Спасибо, доктор - Ольга Жар

— Ты что сделала? Кончила у него на приёме? — Олег подошёл ближе и навис над Светой как грозная чёрная туча, закрывая свет от маленькой кухонной люстры.

— Да, Олег, я кончила на приёме у доктора, и у меня с ним даже не было секса.

— Ах, ты… ах, ты… шлюха! — закричал Олег и сорвал с себя полотенце, швырнул его в Свету, но она увернулась. Ну или он промазал, как и всегда.

Сверкнув голым задом, он исчез в коридоре, но очень быстро вернулся, неся перед собой двумя руками вазу с букетом роз. Цветы беспомощно колыхались от его подпрыгивающих шагов. В первый раз за долгое время Света не видела носки на его ступнях, только букет, ноги и не очень внушительное подмёрзшее достоинство.

— Ты изменила мне с чёртовым гинекологом! — с этим криком он хлопнул вазу об пол.

Осколки и вода полетели в разные стороны, стебли, листья, сорванные нежно-розовые лепестки, всё в беспорядке смешалось на жёсткой плитке. Света встала с места, едва не роняя одеяло.

— Я не изменяла тебе с ним! У меня не было секса! Он просто… просто научил меня, что такое оргазм! Он вылечил меня от иллюзий, что свои ощущения надо игнорировать! Что на себя надо забивать ради другого! Что в сексе важно не только, что ты получаешь, но и то, что ты отдаёшь! Что важна не только техника, а ещё и желание и влечение! Что важна…

— Что? — взвился голый и злой Олег, — что тебе ещё в нём важно? А? Чего только не придумаешь, чтобы оправдать измену, да? Мало тебе меня было, да? Ещё и с врачом своим трахалась, а теперь мне что-то втираешь? Шлюха, ты Света! Просто шлюха и обманщица! Хватит с меня!

Он развернулся и вышел с кухни, с грохотом мебели начал одеваться где-то, то ли в комнате, то ли в коридоре.

А Света села назад на стул и закрыла лицо руками. Громкий хлопок двери заставил её вздрогнуть и полностью зарыться в одеяло.

Глава 15

Светлана поставила на стол кувшин с водой, в котором теперь осталось всего семь роз из двенадцати. Остальные потеряли слишком много лепестков или заработали перелом стебля несовместимый с жизнью. Про вазу и вспоминать не стоило, она разбилась на мелкие прозрачные осколки с красивыми, но очень неровными и острыми гранями. Один из них порезал ей ладонь и теперь на месте тонкой красной полоски красовался пластырь. Жаль вазу пластырем не склеить.

И тем более разбитое сердце.

Тут не то что пластырь не помог бы, тут ни суперклей, ни цемент не спасли бы ситуацию. Вот такое оно оказалось «долго и счастливо», которое «умерли в один день», хрупкое и звонкое. В один день умерли вера в искренность чувств Олега, надежда на понимание и фальшивая картонная любовь.

Быть может, во всём этом Света была виновата сама. По крайней мере, очень сильно хотелось списать всё на себя и на неудачный поход к доктору. Ведь именно она допустила то, что произошло, то есть этот полный и бескомпромиссный выход за рамки обычного приёма и в принципе контроля над ситуацией и собственным телом.

Теперь между ней и Олегом простираются бездонной пропастью два оргазма и букет роз.

И самое неприятное было во всём этом то, что, по сути, она же добилась своей изначальной цели. Она вылечилась от злополучной фригидности, которой у неё никогда не было, и получила настоящий, полноценный и вполне себе крышесносный оргазм именно со своим парнем. Теперь, наверное, бывшим.

Если бы не одно «но».

Оргазм этот случился с чужим именем на устах, что автоматически записывало Свету в предатели. В её представлении точно.

Но бежать за Олегом, который ушёл, хлопнув дверью и обозначив её женщиной с низкой социальной ответственностью, совсем не хотелось. В душе и в кровоточащем сердце прочно укоренилась мысль, что им всё же не по пути. Да с самого начала так было, только они оба очень ловко притворялись.

Олег запал на неё, как на новенькую сотрудницу, долго флиртовал с ней, оказывал знаки внимания, завоёвывал, даже в постель в итоге затащил спустя несколько месяцев букетно-романтической фазы. И ей это безумно нравилось, потому что это были первые серьёзные отношения с мужчиной со времён пары неудачных романов в институте. Никто и никогда не говорил ей таких ласковых слов, никто не дарил цветы и подарки в таких количествах, никто не дышал так страстно в губы, мечтая о сексе с ней. Это всё ужасно льстило и заманивало, соблазняло во всех смыслах. Заставляло поверить, что это именно ОНО.

Чувство!

Но, кажется, сама Света так и не полюбила по-настоящему Олега, она просто утонула с головой в его ухаживаниях, растворилась в его «чувствах» к ней, а точней в их выражении, которое он так ловко применял. Выходит она любила не человека, а его отношений к ней самой.

Быть может, именно так все отношения и устроены в жизни, просто она вот такая наивная и не обжёгшаяся ещё дурочка, которая ждала чего-то большего. А в итоге это большее себе выдумала.

Может быть, вообще этих чувств и не существует, есть только химия ухаживаний, флюиды влюблённости, феромоны желания, которые кружат голову на короткий промежуток времени, а потом надо просто смириться и встать как паровоз на твёрдые, холодные рельсы и ехать по этой дороге жизни. Научилась кончать — молодец — теперь тебе доступен бонус, делающий эту «поездку» чуть более приятной.

Света встала у окна и грустно осмотрела тёмную холодную улицу, чуть мерцающие от колышущихся на ветру голых веток фонари, мелкие снежинки, летящие мимо тусклых колонн света из них. Чёрный прямоугольник на стоянке перед подъездом, где совсем недавно стояла машина Олега. Теперь там пусто, как и в душе у Светланы.

Пора спать. Утро вечера мудренее? Чуть менее больнее? Или бессонная ночь бесконечно длиннее…

* * *

На следующий день чудесным образом случилась внезапная суббота, так успешно забытая между листками слипшегося от слёз календаря. Будильник не поднял её своими истошными воплями в семь утра и не заставил наводить привычную красоту, надевать маску для игры «в работу» в офисе. Не заставил встречаться там с Олегом, мимо которого просто невозможно не пройти, будь проклято адское изобретение жадных на стены и двери архитекторов — открытое пространство одного гигантского кабинета со столами клетушками.

Тихая и пустая суббота распростёрла свои объяться над Светланой, свернувшейся