Елена в лабиринте - Анна Пожарская

— О… — мужчина махнул рукой. — Тебя ждет много удивительных открытий. Мало получить постановление суда, потом еще потребуется как-то деньги взыскать. Впрочем, если хочешь — развлекись. Мое предложение в любом случае в силе.

Лена взяла чайник и долила родителю ароматной жидкости. От разговоров о беременности почему-то становилось не по себе.

— Поняла. Давай не будем? — попросила с надеждой на смену темы. — Лучше расскажи, что у тебя творится. Что ты не контролируешь?

— Нашла о чем спрашивать. Я пока сам не понимаю, — отец взял чашку, сделал глоток и нахмурился. — Давным-давно книжку читал одну, триллер, про психологическое давление. Там герою всячески пытались создать иллюзию, что его прокляли и удача от него отвернулась. Хотели, чтобы он парк аттракционов свой закрыл. То оборудование из строя выводили, то деньги крали, подменяли билеты, пугали сотрудников, вредили по мелочи, и ему приходилось: договариваться, извиняться, компенсировать.

— И сейчас тебе кажется, что тот самый герой — ты?

— Именно! С поправкой, что я в удачу и мистику не верю от слова совсем. Другой вопрос, что сейчас с моей точки зрения самое время для предложения, от которого нельзя отказаться, а его никто не делает.

— А ты ждешь?

— Жду! И чувствую себя обманутым. Принцесска внутри меня негодует.

Лена рассмеялась. У отца вышел такой жалобный тон, что ему вполне могли позавидовать все мультяшные персонажи вместе взятые.

— И что думаешь делать дальше? — поинтересовалась она, когда смех отпустил. — Продолжать ждать?

— Уже озадачил одних замечательных ребят. Думаю, через месяц, максимум к Новому году, я сам смогу сделать предложение, от которого будет невозможно отказаться. Так что задача этих горе-рейдеров — поспешить, если они, конечно, хотят, чтобы я послушал их условия. Вот за будущей гонкой я понаблюдаю с радостью.

— Мне бы твою выдержку, — выдохнула Лена с восхищением. — Ты ничего не боишься!

— Ну почему же… Я испугался, когда мне сообщили о движении на счете, привязанном к твоей кредитке. Решил, что они пытаются давить на тебя.

— К счастью, нет. У меня просто взбрыкнул супруг и случился кассовый разрыв.

— Бывает, — отец опять махнул рукой. — Перемелется, мука будет. Ты замужем побывала, галку длительных отношений поставила и можешь жить спокойно дальше. Кстати, еще одну вещь обсудить надо.

— Какую же?

— Вот какую, — отец нырнул рукой в карман пиджака и положил на стол перед Леной ключи от ее квартиры. Точнее, от той квартиры, где Лена жила до замужества. Юридически недвижимость принадлежала господину Александрову. Она открыла рот гордо отказаться, но отец не дал заговорить. — Держи. Я не выгонял тебя, ты сама сказала, что не будешь принимать подачки. На всякий случай напомню, эта квартира куплена по просьбе твоей матери, и я обещал ей, что там будешь жить только ты.

— А как же твои слова, что будешь селить туда своих резвых сосок? — невесть зачем вспомнила Лена.

— Это я злой был. Не обращай внимания, — господин Александров потер лицо. — Никто там не жил. Работу у себя предлагать тебе не стану, мне нужна четкая субординация, а ты до нее не доросла, но с жильем готов помочь. Бери ключи. И тебе проще будет, и мне спокойнее. Опять же, я на квартплате сэкономлю.

— Ах, вот в чем дело, — понимающе проговорила Лена и потянулась за ключами. Усмехнулась, вглядываясь в брелок в виде наполненного красной жидкостью хрустального сердца. — Постараюсь облегчить твое финансовое бремя.

Собралась продолжить, но не успела. Откуда-то послышался противный писк.

— Это оповещалка, — спокойно пояснил отец. — Важная встреча. Не могу пропустить, прости. Давай договоримся встретиться тут в следующий четверг в это же время. Я освобожу вторую половину дня. Пойдет?

— Конечно.

— Оставайся здесь, сколько нужно, — поднялся из-за стола и наклонился к дочери поцеловать ее в макушку. — Никто не потревожит. И еще…

Лена нахмурилась. Тон этого «и еще» ей жутко не понравился.

— Соберешься к мужу за вещами — позвони. Отправлю с тобой Терентия или Игоря.

— Это еще зачем? Я не вип, мне не нужны телохранители.

— Затем, что мне не нравится твоя шея, — отрезал отец. Еще раз чмокнул ее в макушку и улыбнулся. — Рад, что ты снова здесь.

— Я тоже рада, — Лена встала, чтобы обнять его по-человечески. Отчего-то страшно захотелось разреветься.

Проводила родителя до двери и поспешила в дамскую комнату, посмотреть в зеркало. Так и есть! На шее красовались синяки от супружеского захвата. Как не заметила раньше? Видимо, как ни храбрится, немного не в себе. Что ж, Мимоходов сам напросился. Игоря она почти не помнила, а Терентий наводил шороху одним своим видом.

Вздохнула и вернулась за стол. Хотелось посидеть еще полчаса и посмотреть на спешащих в полутьме прохожих. Ненадолго поверить, что сейчас находишься в нужной точке и лишняя суета только повредит.

Глава седьмая. Новый план

В добрачную квартиру попала только к обеду следующего дня. После разговора с отцом почти до ночи сидела у окна, а потом суетиться просто не было сил. Ночевала в гостинице, ближе к полудню вызвонила Терентия и отправилась за вещами. Дмитрий, к счастью, был на работе. Собирая свои пожитки, Лена посматривала в коридор и тихонько смеялась, казалось, Терентий заполнял прихожую целиком.

Дмитрий появился к концу сборов, но вел себя на удивление тихо. Видимо, Терентий производил впечатление не только на нее, но и на пока еще супруга. Тот поздоровался, в очередной раз попросил разблокировать его номер и почти спрятался на кухне.

Лена неспешно закончила сборы. Получилось два забитых под завязку чемодана и сумка. Терентий подхватил поклажу и поспешил на выход, она помедлила, раздумывая, где оставить ключи. Хотелось сказать что-то Дмитрию на прощание, но в голову ничего не приходило. Лена напомнила себе, что были времена, когда здесь ей было тепло и спокойно, и грустно улыбнулась. «То, что мы отдали, у нас уже никогда не отнять», — подытожил разум, и она повесила ключи на крючок вешалки у двери. Всегда делала так, чтобы в спешке не искать их на выходе. Впрочем, это все уже не имело никакого значения. Сюда она больше не вернется.

Доро́гой старалась не думать о прошлом. Наворачивались слезы, а раскисать в присутствии Терентия было неудобно. Этот молчаливый сильный мужчина походил на скалу, надежную незыблемую опору, и просто обязывал держаться до последнего.

Ближе к дому сердце ускорило бег от волнения по другой причине. Лена понимала, старой жизни не вернуть, но там, где она жила до замужества, время текло спокойно и весело, не было ни сомнений, ни страхов, ни больших потрясений. Хотелось