Василёк. В академии Крылатых змеев - Яна Епринцева

осторожно коснулась гладкой чешуи и погладила верхнюю часть морды дракона. Василиса едва сдерживала дрожь, стараясь держать пальцы подальше от острых зубов. А то ещё больше удивился этой ласке и, выпучив и без того огромные глазищи, замер, прислушиваясь к необычным ощущениям.

Девушка поняла, что змей не собирается набрасываться или плеваться огнём, и немного осмелела. Она подошла ближе и принялась гладить прохладную кожу дракона уже двумя руками.

— Красавец, Алмаз, — приговаривала она.

Василиса поглаживала дракона по блестящему на утреннем солнце загривку, как делала дома со своей коровой, забирая её из стада. При этом она не переставала говорить ему ласковые слова. А тот лишь хлопал сияющими глазами и жался к маленьким, тёплым ладошкам.

«Вроде вполне умное и доброе животное. Вот только как влезть к нему на спину? Он слишком высок, а чешуя очень гладкая. Даже не представляю, как это сделать», — подумала девушка.

— Ты большой и сильный змей. Мне так просто на тебя не взобраться. Позволь сесть тебе на спину? — проговорила она вслух.

И тут произошло то, чего не ожидал никто из собравшихся вокруг. Дракон вдруг присел на каменные плиты, и теперь его спина находилась на уровне талии девушки, да ещё и опустил крыло, как будто предлагая ухватиться за него, чтобы было легче взобраться.

По двору академии прокатился возглас удивления. Даже бородатые преподаватели повставали со своих мест, изумлённо разглядывая худощавого мальчишку, что в мгновение ока приручил величественного зверя.

А Василиса времени терять не стала. Она ловко вскочила на спину дракону, ухватилась за прочные костяные выросты на его шее и, склонившись к большой голове, попросила:

— Давай сделаем кружочек вокруг академии, и будешь свободен.

Змей тут же подчинился. Он был готов сколько угодно катать на своей спине это лёгкое, как пушинка, ласковое существо, которое люди называли — женщина.

Дракон взмыл в воздух, и неспешно махая крыльями, начал набирать высоту и кружиться над широким двором.

У Василисы перехватило дыхание от восторга, смешанного с ужасом. Земля неумолимо отдалялась, оставаясь внизу. Это было непривычно, жутко и одновременно восхитительно.

В ушах у девушки шумел ветер, он обдувал разгорячённое лицо, трепал волосы и одежду, заставляя дышать полной грудью.

«Я лечу, снова лечу на драконе! Я прошла испытание!» — с восторгом подумала девушка.

Она с жадностью разглядывала великолепный вид, что открывался внизу. Она видела изумлённые лица людей, столпившихся во дворе академии, слышала их голоса, но из-за шума ветра в ушах не могла различить слов.

Как управлять драконом, Василиса пока не совсем разобралась, но приказывать ему и не понадобилось. Умный зверь отлично знал, что от него требовалось во время испытаний новичков. Он сделал круг над зданием академии и опустился во двор, на то же самое место, где стоял до этого.

Девушка, не помня себя от радости, скатилась на землю и устремилась прямиком к Добромилу, по старой привычке спеша поделиться с любимым своим счастьем. Но наткнувшись на равнодушный взгляд, осеклась и, опустив голову, просто остановилась рядом с ним.

— Что же, Василий, ты с честью выдержал испытание. Хотя ты оседлал дракона совсем не так, как делают это остальные ученики академии, но условие выполнены, так что ты принят, — раздался голос Всебора Горобоя.

Девушка с благодарностью поклонилась. Ещё несколько минут назад она была совершенно счастлива. Но сейчас, сердце её вновь наполнилось горечью и тоской о потерянной любви. Василиса знала, что Добромил ищет её. Возможно, будет рад найти и жениться. И даже об Агафье, быть может, не вспомнит.

Но разоблачив себя, она не сможет оставаться в академии, и вынуждена будет вернуться в деревню к привычной, рутинной работе, а о полётах придётся забыть навсегда. Решиться на это строптивая девица была не готова.

Ощутив единожды удовольствие полёта, она жаждала оказаться в небесах снова. Да и к драконам у неё ещё в детстве появилось особое чувство, которое только окрепло после встречи с величественным Алмазом.

— Что же, твой товарищ с честью справился с испытанием. А как насчёт тебя, Добромил? Готов оседлать дракона? — спросил Горобой.

— Готов, отчего ж не попробовать оседлать, — кивнул тот.

— Ну так давай, покажи и ты удаль молодецкую, — Всебор, указал рукой на Алмаза, замершего на своём месте, с равнодушным видом разглядывая скопление людей.

Добромил ни минуты не колебался. Видя, как тощий заморыш с лёгкостью одолел змея и прокатился на его спине, он просто не мог опозориться и провалить испытание. Для парня стало делом чести тоже подняться в воздух верхом на крылатом змее.

Глава 22

Люди, что собрались вокруг, принялись перешёптываться. Они начали спорить, сможет ли этот здоровяк повторить тот же трюк, что и его слабосильный товарищ. Одни считали, что Добромилу вполне по силам оседлать дракона, другие же, наоборот, доказывали, что в подобных испытаниях обычно везёт кому-то одному, а второй всегда остаётся с носом.

Василиса тоже затаив дыхание смотрела на статную фигуру парня, который смело шёл к дракону. С одной стороны, для неё было гораздо лучше, если бы молодец провалил испытание и вернулся в деревню. С другой же, любящее сердечко её желало ему победы, не в силах принять провал и разочарование некогда близкого человека.

Добромил же вёл себя так, будто всю жизнь только и делал, что ездил верхом на крылатых змеях. Он подошёл к дракону, склонился к зубастой морде, легонько потрепал его по загривку, как обычного коня и, не раздумывая ни секунды, ухватился за костяной вырост на шее и ловко вскочил верхом.

Алмаз опешил от такой наглости. Змей взвыл, выпустил из ноздрей струи дыма и заметался по широкому двору, желая сбросить седока.

Он принялся извиваться, махать крыльями, взлетать и переворачиваться. Вот только, сколько змей не бился, у него не получилось избавиться от наездника. Добромил держался крепко. Он обхватил чешуйчатое тело дракона сильными ногами, а руками цепко ухватился за костяные выросты возле могучей шеи.

Все собравшиеся с замиранием сердца следили за противостоянием парня и зверя. К этому зрелищу, они как раз были привычны, ведь большинство поступило в академию именно так — оседлали змея против его воли и держались, пока тот не признавал своё поражение.

Поэтому-то и способ Василисы показался им странным и необычным. Худенькие и низкорослые ученики в академии имелись, но они справились с испытанием лишь благодаря своей быстроте, успев ловко вскочить на спину дракону, да цепкости. А разговаривать и просить змея о помощи никто до сегодняшнего дня не пробовал. Мужчины воспринимали вступительное испытание исключительно как способ