Волчий доктор или Призванная во спасение - Хелен Гуда

Не стала ничего говорить, хотя так и хотелось ответить, что о том, обижала я малышку или нет, можно было спросить и у самой малышки. Она хоть и в облике волчонка, но все равно понимает речь и кивнуть точно сможет. Но так как меня еще даже из темницы на свет божий не вывели, я прикрыла варежку и помалкивала.

Мы вернулись в то самое помещение, и я увидела стражников в очень плачевном виде. Они были, мягко говоря, помяты. Неужели это малышка их так отметелила? Кстати, и того, что собирался со мной “веселиться”. Смерила его ненавидящим взглядом. Я запомнила эту тварь, и нам представится еще случай поквитаться. Уверена.

Зашла в комнату, откуда меня не так давно так шустро выпроводили, и опешила от увиденного. Стол перевернут, стулья тоже, посуда разбросана по всей комнате, еда тоже. Видимо, девчушку хотели накормить, но она и еду не принимала. Малышка забилась в угол и смотрела на всех испуганно и настороженно, но, заметив меня, рванула ко мне. А я присела, расставив руки, но вместо мохнатой тушки я обняла уже голенькое худенькое тельце девчушки лет пяти-шести. Я обняла девочку и замерла. Девочку обняла меня, отстранилась и с удивлением посмотрела на себя.

– Привет. Как ты? – я улыбнулась малышке, чтобы она не испугалась и не превратилась снова в волка

– Испугалась. Куда ты ушла? – и девушка собралась плакать, снова прильнула ко мне. Ей на плечи лег платок. Видимо, из моих вещей, уж очень рисунок был знаком на ткани. Я укутала девочку, а она подозрительно покосилась на лорда.

– Нужно было отойти по делам, – расплывчато ответила девчушке.

– Больше не уходи или бери меня с собой. Раньше же брала. Или я тебе такая не нравлюсь? – у малышки задрожал подбородок, и на глаза снова набежали слезы.

– Что ты, что ты, милая! Нравишься конечно, – я прижала к себе хрупкое тельце и забегала глазами в поисках целого стула, но не нашла его и уселась на пол, усадив ребенка к себе на колени. – Ты очень красивая: и когда была волчонком, и когда стала девочкой, – я прижимала к груди ребенка и гладила по голове, укутывая в платок. К щеке прикоснулась мужская рука, стирая слезу. Только сейчас спохватилась, что плачу. В груди щемило от переполняющих меня эмоций. – Ты помнишь, как тебя зовут? – я смахнула слезы, чтобы ребенок не заметила, а мужскую руку убрала. Я сама не поняла, как я отношусь к этому странному лорду, у которого в окружении слишком много озабоченных подданных. То Юрашка, то этот громила и его желание “позабавиться”, или как он там мне грозился.

– Маришка, – ответила девочка, а я вопросительно посмотрела на мужчину. Он молча развел руками и пожал плечами, как бы говоря, что ему это имя ничего не говорит. – Мама называла Анна-Мария, а папа – Маришка, – ответила девочка и расплакалась, да так горюче, что у меня сердце рвалось на куски.

– Что ты, милая! – я укачивала девочку и пыталась успокоить. – Почему ты плачешь?

– По папе с мамой, – тихо, сквозь слезы проговорила девочка. – Я соскучилась.

– Мы их обязательно найдем, – пытаюсь успокоить, а девочка отрицательно качает головой. – Не найдете, их убили, – вдруг проговорила девочка и прижалась ко мне еще теснее.

– Кто их убил? – вклинился в наш разговор мужчина, а я недовольно посмотрела на лорда. Тоже мне, нашел время допрашивать ребенка.

– Я не знаю, люди какие-то, – тихо ответила девочка. – Они что-то искали. Но папа сказал, что им это никогда не найти, – ответила Маришка и снова сунула нос ко мне под мышку, хлюпая носом.

– А как выглядели эти люди? – допытывался лорд.

– Может быть, не сейчас? – я понимала, что мужчине нужна эта информация. Но и девчушка была совсем маленькой, и она только перевоплотилась в человека. А до этого неизвестно сколько времени была волчонком. Ей надо было успокоиться, прийти в себя, а не на вопросы отвечать. Я хоть и не педиатр, но прекрасно понимаю, какой стресс пережила девочка, и что это может стать детской травмой.

– Да, вы правы. Сейчас провожу вас в гостевые покои, где вы сможете отдохнуть с дороги и привести себя в порядок, – удивительно, но мужчина не стал возражать и настаивать, что ему нужно немедленно допросить девочку. – У меня и к вам будут вопросы.

– Отвечу на все ваши вопросы, как приду в себя. И когда Мариша сможет вам все рассказать, – чувствовала ответственность за девочку. Она потеряла родителей и была одна в этом мире. Я ощущала ее как родственную душу. Я тоже здесь была совсем одна, не считая нашего мохнатого сопровождающего. Кстати, где он?

– Да-да-да, – ответил лорд, уже увлеченный своими мыслями и не обращающий на нас никакого внимания.

– Кстати, ваша стража куда-то прогнала моего кота. Его надо найти, – привлекала я к себе внимание мужчины.

– Кого? Кота? – мужчина словно спохватился и удивленно уставился на меня.

– Да, кота, – я кивнула, и даже Мариша выглянула из-под мышки и посмотрела на лорда.

– Кеша, – позвала девочка нашего мохнатого проказника. – Котика зовут Кеша.

– Сейчас я прикажу, и его найдут, – ответил мужчина. – Идемте, я вас провожу к гостевым покоям и приставлю стражу.

– Зачем нам стража? – я насторожилась. Может, я поторопилась с выводами и нас так и оставляют пленницами, только просто меняется место заключения на более комфортабельное.

– Люди, убившие родителей Маришки, могут прийти и за ней, – ответил мужчина на мой вопрос.

– Но что может знать маленькая девочка? – я опешила от такого предположения.

– Не знаю, что в голове у людей, которые решаются на самое тяжкое преступление. На убийство и покушение на оборотней. Суровее карается только измена, – ответил мужчина, а я промолчала. У них даже на законодательном уровне оборотни стояли выше людей, так что не удивительно, что какие-то люди были не в восторге от этого и замыслили заговор.

Я не стала выяснять все и уточнять, да и не факт, что лорд мне вообще хоть что-то объяснил бы. Он привел нас в замок, открыл двойные двери в