Жениться не по плану, или Рыжая, выходи за меня! - Анна Мишина

— Реально вкусно, — подтверждаю.

И вкусно мне не только потому, что мясо на пять звезд, а потому, что меня кормит эта девчонка.

Этакая прелюдия. Заводит не хуже поцелуев.

После ужина возвращаемся в машину. Завожу двигатель и не тороплюсь выезжать.

— Мне нужно будет такси. Домой надо вернуться, — нарушает тишину Алена.

— Ага, в такое время только на такси и пилить, — отзываюсь. — Переночуешь у меня. Утром решим.

— Ага, конечно, — фыркает в своей привычной манере. — Нет уж. Никаких у тебя.

— Поехали, покатаемся? — предлагаю, игнорируя ее выпады.

— Куда? — смотрит на меня с любопытством.

— Да пофигу куда. Просто по городу.

— А поехали, — соглашается.

— Тогда врубай музыку, — включаю аудиосистему, Алена к ней подключает свой телефон.

— Что включить?

— Что душа велит, — усмехаюсь и срываю машину с места.

Глава 8. Сумасшедшая

*Олег*

Сумасшедшая девчонка. И мне, черт возьми, это нравится. Сначала она стесняется или все еще в напряжении. Но спустя минут десять, включая очередную песню из ее плейлиста, начинает подпевать. Сначала тихо, потом громче. И в итоге через полчаса поет песни во весь голос, заставляя меня улыбаться, как последнего идиота. У нее хороший голос, и поет она достойно. И певец, что дерет глотку, очень даже неплох, текст со смыслом. Сперва не придаю значения словам, а потом подвисаю. И сам не замечаю, как начинаю барабанить пальцами по рулю в такт.

Ночной город потрясающий, эмоциональный, буйный. Здесь сама концентрация энергии. И это вау, если попадаешь на эту частоту. Одно время по молодости я так подсел на эти ощущения, что надолго выпал из дневной, основной жизни. Да, учился, работал, но…

— Тормози, — орет, показывая в сторону.

Замечаю толпу молодежи. Тачки, неоновая подсветка, музыка орет. И кто-то танцует.

Останавливаю машину недалеко. Аленка выскакивает, но стоит у машины, прислушиваясь, улыбается, ловит эмоции.

Подхожу к ней, опираюсь о капот. Складываю руки на груди.

— Пойдем? — поворачивается ко мне, протягивая руку.

Зеленые глаза впиваются в мое лицо.

— Пойдем, — беру ее за тонкие пальчики и позволяю себя тянуть за собой.

Что-то хитовое орет из колонки.

— Можно к вам? — перекрикивая музыку, спрашивает Алена.

— Нужно! — приветствует ее несколько девушек.

Парни внимательно нас разглядывают. Но быстро теряют к нам интерес, продолжая болтать о своем.

Парочка танцует, не замечая никого, будто они сейчас в клубе, а не где-то на улице.

Воздух гудит. Басами трясёт асфальт, от колонок отдаёт прямо в грудную клетку, вибрация расходится по телу, будто сердце бьётся в такт музыке. Запах резины, бензина, разогретого солнцем асфальта, духи. Всё это перемешивается в одном безумном коктейле.

Алена крутится в кругу, волосы разлетаются, смеётся так, будто все проблемы и обиды стёрлись за одну песню. Танцует не для кого-то, а для себя, и от этого ещё притягательнее. Но чёрт, как же хочется верить, что хоть немного — для меня.

Я стою, скрестив руки на груди, но долго смотреть со стороны невозможно. Она подзывает, глаза сверкают в свете фар. Тянет руку — и меня будто током прошибает.

Вхожу в круг, подстраиваюсь под ритм. Вокруг свистят, хлопают в ладоши. Музыка орёт, слова почти не различимы, но каждый удар барабана бьёт в позвоночник. Она двигается легко, пластично, с той дерзкой женственностью, которая сводит меня с ума.

— Не могу остановиться! — кричит, смеясь.

— И не надо! — отвечаю, перекрикивая музыку.

Мы будто не здесь. Есть только ночь, музыка и её руки, которые на мгновение ложатся мне на плечи, потом скользят вниз. Я держусь, чтобы не прижать её к себе сильнее, чем положено в этот момент.

Она запрокидывает голову, смеётся. Я ловлю её за талию, чтоб не столкнулась с парнем сбоку. Она не вырывается, наоборот — чуть прижимается. И в этот момент мне кажется, что если музыка стихнет, я услышу не её смех, а то, как гремит моё сердце.

Мы кружимся, и я вдруг понимаю: мы будто пара. Настоящая. И чертовски сложно убедить себя, что это не так.

И вдруг — резкий обрыв. Колонки отключаются, кто-то ругается возле тачки с сабвуфером. Музыка глохнет. Толпа ещё секунду дергается по инерции, потом стихает.

И в этой внезапной тишине я впервые слышу не басы, не чужие голоса — а её дыхание. Чуть сбивчивое, горячее. Она стоит напротив меня, улыбается, волосы прилипли к вискам, глаза блестят. Я словно получаю удар под дых.

Чёрт, да я влип.

— Ну и что? — Алёна вскидывает руки. — Где музыка?

Я усмехаюсь, но слова застревают где-то в горле. Просто смотрю на нее.

На тонкую линию её шеи. На то, как вздымается ее грудь, натягивая ткань платья. На то, как губы чуть приоткрыты.

— Олег, — зовёт она. Смеётся, будто поддразнивает, а сама ждёт ответа.

— Ты красивая, — вырывается. Глухо, слишком честно.

Она моргает, будто не верит, что это сказал я. На щеках появляется румянец. И на секунду я вижу не ершистую ведьму, а девчонку, которая может смутиться от прямоты.

Снова вспыхивают колонки. Музыка возвращается, толпа орёт радостно. Но я уже не там. Я застрял в этом коротком взгляде и в своём собственном признании, которое случайно слетело с языка.

И уже знаю — хрен его теперь обратно возьмёшь.

Едем молча. Лишь радио тихо играет. На часах три ночи. Ни о каком такси и речи быть не может. Везу нас ко мне.

Паркую машину во дворе. Глушу двигатель. Выхожу из машины, помогаю выйти Ершовой.

Молча веду за собой.

Подъезд, лифт. Мой этаж.

Открываю дверь ключами, пропуская девушку вперед. Закрываю за собой дверь, щелкаю по выключателю.

Алёна скидывает туфли и проходит вглубь квартиры. Останавливаюсь в дверях коридора, наблюдая за ней.

— Ну о-о-очень лаконично, — усмехается, разглядывая мое скромное жилище.

Да, комната одна, но большая. И вместо дивана тут матрас. Никак не доделаю этот чертов ремонт.

— Не нравится?

— Ну почему, вполне в стиле холостяка. Как твои девушки такое воспринимали? — оглядывается, смотрит на меня внимательно, цепко.

— А если я скажу, что никого сюда не приводил?

— Ага, — улыбается, — так я тебе и поверила. Мне в душ нужно.

— Прошу, — открываю дверь ванной, включая свет. — Полотенце принесу сейчас.

— И футболку, — проходит мимо меня.

Пока рыжая принимает душ, я стелю свежее белье. А когда Алена выходит в моей футболке, я зависаю. Ахренеть как зависаю. Но беру себя в руки, хоть и не быстро, и иду в душ. Там я долго стою под струями холодной воды. Иначе рвану к чертовой матери.

Выхожу из ванной. Слышу, работает тихо