Хочу тебя купить - Элен Блио

— Я была в себе. — отвечает тихо, но уверенно. Хотя ресницы свои длиннющие опустила.

— Значит, ты хотела, чтобы первым у тебя был именно я? Почему?

— Ты… — вздыхает тихонько, и поднимает взгляд, опаляя меня, — ты мне понравился. Я подумала, почему бы и нет?

Она подумала. Интересное кино. Красивая принцесса решила подарить невинность первому встречному? Или она таким образом хотела отомстить мажору, который её кинул?

Думаю о нём, и в душе поднимается волна неконтролируемой ярости.

Найду, урода, угандошу! Как можно было такую красотку вот так взять и просто из машины выкинуть? Да что бы она не натворила, вести себя так с женщиной — с девочкой по сути — недопустимо!

Смотрит на меня, щёки алеют, дрожит. Возбуждает так, что больно. Вода в ванной уже по щиколотку, напор отличный, усаживаю принцессу, провожу большим пальцем по нижней губе.

— Спасибо за доверие, красавица. Постараюсь сделать твой первый опыт всё-таки кайфовым. Сейчас помою тебя, завтраком накормлю, а потом… потом сюрприз.

Глазками хлопает, но улыбается.

— Надеюсь, приятный?

— А то… Я неприятные сам не люблю. Персики любишь, или клубнику?

— Люблю всё, а что?

— Какую пену в воду добавить?

— Мне без разницы.

Беру с тумбочки флакон, добавляю гель в воду, а потом тяну руку к малышке.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь тебя помыть.

— Я могу сама.

— Лишишь меня удовольствия? Нет уж… Расслабься, это входит в программу лишения невинности.

Говорю, и опускаю пальцы прямо на скрытые под водой складочки.

Член тут же дергается, а принцесса Жасмин охает, напрягаясь, путаясь сжать ноги.

— Раздвинь ножки, милая, будет хорошо.

Глава 25

Я сама не верю тому, что происходит сейчас в моей жизни. Еще вчера я собиралась, наконец, расстаться с невинностью, подарив её парню, с которым встречалась больше года. Рассталась. Но совсем не так, как ожидала. А сейчас вообще сижу в роскошном бизнес-джете и лечу… в Сочи!

Без документов, без денег, в шмотках, которые Руденский купил мне в дьюти-фри.

Просто кринж.

Я не знаю, как я так вляпалась, не знаю, что мне делать. А самое интересное, что мне всё это в общем-то очень и очень нравится!

Впервые моя жизнь идёт не по заранее спланированному грамотному сценарию. Папиному сценарию.

Впервые за много лет мой папа даже не в курсе, где я нахожусь.

Позвонить ему? Господи, я понимаю, что надо, но мне так страшно!

Что я скажу? Как скажу?

Если бы моя лучшая подруга Ева не была папиной женой мы бы вместе что-то придумали. А так…

Да, я осознаю, что должна хотя бы подруге сообщить, где я и что со мной. Но ведь она сразу расскажет всё моему отцу! Ева не станет ничего скрывать от своего любимого Адама. И, наверное, она права. В любой другой ситуации я бы сказала, что она права.

Но не в этой.

Мне мучительно не хватает поддержки подруги, её совета. Но я не хочу вставать между ней и моим отцом. Знаю, что, конечно, могу попросить Еву меня прикрыть. Но если обман вскроется папа будет недоволен, Ева станет расстраиваться.

Нет, я так не хочу. Надо продумать, что и как сделать, чтобы никто не пострадал.

— Принцесса, о чём думаешь?

— Так… не важно. — улыбаюсь, отпивая глоточек шампанского, которое принесла милая улыбчивая стюардесса.

— На твоём лице написано, что это мега важно, малыш.

Вздыхаю, опуская ресницы. Разглядываю шикарный комбинезон какого-то известного бренда, который выбрал для меня Евгений.

— Эй… кукла, мы так не договаривались.

— Мы никак не договаривались, Жень. — как-то у меня само собой получается называть его по имени и на «ты», наверное, после секса это нормально? А вот он моё имя как будто вообще забыл. Я малыш, кукла, девочка, маленькая, но чаще всего я принцесса. Нет, собственно, я не против. Но иногда хочется спросить, как в том анекдоте — он что, не помнит, как меня зовут?

— Один ноль в твою пользу, Ясмина, — ох, словно мысли прочитал! — Давай это исправим.

— Как? — смотрю на него, то, что вижу в ответном взгляде пугает, но будоражит необыкновенно. Он смотрит так жадно, словно съесть меня готов! Это… нравится. Очень.

Красивый, интересный мужчина, глядя на меня испытывает такое сильное желание, что это заметно невооруженным глазом.

— Как? Просто. Договоримся. Ты ведь этого хочешь? — прищуривается, голову наклоняет, почему-то мне не очень нравится эта его гримаса и его слова.

Чего я, по его мнению, хочу?

Он всё-еще считает меня девицей легкого поведения что ли? Даже несмотря на то, что я оказалась девственницей? В голове всплывают те его слова, обидные, неприятные. Он говорил, что хочет меня купить. Спрашивал, сколько я стою. И что? Опять мы возвращаемся к этой теме?

— Я просто хочу, чтобы ты перестал считать меня… Я не такая, разве ты еще не понял?

— Понял, — ухмыляется, головой качая, и снова смотрит так, словно хочет залезть мне в голову, — понял, что ничего не понял. Еще шампанское будешь?

— Нет, спасибо. Мне хватит.

— Точно?

— Да. — ставлю бокал, беру ягодку клубники, то, как Женя смотрит на меня, пока я отправляю сочную мякоть в рот — отдельная история. Кажется, он хочет видеть на месте этой ягодки кое-что другое. И… это пугает. И опять будоражит. Чувствую, как медленно начинает накатывать томная тяжесть внизу живота. Скручивается пружина, затягивает водоворот.

— Пойдем со мной, девочка.

— Куда?

— Увидишь, малыш.

Увижу. Да. И я точно знаю что. Мы с папой часто летаем на частных самолетах, у него даже был личный, но потом он сдал его в аренду своим приятелям. Я знаю, что в таких джетах скрывается за стильными дверями.

Там спальня.

И Руденский сейчас ведет меня туда. Прижимает к себе, якобы для безопасности, на самом деле просто чтобы касаться моего тела.

И мне это нравится.

Я тоже хочу его касаться.

То, что сейчас происходит со мной, конечно, невероятно. Если бы мне еще вчера утром сказали, что я буду вот так вести себя с незнакомым мужчиной! Быть такой… спокойной в этой ситуации!

Боже, я отдалась фактически первому встречному! И… сейчас мне всё очень нравится.

Женя нежный, ласковый, очень внимательный.

После того, как он вымыл меня в джакузи — во время процесса я сгорала от стыда, и в то же время было безумно приятно — он выдал мне свою футболку, и мы пошли на кухню, где Руденский сам приготовил завтрак. Накормил, напоил ароматным, сваренным в турке кофе. Потом спросил, люблю ли я море, а через