Опальная фаворитка наследного принца или вторая жизнь Женьки - Алекса Корр

В общем, пришлось долго объяснять, что там и без мня справятся и что я вообще изначально не должен был туда ехать. Что главой делегации остался Сашка Ильминский, который там все разрулит. При упоминании Ильминского отец поморщился. Да, он не любил Александра и видел в нем угрозу, а я уже задолбался ему объяснять, что Ильминский на трон не претендует, более того, всячески пытается избежать политических игр.

А дальше — больше! Когда я озвучил свои претензии, отец даже не поморщился. Он не стал отказываться, что именно он и ответил Максу в свое время на его прошение, причем просто пожал плечами и заявил, что не видит в этом ничего предосудительного. Девчонка нарушила закон и убила своего мужа, и должна была за это понести наказание, чтобы другим женам неповадно было. Ну а то, что она оказалась бастардом герцога… Так ей же хуже! Дескать, он оказал услугу герцогскому роду, убрав для них угрозу тому, что «какая-то выскочка» начнет претендовать на титул… При этом он бросил фразу: «Женщина сама несет ответственность за то, что рожает бастардов, и мужчина в этой ситуации никак не виноват…»

Я поразился, и тут у меня в голове впервые мелькнула мысль: « А я точно единственный ребенок этого человека? Или у меня, как у Макса, где-то ходит на стороне незаконнорожденный брат или сестра?»

Задал этот вопрос отцу, а он только недовольно скривился:

— Я не интересуюсь теми, кого когда-то имел. Они все знают, чем рискуют, если осмелятся родить. Так что можешь не переживать, если кто и объявится на горизонте, я устраню эту проблему.

Смотрю на этого человека и понимаю, что за маской доброго и заботливого правителя скрывается монстр… Развернулся и ушёл, хлопнув дверью. Больше оставаться во дворце я не собирался.

Перебрался в столичный особняк и стал заниматься неотложными делами. Война нанесла большой урон, и требовалось много сил и денег, чтобы помочь уездам и жителям. Благо, я имел титул соправителя, и мне не нужно было согласовывать каждую монету с Императором. Он несколько раз посылал за мной, но я игнорировал его приглашения.

Глава 127

Рэйнар

Хоть заботы жителей и захлестнули меня, но я всегда знал, что происходит в баронстве Мильских. Знаю, что Женя вернулась в баронство, что занялась там делами, что вникает в хозяйственную деятельность и пытается наладить новые производства.

Оставаясь незримым, пытался ей помочь. Отправил в банк официальное подтверждение, что баронесса может распоряжаться деньгами со счета без разрешения опекуна, переговорил со своим поверенным Дэвидом, чтобы не оставлял её одну и всячески ей помогал. А еще отправил сообщение Ильминскому, который завис, судя по всему, надолго в королевстве Роуз. Переговоры шли медленно, спорили по всем пунктам, и он уже был в бешенстве, что я его там оставил за главного. Но, услышав мою просьбу, он тут же согласился. Связался со своим дядей и дал ему распоряжение запустить процесс регистрации их с Женей изобретений на её имя.

Таким образом, очень скоро у меня на руках оказались документы, подтверждающие, что эта девушка очень полезная для нашей страны. Собрал также свидетельства тех, кому она помогла на поле боя, и в разгар заседания Совета, на котором присутствовал и я, и отец, вывалил все это перед всеми и поставил вопрос о предоставлении Эжени Мильской права самостоятельно распоряжаться своей судьбой. И в этой ситуации отцу не оставалось ничего другого, как дать свое согласие… Да, не только ему устраивать интриги, я оказался хорошим учеником.

А потом, как гром среди ясного неба: записка от Даниэля, в которой он меня предостерегал, что отец за моей спиной ведет переговоры о политическом браке. И даже пытался отправить Даню для участия в брачном обряде в качестве моего доверенного лица.

Это было последней каплей, после которой я ворвался в кабинет отца и высказал ему все, что о нем думаю! А также заявил ему, что если он продолжит свои игры, то я откажусь от его имени и уйду в род матери. Что люблю Эжени, и никто и никогда не станет моей женой, кроме неё. На эмоциях сказал и об её иномирности, и о том, что именно она вылечила его, когда он подыхал от яда.

И вот не знаю, что из этого сыграло решающую роль, но на следующий день отец сам явился в мой столичный особняк и сказал, что он дает свое согласие на мой брак с Евгенией Мильской. Сказать, что я опешил, — это ничего не сказать! Надежда на то, что я смогу быть с любимой женщиной, почти угасшая в душе, вспыхнула с новой силой. В тот день мы долго разговаривали с отцом, впервые на равных. Он слушал меня, задавал вопросы, а потом даже согласился, что Империи нужны перемены и что он постарается перестроить свое мышление и в будущем рассматривать каждую ситуацию с разных сторон. Затронули и тему его депеши пирату. Отец покаялся, что таким образом хотел убрать из моего окружения меркантильную особу, которая затуманила мне разум.

Он ушел, а я упал на кровать и стал думать, как сделать предложение Жене так, чтобы все вокруг поняли серьёзность моих чувств, а также то, что Женя неприкосновенна, что любой камушек, брошенный в её адрес я буду воспринимать как личное оскорбление.

Решение пришло быстро, и я с улыбкой заснул. Да, моя своевольная иномиряночка, я нашел третий вариант, и он точно тебя устроит!

***

Прием в честь героев войны

Бальный зал был полон людей. То тут, то там сновали разодетые гости, переговариваясь и держа в руках бокалы с шипучим вином. Поодаль от них можно было увидеть другую группу гостей, одетых не так помпезно и окидывающих зал удивленными взглядами.

Пожалуй, это был единственный день, когда они смогли попасть сюда, и тому была веская причина.

Это был первый большой прием после окончания войны, сотрясавшей Альгорскую Империю несколько лет, и на этот день было запланировано много мероприятий, в том числе и награждение тех, кто отличился в военных действиях.

Для этих целей рядом с троном Императора был установлен стол, на котором лежали бархатные коробочки с наградами.

Но не все награды сегодня найдут своих хозяев. Многие остались на поле боя, и вместо них награды будут вручать членам их семей, чтобы хранили и чтили память о своих героях.

А гости все прибывали.

Церемониймейстер на дверях