Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки - Ксения Есенина

После завтрака мы с Идой занялись уборкой на втором этаже: смели в кучку осыпавшуюся штукатурку, сняли паутину, вымыли окна, протёрли деревянные полы. Няня вновь применила свою магию, чтобы избавить шторы от пыли и затхлого запаха.

В момент, когда довольная проделанной работой я полной грудью вдыхала врывающийся сквозь распахнутые настежь окна свежий воздух, меня осенило.

— Ида, а твоя госпожа… — решительно начала я и запнулась, на ходу осознав, какой это деликатный и болезненный вопрос.

Няня выжидающе посмотрела на меня и подбодрила:

— Чего ты замолкла-то? Спрашивай, не стесняйся. Я уж давно приняла, что теперь вместо неё ты.

Я прочистила горло, чувствуя, как лицо заливается краской. Не хотелось расстраивать добрую женщину, но она и правда могла знать наверняка.

— Я хотела спросить… — Собравшись с духом, я выпалила скороговоркой: — Одиана была беременна?

Улыбка Иды увяла.

— Госпожа об этом не упоминала. — Она вдруг поджала губы и сухо добавила: — Брачная ночь-то между ней и лордом так и не состоялась.

Я расслышала уязвлённые нотки в нянином тоне и покраснела ещё сильнее. Значит, в этом мире порицается интимная связь до свадьбы. Получается, я только что невольно её обидела. Но откуда мне было знать, что брачной ночи не было?

— Прости, Ида, я не хотела тебя задеть.

— Да с чего ты вообще взяла про беременность-то? — резко спросила она.

Я неуверенно прикусила губу, осознавая, как нелепо прозвучат мои объяснения. Но разговор уже начат, поворачивать назад поздно.

— Из-за сна.

Ида скептично вскинула бровь. Она явно всё ещё злилась на меня.

— Сна?

— Мне приснилось… Вернее, это скорее всего были воспоминания о том, как Одиану бросили в темницу. Она что-то хотела сказать Рангарду, но как будто побоялась. И её рука на секунду потянулась к животу. Возможно, между ними всё же…

— Не может быть такого! — перебила меня Ида, закипая от возмущения. — Моя госпожа никогда бы до такого не опустилась! Прыгнуть в постель к жениху до свадьбы! Стыд-то какой! Позор! Нет, нет и нет!

— Но ведь сам Рангард приехал сюда в тот день, потому что думал, что Одиана беременна, — не удержалась от последнего аргумента я.

Ида насупилась, шумно дыша, и ничего не ответила. Потому что этот довод был куда сильнее какого-то там мутного видения, которое вообще могло оказаться плодом разбушевавшейся фантазии.

И всё же портить отношения с няней мне совершенно не хотелось, поэтому я добавила примирительным тоном:

— Я никого ни в чём не обвиняю и не осуждаю. Всего лишь пытаюсь разобраться.

Ида всё ещё гневалась, но я каким-то шестым чувством уловила, что теперь эти эмоции больше не направлены на меня. Она зыркнула неожиданно острым взглядом.

— Даже если так случилось, — тяжёлым голосом заговорила она, — то вины моей госпожи тут точно нету. Такой властный мужчина, как лорд Рангард, мог принудить её нарушить запрет под предлогом того, что свадьба уже скоро.

Я зябко поёжилась. Бедная девушка! Я легко могла представить, как она, наивная и влюблённая по уши, полностью доверяет себя своему жениху. Жестоко винить её за такой опрометчивый шаг. А вот Рангарда подобный низкий поступок делал ещё более омерзительным.

Сам же совратил, воспользовался, а потом вышвырнул за порог, как ненужную вещь. Какой он после этого мужчина?

Ида бросила косой взгляд на мой плоский живот.

— Что ж, значит, будем следить, дочка. Но если подтвердится…

От её мрачного тона у меня засосало под ложечкой.

— Что? — обеспокоенно спросила я.

Ида тревожно сдвинула брови и сжала мою руку своей тёплой морщинистой ладонью:

— Если лорд Рангард узнает, что ты беременна от него, он тут же заявит права и после родов отберёт ребёнка без твоего согласия.

Глава 17

Нашими усилиями участок вокруг дома постепенно приобрёл опрятный вид. Разве что пруд никак не поддавался: мы с Кастором трижды вычищали его от грязи, тины и травы, но следующим утром всякий раз обнаруживали пруд всё в том же заболоченном состоянии.

В итоге я приняла решение не мучиться дальше и обнести его небольшим заграждением. Благо от пруда хотя бы не несло гнилью и затхлостью.

К этому времени стало очевидно, что у меня задержка. Это, конечно, ещё ничего не значило, и всё же какое-то шестое чувство настойчиво подсказывало: я беременна.

От самой мысли кружилась голова. Это же настоящее чудо! В своём родном мире мне оставалось только мечтать и в особо тяжёлые моменты тихонько плакать по вечерам в подушку.

Жестокая ирония состояла в том, что я пять дней в неделю работала с чужими детьми. В момент выбора профессии мне было восемнадцать, а диагноз поставили только через несколько лет. Возможно, если бы знать заранее, я тогда выбрала бы другое направление.

Ида лишь угрюмо кинула, когда я сообщила ей о своих подозрениях.

— Надеюсь, на этот раз ты не предложишь мне пойти на мировую с лордом Рангардом, — с нервной неловкостью пошутила я.

— Ни за что! Мало того, что этот деспот воспользовался доверчивостью моей госпожи, так ещё и довёл… довёл мою девочку… — она всхлипнула в платок. — Чтоб ноги его здесь больше не было! Дитятко сами родим и поднимем, стану ему бабушкой. А этот… пущай даже не думает на него посягнуть!

Я была с ней полностью солидарна. Только осознав очередным утром, что во мне растёт новая жизнь, я сразу же приняла твёрдое решение: не отдам. Такое чудовище не заслуживает получить моего ребёнка.

Единственное, что знатно усмиряло столь пылкий настрой, это состояние дома и мои скромные доходы. Грызунов и насекомых мы повывели, но крыша чердака и полы на третьем этаже отчаянно нуждались в ремонте. Да ещё с потолков то и дело осыпалась штукатурка.

И всё это нужно не только отремонтировать, но и после поддерживать в сносном состоянии. Того, что мне удавалось зарабатывать, едва хватало, чтобы прокормиться. А что будет с рождением ребёнка?

От идеи продать особняк пришлось отказаться: он и даром никому оказался не нужен. Фамильное гнездо угасшего рода, да ещё с репутацией проклятого места ни для кого не было лакомым кусочком. Проще оставить его доживать свои дни, постепенно разрушаясь, а для нас троих купить домик поскромнее где-нибудь в городе.

Да