Академия Черного дракона - Елена Ха

– Да как ты смеешь! – взвизгнула Розарика и замахнулась на девушку, но тут из комнаты вышел начальник стражи с брезгливым выражением на холеном лице и удивленно приподнял бровь, застав сцену женской склоки. Гостья тут же вернула себя скорбящий вид.

– Ну что ж, дамы, я вынужден вас оставить. Дела. Правосудие не ждет.

– Господин Милорик, раз вы задержали моего мужа, вы разве не должны задержать и госпожу Розарику? – учтивым тоном поинтересовалась Мара.

– Что?! – рыкнула обвиняемая.

– За что? – одновременно с ней удивился начальник.

– Гройрик умер в постели моего мужа. Никто не знал, что он там будет. Свад предложил ему свою спальню в последний момент. А госпожа Розарика питала к брату явную неприязнь и вполне могла убить. Наследника у него пока нет. Смерть Свада сделала  бы ее сына единственным претендентом на титул главы клана Прозрачных озер. У нее был мотив. И возможность!

– Как ты смеешь обвинять меня в убийстве собственного сына? – тихо, с угрозой в голосе спросила Розарика, медленно надвигаясь на Мару. Но женщину обхватил за плечи Милорик и примиряюще пояснил Маре:

– Допускаю, что в ваших словах может быть доля истины, но не представляю, чтобы драконица смогла задушить дракона… У нее бы не хватило сил.

– Задушила? – удивленно переспросила Мара.

– Да, я осмотрел трупы. Налицо признаки удушения. Конечно, наши эксперты проведут дополнительные обследования, но в целом картина ясна.

– Вы обнаружили на их шеях следы от удавки? – удивилась Мара.

– Нет, следов нет. Думаю, преступник воспользовался подушкой.

– А запах мяты с примесью чего-то явно очень навязчивого вам не кажется подозрительным? – наивно хлопнув глазками и старательно изображая из себя наивную дурочку, уточнила девушка.

– Возможно, влюбленные жгли какие-то ароматические свечи… – предположил Милорик.

– Вы обнаружили огарки? – тут же ухватилась Мара.

– Нет. Возможно, это были палочки. Давайте не будем делать преждевременных выводов и гадать. Следствие идет, и мне пора, – закончил разговор Милорик и хохотнул, довольный своим остроумным каламбуром.

Мужчина попрощался с дамами и ушел. Мара посмотрела на Розарику и спокойно, но уверенно сказала:

– Вас я тоже более не задерживаю. Попрошу покинуть мой дом.

– Что?! – ошарашенно переспросила скорбящая мать.

– Попрошу покинуть мой дом немедленно! – любезно повторила Мара.

Розарика нахмурилась и снова начала надвигаться на девушку:

– Кто воспитывал тебя, дрянь?! Как смеешь ты выпроваживать меня из дома собственного брата?

– Это дом моего истинного, этой ночью мы закрепили нашу связь. Возможно, я уже ношу под сердцем его ребенка. А вы только что обвинили его в убийстве, которое совершили сами. Покиньте мой дом! – потеряв на миг контроль над собой, тихо, с плохо скрываемой яростью, проговорила Мара.

– Тебе же только что объяснили, что я не могла этого сделать, глупая ты курица! – усмехнулась женщина, и в ее взгляде было столько яда, что стало понятно, она тоже не удержала маску жертвы.

– Следствие еще идет. А пока убирайтесь прочь! Или мне попросить слуг вытолкать вас за ворота? – Мара насмешливо приподняла бровь, от чего у Розарики дернулся уголок глаза, а губы искривились в гневной гримасе.

– Здесь мои вещи. Я без них никуда не уйду! – заявила она, развернулась и зашагала к своей комнате.

– Федя, выстави эту наглую особу за ворота, – скомандовала тут же Мара.

Слуга, все еще топтавшийся рядом со спальней, ставшей местом преступления, тут же бросился выполнять приказ. Он все это время стоял, замерев словно статуя, боясь шелохнуться, и смотрел на Мару так, что сразу было понятно: всей душой болеет за хозяйку.

Догнав Розарику, слуга закинул ее себе на плечо и стал спускаться по лестнице. Женщина колотила его руками и ногами, но здоровому двухметровому мужику это было не больнее касания крыльев курицы, квочки тоже резво брыкаются перед тем, как попасть в суп.

– Я подам жалобу страже. Это беззаконие, самоуправство, воровство! – визжала Розарика.

Мара спускалась за Федей и прекрасно слышала упреки родственницы.

– Да, обратитесь к страже. Когда они придут за вашими вещами, я буду настаивать на их обыске, – откликнулась девушка. Мысль об обыске ее удручала, нужно было требовать от Милорика провести его сразу. Теперь, если стража найдет что-то важное в вещах Розарики, яд, например, то драконица всегда сможет сказать, что ей это подбросили после того, как выгнали на улицу.

У дверей девушка столкнулась нос к носу с отцом, за ним шел Влай. Оба выглядели обеспокоенно. Брат даже не успел снять красную мантию, из-за чего во дворе академии на него недобро поглядывали.

– Что у вас здесь происходит? – удивился Рорик, провожая обеспокоенным взглядом Федора с необычной поклажей на плече.

– Здесь происходит беззаконие! – тут же заверещала Розарика, – В этом доме убивают и грабят. Не семейка, а банда разбойников!

Слуга, не останавливаясь, вышел во двор, и наступила долгожданная тишина. Мара вздохнула и все-все рассказала отцу.

– Что делать? – со слезами на глазах спросила девушка, – Милорик палец о палец не ударит, чтобы оправдать Свада. А он не виноват! В его спальне пахло. Возможно, убийца использовал какой-то яд. Если мы обыщем комнату Розарики, то наверняка найдем что-нибудь важное! Но без свидетелей скажут, что мы ей это подбросили.

Мудрый ректор Академии Красного дракона почесал затылок и задумался, зато не стал молчать Влай:

– Сестра, ты уверена, что это не Свад убил племянника? Он уже покушался на жизнь короля. Кто знает, какие разногласия между ними были…

– Свад рассказал мне ночью, что Гройрик извинялся перед ним за поведение матери. Они были в хороших отношениях. Влай, не веришь ему, поверь мне!

– Ты женщина, тебя легко обмануть, – отмахнулся парень.

– Да? И часто ты обманываешь Рию? – сердито поинтересовалась Мара.

– Никогда! – оскорбился юный дракон, – Да и зачем мне это? Она моя истинная, у нас нет тайн друг от друга!

– И у меня со Свадом нет! – припечатала Мара.

– Дети, вы уже не дети, а