Необдуманный поступок - Татьяна Роу

— Мне действительно страшно оставаться одной. Неужели один вечер нельзя пропустить и остаться в доме своей матери? Померить давление, как ты раньше всегда это делал… Чувствую, что пульс просто зашкаливает. — в ее голосе звучала беспомощность и обида.…Хотелось любыми способами добиться понимания… Начать разговор, затронуть тему, от которой сын сознательно уходил.

— Хорошо. Сейчас мы померим давление. Мама, но я тебя предупреждаю — я все равно уеду к Ольге. Как ты не понимаешь, что мне нужно с ней поговорить. Успокоить. Объяснить, что я уже взрослый мальчик и могу принимать решение самостоятельно. Ты меня поставила в неловкое положение перед девушкой, которая мне далеко не безразлична.

Макар старался говорить уверенно, с особой тщательностью подбирая слова. Много чего хотелось сказать, но он боялся наговорить лишнего, чтобы у мамы действительно не поднялось давление. Он и так для достижения своей цели, постарался ей доходчиво объяснить, что она не права и мириться с ее выходками никто не будет.

— И на этом спасибо. — фыркнула Софья в ответ. — Как ты еще не нашел себе спутницу с тремя детьми. — еле пробормотала она, но так чтобы сын обязательно ее услышал.

От ее слов, лицо Макара заметно перекосило. Он раздраженно вздохнул, кулаки сжались, а глаза вспыхнули словно спички. Что вообще происходит? Никогда раньше она себе такого не позволяла, старалась уважать его выбор и ни к коем случае не навязывать свою позицию.

— Мама, попридержи свое мнение. Не стоит высказывать вслух свои преждевременные выводы… Ольга мне очень нравится. Слава богу, что у нее только один ребенок. Но если бы у нее было трое детей- думаю меня вряд ли это остановило. И если ты это не поняла…

— Все с тобой понятно. Иди. Не надо мне мерить давление. Смотрю с некоторых пор, мнение матери для тебя ничего не значит. — перебила она его. — Только знай, с ней ты останешься только через мой труп. Выбирай. — Софья резко повернула ключ на входной двери. Открыла настежь дверь, не желая его больше слушать. Чтобы он сейчас ей не говорил, Софья знала, что сына нужно спасать и никто ее в этом не переубедит.

— Мама, ты точно себя нормально чувствуешь? — донесся в спину голос сына, а его рука вцепилась в локоть, пытаясь развернуть и посмотреть на ее лицо.

Софья повернулась к сыну, выдернула локоть из его цепких пальцев и проигнорировав вопрос произнесла.

— Беги. Ко мне можешь вообще больше не приходить. Лечи свою Олю. Мать перебьется.

Все происходящее превратилось в базарную ругань с переходом на личности. Макар как никто другой знал свою родительницу и прекрасно понимал, что ей необходимо сейчас успокоиться, подумать, взвесить все за и против, а лишь за тем принимать решение.

— Я тебе позвоню. Прошу тебя подумать над своим поведением. Постарайся себя не накручивать. Все равно последнее слово останется за мной и тебе придется смириться с моим выбором. — Макар перешагнул порог. Софья сразу захлопнула дверь, демонстративно закрыв ее на замок и только оставшись одна- всплакнула.

* * *

— Ты пришел? Неужели мама тебя отпустила? — открыв двери, удивленно спросила Ольга.

Ничего не изменилось. Несмотря на категоричное возражение Софьи Михайловны. Макар все равно был ей дорог. Ольга с нетерпением ждала его возвращения, постоянно посматривала на часы. Хотя была уверена, что мама сделает все возможное, чтобы сын сегодня остался у нее.

Обида на эту женщину все еще не отпускала, но Ольга постаралась взять себя в руки и не идти на поводу своих эмоций, прислушиваясь к зову сердца и голосу разума. Макар не виноват, что у него такая сердобольная мама.

— Ты обиделась? — тихо произнес Макар, окидывая ее виноватым взглядом. Озираясь по сторонам и убеждаясь, что их разговор никто не слышит.

Ольга молча отошла в сторону, пропуская Макара в квартиру, ликуя в душе, что он все таки пришел.

— Возможно мама права. Как мать я ее понимаю. — поспешила оправдать Софью Ольга. — Как ни старайся, для всех хорошей не будешь.

Макар прикрыл дверь, поцеловал в щеку, закрыв ладонью ее рот.

— Прости ее. Я не разделяю ее точку зрения. И никто меня в этом не переубедит. Ты нужна мне. Я знал, что маме наш союз не понравится. Но встречаться с теми, кто нравится маме — просто смешно. Такого никогда не будет. Я хочу быть с тобой. Маме я доходчиво это объяснил. — серьезно произнес Макар, внимательно разглядывая Ольгино расстроенное лицо и пытаясь хоть немного поднять ей настроение.

— Макар, это мнение твоей мамы. Она настроена решительно. Мне, конечно, неприятно. По ее словам, я вцепилась в тебя мертвой хваткой. — Ольга резко остановилась, продолжая сверлить взглядом Макара, оценивая сложившуюся ситуацию и думая, стоит ли продолжать говорить о том, что ее сильно тревожит, но все таки не стала останавливаться.

— Я хочу чтобы ты сегодня поехал домой и хорошо подумал. Стоит ли нам продолжать встречаться. Мнение мамы тоже нельзя полностью игнорировать. Ты еще молод…

— Я уже подумал. — остановил он ее. — Если бы я хоть чуточку сомневался, меня бы здесь сейчас не было. — ответил Макар, не мешкая ни секунды. С нежностью поцеловав ее в губы, так, что у Ольги по спине табуном пробежали мурашки.

— Я никуда не уйду. — произнес он немного виновато, поцеловав ее снова. На этот раз поцелуй был более настойчивым и глубоким.

— А за маму не беспокойся, ее я беру на себя. Мы есть друг у друга- это главное. Все остальное заработаем, купим, получим…

Глава 17

— Маша, что делать? Макар стал совершенно неуправляемый. Мои слова для него как о стенку горох. — всхлипывая, Софья одной рукой держала трубку возле уха, а другой носовым платком вытирала слезы.

Ей просто необходимо было сейчас высказаться, разрядиться. Пожаловаться на своего ребенка, ради которого она поставила крест на своей личной жизни. Решив посвятить себя сыну и любимой работе. После развода с мужем Софья больше не искала счастья в любви, сделав вывод, что все мужчины одинаковы.

— Соня, ты как маленький ребенок, честное слово. Чувствую, что доведешь себя до инфаркта. Зачем ты воспринимаешь все так близко к сердцу. Я вот лично зауважала племянника. Он поступил как настоящий мужчина. Поздравляю тебя, сестренка, ты воспитала хорошего сына. — Мария, как никто другой знала свою сестру и понимала, что если ее не остановить, то Соня наломает