Невольная истинная-2 - Юлия Александровна Пульс

Она подмахивала бедрами руке двойника и, обдавая кожу горячим дыханием, шептала:

— Проиграете, ваша милость…

Су-у-ука… Подкатывало так, что секунда и взорвусь нахер. Продолжал дрочить и перенимать все чувства своей копии.

Направил его руку между ее ягодиц. Помассировал вход, надавил.

— Не так скоро, цветочек, — шептал он мои мысли.

— И какой же я… — звонко застонала, прикусила чуть сильнее сосок, — цветочек?

— Дикая орхидея… — мой голос сорвался на стон, а вместе с ним я проиграл.

Кончил так, что в висках запульсировало, чуть не сдох от невероятного кайфа.

И Мери затряслась на пальцах двойника следом. Как же сладко она стонала…

Я зашагал вперед, рассекая воду, пока не оказался рядом со своей потрясающей девочкой. Копия испарилась. Я ухватил Мери за подбородок и заставил смотреть мне в глаза.

— Проигран бой, малышка, но не война, — дразняще коснулся ее влажных губ.

— Ничья, ваша милость… — целуя меня, Мериди все еще подрагивала. Оторвалась от моих губ, сместилась к уху, прошептала: — Я, получается, не умею жить без поддержки другого растения? Не самостоятельная, значит? Спасибо, что хотя бы не повилика.

Вот забавная. Как я без нее собрался дальше жить? Это невозможно.

— Тебе без меня теперь никак, — провел я пальцами по ее метке.

— Как и тебе без меня, — язычок скользнул по раковине и шепот влился в ухо: — Не так ли?

— Доиграешься, Мери, передумаю, запру тебя в башне, посажу в саду и буду любоваться до конца своих дней, — стиснул ее затылок и зашипел от безумного желания так и сделать.

— Определись, граф, в башне или все-таки в саду. Лучше последнее. Когда умру от тоски взаперти, вырасту у тебя под ногами незабудками, чтобы вечно помнил.

— В башне как раз есть сад, — сжал ее в объятиях и… все. Выпускать больше не хотелось. — Я и так уже никогда не забуду, — прикрыл веки от наслаждения, что она так близко. Жар прекрасного тела, щекочущее дыхание.

Свела с ума.

— Где? — загорелись ее глаза. — Я хочу на него посмотреть.

Обняла меня под водой, провела ладонями вверх по спине, забралась пальцами во влажные волосы.

— Я говорила, что ты очень… красивый? Манящий какой-то дикой притягательностью. Ах, да, тебе уже это сотни раз говорили другие.

— Я покажу тебе одно особенное место в замке. Там не только сад, — мурашки распускались по коже от ее прикосновений и слов. — Красивый? — усмехнулся. — А как же монстр? Боялась ведь.

— Еще как… — прижалась щекой к моей груди. — И сейчас боюсь.

— Ну и правильно, — я подхватил ее под ягодицы и заставил обнять меня ногами. — Не представляешь, что я хочу с тобой сделать, — укусил Мери за ушко.

— Представляю, — окаменела она.

— И что же ты представляешь? — мой голос стал низким, почти звериным.

Она отстранилась, но продолжала держать меня за пояс в воде и прижималась к моему паху животом, обнимала ножками бедра. Поерзала, мягко массируя и себя и меня.

— Тебе лучше не знать, а то захочется, — сверкнула белыми зубами и магической зеленью в глубине голубых глаз. — Нас там не потеряют? Ты не опаздываешь на встречу с генералом и ректором?

Я выдохнул, стараясь прогнать пошлые мысли о том как, где и в каких позах.

— Мы уже опоздали. Но ничего страшного. Подождут. Это им от меня что-то нужно, — чмокнул ее в щеку. — Моемся и бежим?

— Моемся и идем. Бежать еще… — она сползла с моих бедер, тесно притираясь к моему телу, отплыла немного и брызнула в лицо водой.

— Моя девочка, — я рассмеялся.

Когда она такая веселая и игривая, я сам расцветаю, забывая о прошлом. Чувствовал, что в пропасть с головой ныряю. И сладко и страшно падать. Боюсь причинить ей новую боль, задушу ведь своей чудовищной любовью, привяжу к себе и ни о какой свободе и речи не будет. Захочет она так жить или зачахнет у меня в саду?

По королевскому дворцу на место встречи мы шли медленно, чтобы Мери могла получше рассмотреть величественное здание. Здесь красиво, как и подобает, но для меня уж слишком помпезно. Обилие позолоты, лепнины, тяжелых бархатных тканей и громоздких декораций. Зато сад великолепный.

От главного холла дворца к нему вела широкая аллея, вымощенная мраморными плитами молочно‑белого цвета с золотыми инкрустациями. По обеим сторонам раскинулись вековые дубы, увитые плетистыми розами. Мериди шла и любовалась живыми изгородями из лаванды и розмарина, небольшими фонтанчиками с ароматизированной водой.

Вскоре мы приблизились к беседке, увитой глицинией. Там, за накрытым столом сидела чета Визави. Братья. Генерал и ректор с женами. Рыженькая с большими голубыми глазами явно на сносях, живот заметно выпирал, я сразу заметил, когда они все разом встали при нашем появлении. И миловидная, улыбчивая шатенка. О! Тоже с округлившемся животом. Давно мы не виделись.

Я метнул взгляд к фонтану, где Нэйд застыл гипсовой статуей, не сводя внимательного взора с моих девочек. А там еще целая куча ребятишек, включая и королевских. Что-то в последнее время меня часто окружают дети. Самое удивительное, что это не раздражает, а радует. Кто бы мог подумать!

— Приветствую, Дамиран, — протянул я сначала руку генералу Визави.

— Рад видеть, Адриан. — Сжав мне ладонь, он перевел цепкий взгляд на Мериди. — Ты сегодня с компанией?

— Да и еще с какой, — подключился Мартен, тоже протягивая руку, — золотоволосой. Вы, девушка, случаем не родственница вон той рослой светловолосой красотке? Просто мой сын, — он показал на мальчишку примерно того же возраста, что и Тэя, — очень уж интересовался, кто ее родители. Мол, сватов засылать буду.

Меня перекосило. Какие еще интересы в сторону моих девочек? Бошки всем поотрываю! Размечтались!

— Рановато… засылать, — процедил я сквозь зубы. — Как вырастет, сама выберет себе мужа, какого захочет, — улыбнулся, но вышло фальшиво. — Лира и Тэя сестры моей истинной, — я приобнял за талию Мери. — Знакомьтесь, герцогиня Мериди дарвия Фолкнер, — я с гордостью представил свою невероятную красавицу.

Визави переглянулись.

— Так это правда? — дернул бровью со шрамом старший.