Измена. Плата за наивность - Лилия Акс

— Ты че несешь, урод? — Начинает махать руками, как десятилетний пацан, Демьян его уложил бы.

— Ты, гнида, работы своей лишишься, если еще раз в мой адрес хоть слово спизданешь. Я всю компания могу твою купить, а тебя на хуй послать. Да так далеко, что ни один уважающий себя барыга тебя к себе не устроит. Усек? — Заламываю ему руку. — Я дважды не повторяю.

— Усек, пусти, блять. Усек я.

Выходит его дружок, видит, как я его прессую, взгляд такой будто щас убежит.

— Подойди сюда. Не ссы. — Не спеша перебирает паклями.

— Ребят, вы чего?

— Ребят у себя на работе увидишь. Будешь этого гондона прикрывать ни одну приложуху больше не скомпануешь, понял? На твоей тачке ты семью свою возишь, а он там шлюху свою дерет. Ты вообще чтоли имбецил?

Оба стоят в ахуе. Отпускаю мудака.

— Тебе это зачем надо? — Спрашивает уже без претензий, а со страхом.

— Не твое дело.

Захожу в дом беспардонно, мило улыбаюсь, как будто ничего не было. Мне не привыкать. Тут накрыт стол, значит, ждали.

— Здравствуйте, Валерия, Ольга.

— Ого, и меня запомнили.

— Вас сложно забыть.

— Сочту за комплимент.

— Это он и был.

Лера краснеет. Как ей идет это короткое платье. Хочу забрать с собой, перетрахать хорошенько и никому не отдавать больше.

— А где парни?

— На улице базарят. Разговаривают.

— Мы поняли. Присаживайтесь.

— Сколько всего наготовили. Ваших рук дело? — Смотрю на обеих.

— Лериных, она тут хозяюшка.

— А вы, Лера, молодец. Давай на ты, да?

Брови ее взлетают от удивления. Привыкай, малышка. Я не церемонюсь.

— Вы же еще не пробовали даже. Угощайтесь.

— На ты, окей?

— Да, хорошо.

— И ты, Оль, тоже. — Открывает рот от удивления и такой наглости. Пусть тоже привыкает, часто теперь видеться будем.

— Я не голоден, хотя все выглядит очень аппетитным.

— Скоро еще мясо приготовят мужья. — От слова «мужья» зубы сжимаю до скрипа.

— Часто так ваши пацаны собираются?

— Примерно каждые выходные.

— Хорошо. Если Демьян и правда найдет общий язык с вашими сыновьями, я буду очень рад. Он целыми днями дома в основном. Я стараюсь придумывать для него развлечения, нахожу увлечения, поддерживаю его интересы, но, как ни крути, им в таком возрасте общение со сверстниками необходимо как воздух.

Вижу, как женщины тают. Как знал что сказать.

— Какой ты милаха, как ты справляешься один?

— У меня дохрена, простите, очень много помощников. Так что хочешь — не хочешь, справишься. Что — то ваши мужья заходить не торопятся.

— Действительно, они что совсем оборзели? Так невежливо себя вести! Ну, я им щас навешаю. — Ольга выходит, как я и планировал. При этом подмигивает. Офигеть, какая баба шаристая.

— Я скучал.

— Что? Что вы такое говорите?

— Лер, да хватит формальностей.

— Аслан, что, значит, хватит? Вы себе что позволяете? Я замужняя женщина.

Хочется встать, прижать, но продолжаю сидеть, расставив ноги широко. Вот бы щас ее на себя посадить.

— Если бы мы одни в этом доме оказались, я бы не терял время на болтовню. Прижал бы тебя как в последний раз и прямо тут отодрал, вот на этом столе. Сделал бы моей. И хуй бы тебя кто после такого у меня забрал.

Краснеет, закрывает глаза, не знает куда себя деть. Смотрит в окно. Оля — красотка, знает, что нам побазарить надо, мужиков там своих заговаривает.

— Пожалуйста, замолчи.

— Почему?

— Это ужасно, это неприлично. Это какой-то кошмар!

— И что?

— Так нельзя.

— Кто сказал?

— Я пойду, позову ребят.

— Стой.

— Что?

— Ты же тоже что — то чувствуешь?

— Нет, я не чувствую ничего. Зачем ты устроился в жюри конкурса?

— Чтобы ты выиграла.

— Что? Мне не нужна была такая победа, я хотела честно.

— Все честно и было. Если бы меня не было, выиграла бы другая семья, и вот это было бы нечестно. Там же куплено все, как и все и везде.

— А путешествие? Зачем тебе это?

— Сгоняем вместе?

— Что? Как ты себе это представляешь?

— Жизнь ведь непредсказуемая, влюбишься в меня и сама попросишь свозить тебя куда — нибудь. Лишь бы подальше от всех и наедине.

— Пожалуйста, замолчи. И потом, разве вы не с Мариной Дмитриевной ушли с конкурса?

Бля. Ревнует? Сука. Радуюсь, как пацан. Охуеть как приятно! Ебать просто!

— Ревнуешь?

— Нет, просто не хочу подставлять учителя своего сына.

— Не переживай, у нас с ней свои разборки. Не нравится она мне. только ты нравишься, на других больше не стоит.

— Тебе пора.

— Выгоняешь?

— Нет, но… — Не знает какие аргументы еще привести.

— Я пойду, пусть Демьян звонит, когда они закончат, я заберу. А ты сегодня спать не сможешь, — встаю медленно, делаю шаг к ней, — будешь меня представлять. Я более, чем уверен, что у тебя между ног сейчас так влажно, что утонуть можно.

— Господи, так же нельзя! — Хватает лицо руками и убегает.

Вижу ее насквозь, поплыла вместе со мной, а признавать боится. Ну, ничего, я подожду.

ГЛАВА 19

Лера:

Это был кошмар! Оля вышла и как будто специально не заходила, стояла, болтала с парнями. А Ден? Ему что совсем все равно, что его жена в его доме с отбитым мужиком болтает? Я в шоке от всех.

Забегаю в ванную и понимаю, что возмущена до предела, а в трусах влажно. Пипец! Что со мной происходит? Я очень зла, очень возмущена, но при этом испытываю что — то ненормальное.

Сейчас зайдут эти, устрою скандал. Выбегаю из ванной и врезаюсь в громилу.

— Я испугался, что тебе поплохело, решил проверить. — Держит меня за руки, смотрим друг на друга и в глазах туман. Дышу так часто, что сердце вот вот выпрыгнет. Что же происходит?

— Маам, мы есть хотим. — Моментально прихожу в себя. Молодец, Пашка! Очень вовремя!

— Да, конечно, проходите на кухню, я для вас стол накрыла. — Вырываюсь из рук громилы и бегу по коридору.

— О, пап, ты че тут?

— Вас проверить зашел. Как оно?

— Нормально.

Парни бегут за стол и начинают все сметать.

— Только сладкое не ешьте, Паш, папа сейчас мясо приготовит! Я сейчас спрошу все ли готово.

— Круто у вас! — Слышу за спиной слова Демьяна и улыбаюсь.

— Вы где пропали? Парни есть хотят. Мясо готово?

— Да.

— Ну а че тогда стоим тут? Никого не смущает, что на моей кухне стоит едва ли знакомый мужчина? — Смотрю на Дена с претензией, но он в своих мыслях, ему вообще