается злость. Странная, иррациональная злость. Я злюсь на неё за то, что она так легко забыла наше прошлое. За то, что перешла к другому мужчине, не дав себе даже времени погоревать. За то, что смотрит на меня спокойно, без тени сожаления.

Я стараюсь делать дружелюбный вид, вести себя как полагается начальнику. Но внутри всё горит.

А потом мы застряли в лифте.

И я наговорил ей столько всего. Про то, что искал её после развода. Про то, что думал о ней все эти годы. Даже сказал, что Инесса беременна. Но самое главное я так и не успел сказать. Что да, пусть у Инессы будет ребёнок, я буду помогать ей, заботиться о ребёнке, содержать его. Но ради Анны я готов бросить Инессу. Потому что люблю Аню. До сих пор люблю, несмотря на всё.

Но Анна не дала мне договорить. Она сказала, что тоже начнёт новую жизнь!

Значит, она влюблена в Андрея, и у них всё серьёзно. Может, они даже скоро поженятся.

В дверь стучат.

Заходит Матвей с довольной физиономией.

— Кирюха! Приветище! — Он плюхается в кресло, вытягивает ноги. — Ну чё, как там подготовка к свадьбе? Всё по плану?

— Всё нормально, — отвечаю я рассеянно.

— А вот у меня для тебя новости о твоей невесте, — он наклоняется вперёд с заговорщическим видом. — И что бы ты делал без меня, Кирюха...

Я смотрю на него и не понимаю, о чём он говорит. Какие ещё новости об Инессе?

Глава 15

— Заинтриговал, братец, — говорю я, откладывая документы в сторону. — Что имеешь в виду?

Матвей расплывается в довольной улыбке — той самой, которая у него появляется, когда он считает, что раскопал что-то сенсационное.

— Да вот, опять просочилась информация! — он потирает руки с видом заговорщика. — Даже не спрашивай как — через Зою и её подружек узнал. Разговор они её слышали в примерочной.

Я смотрю на него и качаю головой.

— О боже. С вами рядом находиться страшно, банда шпионов. Собирайтесь со своей Зоей и компанией и организовывайте детективное агентство. Не ту профессию ты себе выбрал, Мотя.

— Не называй меня так! — возмущается он, но в глазах читается смех. — Только Матвей!

Я откидываюсь в кресле, изучаю его довольную физиономию.

— Ну, так что там? Выкладывай свои разведданные.

Матвей наклоняется ко мне через стол, понижает голос до заговорщического шёпота:

— Тут немного информация такая, знаешь, больше на догадках основана по непонятному разговору, но вывод девчонки сделали все один — очень сомнителен факт беременности твоей Инессочки.

Я замираю. Буквально перестаю дышать на секунду.

— Что?

— Ну ёлки-палки, ты что, сериалов не смотрел, романы не читал? — Матвей машет руками, как будто объясняет что-то очевидное.

Я сижу и просто смотрю на него.

— Кирюх! Вот обычно таких мужиков, как ты, и можно облапошить. А я-то думаю — кто все эти чудики, которые ведутся на женские хитрости?

Встаю из-за стола и начинаю ходить по кабинету.

Туда-сюда, туда-сюда. В голове хаос.

Инесса не беременна? Это возможно? Зачем ей было врать? Чтобы ускорить свадьбу? Чтобы я не передумал?

— Но что мне делать? — останавливаюсь перед Матвеем. — Как узнать это, чтобы она не обиделась, если вы ошиблись?

Матвей закатывает глаза и фыркает:

— Пффф. Ну хоть для примера попросись с ней в поликлинику, на УЗИ, да в конце концов прямым текстом спроси её. Чай не сахарная, не растает от своих обиженных слёз! — и смеётся, довольный собственной шуткой.

Продолжаю ходить по кабинету. Мысли мечутся.

— Так что, вот так, дорогой брат! — Матвей хлопает в ладоши. — Бросай давай её, пока не захомутала тебя, и лыжи свои к Аньке разворачивай!

Я останавливаюсь, смотрю на него серьёзно.

— У Анны отношения с адвокатом. С Андреем.

— Ну так какие проблемы? — Матвей пожимает плечами с беззаботным видом. — Отбей её у него!

Я продолжаю смотреть на него пристально, не понимая — это он сейчас всерьез или шутит?

— Кир! Ты же гендиректор, а он просто адвокат, — говорит брат и заливисто смеется.

Ясно. Шутит.

— А если она влюблена в него? — спрашиваю я.

Матвей смотрит на меня с таким выражением, будто я сказал что-то невероятно глупое.

— Кирилл, хорош тупить! Ты чё как нытик-то? Не узнаю тебя! — Он встаёт, подходит ближе. — Раньше такой Казанова был, уверенный и самовлюблённый, девушки штабелями ложились. А теперь боишься? Это Инесса на тебя так повлияла? Бросай её нафиг!

— При чём тут Инесса, — бурчу я. — Я боюсь потерять Аню.

— Я тебе осторожно напомню одну вещь, — Матвей поднимает указательный палец, — Аня-то не твоя. Значит, и потерять её не можешь. Включай уже нормального Кирюху и вперёд!

Хватаюсь за голову. В висках стучит.

— Ты меня утомил.

— Короче! — Матвей направляется к двери, но оборачивается на полпути. — Разбирайся с Инессой и думай, как подкатить к Аньке. Ты ж её начальник — устрой корпоратив в баньке или совместную поездку! Ну? Ну не мне же тебя учить!

Он хлопает меня по плечу и направляется к выходу.

— И помни, брат, — добавляет он уже от двери, —