Дева Зоны - Татьяна Танцева

- Я буду у себя, - сказал Шульга. - Если что, то позовёте.

Бродяга с благодарностью посмотрел на подполковника. Он сел рядом с Татьяной и взял её за руку. Зверобой не одобрял это, но не стал возражать.

***

Стрелок вернулся быстро. К счастью, у учёных нашлось снотворное. Местные деятели науки часто плохо спят из-за нагрузки. Только Бродяга не был рад возвращению Стрелка. Зверобой взял одну таблетку и положил девушке в рот:

- Давай, девонька, выпей.

Он протянул к её губам кружку с водой. К приятному удивлению присутствующих, она проглотила таблетку.

- Умница, - похвалил её охотник и погладил по голове. - Поспишь и тебе станет легче.

Он положил на кровать сложенный свитер в качестве подушки и клетчатое покрывало. Стрелок хотел снять с неё обувь и уложить. Бродяга, только он подошёл, оттолкнул его:

- Я сам!

Стрелок рыкнул и схватил Бродягу за грудки́.

- Так, прекратите! - встал Зверобой между ними. - Бродяга, если будешь провоцировать, то я сообщу Шульге. Хочешь помочь Татьяне прийти в себя - сохраняй спокойствие!

Зверобой сам разул Татьяну и мягко, словно ребёнка, уложил на кушетку.

- Вот и хорошо. Тебе надо отдохнуть, девонька, - заботливо укрыл он её покрывалом. - Во сне раны быстрее заживают и забывается плохое.

Таня лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Стрелок и Бродяга присели рядом. Зверобой подкинул углей в жаровню:

- Теперь остаётся ждать. Уповаю, что Яр не ошибся. Если у неё просто шок, то это не страшно. Из шокового состояния люди выходят и живут дальше.

Стрелок положил на пол у изголовья её дробовик и ПДА.

- Это всё, что у неё осталось? - кивнул охотник на её вещи.

- Нет, основной багаж я оставил в надёжном месте. Думаю, пойти забрать, - встал сталкер и направился к выходу.

- Ты же только пришёл. Отдохнул бы, - предложил Зверобой.

- Я не устал. Вернусь быстро. Если что, то я на связи.

Его уходу был рад только Бродяга. Зверобой всё ещё не очень одобрял присутствие бывшего монолитовского снайпера, но мысленно махнул на него рукой. Он присел у жаровни погреться. "Всё тепло отсюда уходит. Эх, вот бы какую дверь придумать или что-то в этом роде", - подумал он. Охотник заметил, что Бродяга практически не сводит глаз с несчастной авантюристки.

- Я о тебе слышал, - решил он с ним заговорить. - На тебя это не похоже.

Бродяга вопросительно на него посмотрел.

- Про тебя говорили, что ты спокойный и малообщительный. Нелюдимый, - пояснил охотник. - А тут ты прям стал другим человеком.

Бродяга ничего не ответил.

- Ты бы возвращался на службу. Здесь ей ничего не грозит, - предложил Зверобой.

Но бывший монолитовец не сдвинулся с места. Зверобой прикусил язык. Снотворное постепенно начало действовать. Девушка часто моргала, пока сон её не одолел.

- Я дал однажды слово, что буду её защищать, - решил Бродяга заговорить.

- Это когда было? - спросил охотник.

- Когда ты оставил её на базе Долга и ушёл.

- То был приказ Воронина - защищать её. Раз он тебя сюда отправил, значит приказ выполнять больше не нужно.

- Это моя теперь инициатива. У неё больше нет парня. Значит, она свободна.

- Хочешь стать её новым парнем? Только это бессмысленно. У тебя нет ни дома, ни родни, ни средств, ни даже имени. Чтобы создать с девушкой семью, надо хоть что-то за собой иметь. Так уж заведено в обществе. Её родители не примут тебя. Им нищий голодранец, который не в состоянии обеспечить свою семью, не нужен. Принято всё доказывать своими поступками, а не просто болтать. Словоблудов в мире много, только верить можно тем, кто оправдывает себя поступками.

Бродягу эти слова заставили задуматься. Зверобой прав. Увы, но у горе-монолитовца действительно ничего нет. Он своего настоящего имени не знает, где родился и кто его родня. У него есть только жалкие обрывки воспоминаний, прозвище и отменный снайперский навык. Сталкеры про него говорят: "Никто и звать его никак". Как бы обидно не было, но это правда. Даже если он покинет Зону, то куда ему идти? Есть ли у него родные? Если есть, то их надо разыскать. Но как? Пока их найдут, надо где-то жить. Но где? Без документов ему не дадут даже самую жалкую комнату. А Татьяна? Даже если она и приютит его у себя, её родители сделают всё, чтобы она с ним не сошлась. Кому нужен человек без прошлого, с сомнительным настоящим и непонятным будущим? Люди нынче материалисты. Но думать об этом Бродяга не спешил. Ну и что, что у него нет имени!? Он себе возьмёт другое. Ничего нет за душой? В Зоне есть возможность обогатиться. Упорство - залог победы! Если есть деньги, то можно решить все свои проблемы. Люди нынче очень алчные. Всё он сможет, если будет достаточно денег.

***

В огромном зале ДК "Энергетик" было очень холодно. Даже несколько больших жаровен не давали достаточно тепла, чтобы помочь согреться всем присутствующим. Но монолитовцев это совсем не смущало. Закалённые, бесстрашные воины Монолита наводили ужас на всю Зону. Самая сильная и многочисленная группировка надёжно хранила свои тайны. О них сталкеры знали лишь одно - очень опасные, радикальные фанатики, не ведающие милосердия. Они убивают любого, кто не из их группировки. Выживших они жестоко пытают и приносят в жертву. Татьяна, лёжа на полу лицом вниз, не знала этого. Она слышала про группировку "Грех". Члены этой секты творили поистине сатанинские ритуалы и наводили ещё больше жути. Но чтобы монолитовцы опускались до жертвоприношений, ей не доводилось слышать. И вот вокруг большой кучи мусора и металлолома, напоминающую неумело сделанную радио антену, стоят на коленях и молятся представители этой опасной секты. Все в одинаковой форме и шлемах. Лиц не видно. Как в трансе, они делают поклоны и вращают головой, словно пытаясь выкинуть посторонние мысли и сосредоточиться на молитве. Хором, будто на автомате, они произносят: "Монолит, мы твои дети! Монолит, мы в твоей власти! Монолит, услышь нас!"

Таня не могла хоть немного приподняться. Ей поставили ногу на спину и при каждой попытке пошевелиться на неё сильнее давили. В голову упёрся приклад автомата. Девушка хотела хотя бы рукавом прикрыть рот и нос, чтобы не дышать радиоактивной пылью. Пошевелилась - стукнули прикладом. Топот