Селфи с медведем - Оксана Олеговна Заугольная

из двух. Или он почувствовал себя лучше и собирается её поцеловать, а такая длинная подводка нужна для того, чтобы Даша ему не врезала. Или он почувствовал себя хуже и решил попрощаться, полагая, что умирает.

– Зачем ты сейчас мне всё это говоришь? – спросила Даша, так и не разобравшись, какой вариант более вероятен.

Но вместо ответа Кирилл вдруг неожиданно цепко ухватил её за плечо.

– Слушай, – шёпотом произнёс он.

Ветер шумел в вершинах сосен и елей, перекрикивались какие-то ночные птахи. А потом Даша поняла, что так напугало Кирилла. В их маленьком лагере кто-то был. Этот кто-то ходил, шумно втягивал носом воздух. Под лапами потрескивали ветки.

Даша попыталась убедить себя, что к ним пожаловал соболь. Или куница. Могут же они тоже громко дышать! Но на этот раз олимпиады её подвели: сложно верить в придуманную версию, когда знаешь, что соболи и куницы едва ли больше сорока сантиметров в длину.

Зверь – а Даше пришлось признать, что это был зверь, а не одна на двоих галлюцинация, – ходил в некотором отдалении от них, со стороны глухой стенки палатки. Впрочем, Даша не обманывалась. Если зверь захочет смять или разорвать палатку, он легко сумеет это сделать.

Они искали медведя, но медведь нашёл их первым.

– Беги, – шёпотом попросил Кирилл, и лицо его так искривилось, словно его больную ногу уже начал драть медведь. – Я отвлеку его криком.

Даша вцепилась в спальник. В кино казалось нормальным остаться с тем, кто не может бежать, и смело встречать опасность. В жизни же… Она хотела послушаться. Очень. Сердце колотилось так, что она едва слышала все эти шорохи снаружи палатки. И от этого становилось только страшнее.

Принять решение помогли ноги. Они буквально отнялись и теперь были точно ватные.

– Я тебя не брошу, – тихо ответила она, злясь и на себя, и на ноги, и на медведя.

Ей хотелось кричать, но Даша никак не могла вспомнить, боятся медведи криков или, наоборот, шум только разозлит дикого зверя. Она уткнулась лицом в спальник и затихла, прислушиваясь к тому, что происходит в лагере. Сейчас она больше всего злилась на Кирилла. Зачем он её растолкал? Так бы она спала себе и не догадывалась, что медведь бродит рядом!

А потом она представила, что было бы, проснись она первой. Она бы сбежала или разбудила Кирилла, чтобы было не так страшно?

– Ты мне тоже нравишься, Кирилл, – совсем тихо произнесла она. Чтобы никто не услышал. Ни медведь, ни сам Кирилл.

Они понятия не имели, сколько пролежали, не решаясь пошевелиться. Наконец Кирилл прошептал:

– Кажется, он ушёл.

Даша прислушалась. Может, Кирилл был прав, но она слишком мало знала о медведях и потому гадала, могут ли они отойти недалеко и подстеречь добычу или за этими зверями не водилось такой привычки.

Так что выбраться из палатки Даша решилась только с рассветом.

Кирилла пришлось выволакивать вместе со спальником, но Даша зря переживала: опухшая нога выглядела лучше, чем вчера, да и температура у него больше не поднималась.

– Теперь суп? – спросил Кирилл.

Даша помотала головой.

– Давай уйдём отсюда, – попросила она. – Вдруг медведь вернётся! Как нам повезло, что мы не приготовили суп с вечера! Если бы он нашёл еду…

Она замолчала, но Кирилл кивнул. Он и сам понял, что она хотела сказать. Медведю могло бы показаться мало.

– Телефон можно? – смущённо спросил он.

Заряда оставалось уже мало, но Даша уже проверила, что и провод, и пауэрбанк были в порядке. Так что она спокойно отдала телефон и принялась разбирать палатку. Кирилл на одной ноге проскакал в ту сторону, откуда ночью раздавался шум, и с негромким вскриком неловко присел.

– Следы! – крикнул он. – Сейчас запишу видео и сделаю фото.

Даша кивнула. Ей тоже было любопытно посмотреть на настоящие следы медведя, но куда больше она хотела не столкнуться с хозяином леса. Поэтому она торопилась собрать вещи и свернуть палатку.

О том, что Кирилл сказал ей ночью, а также о том, что она сама ответила ему, Даша вспомнила уже после того, как преодолела первые сто шагов. Да, сначала она всё-таки посмотрела на след и даже сфотографировала свою кажущуюся крошечной на фоне этой чудовищной лапы ладонь. Но после она поспешила определить их дальнейший путь к вершине камня.

Вместо того чтобы оставить Кирилла у потухшего костра и перетащить вещи повыше, Даша поступила иначе и пожалела об этом уже на первых пяти шагах. Без верёвки, которой она страховала с трудом передвигающегося парня, весь его вес давил на её плечи. А ещё надо было возвращаться за рюкзаками.

– Осталось не так уж далеко, – заметила она на двадцатом шаге. – За день дойдём.

– Хорошо бы, – судя по голосу Кирилла, его эйфория от отснятого контента уже прошла, и он не очень-то верил в их успех. И это невероятно раздражало.

Даже было страшно. До сих пор медведь был чем-то эфемерным. В лесах Прикамья водятся медведи. Медведь вышел на улицу Соликамска. Медведя видели в районе Ветлана… Это всё было не рядом с ней. Не по-настоящему.

И пусть ещё вчера, обнаружив, что у них есть две банки тушёнки, Даша подумывала наконец последовать негласному туристическому правилу и остаться на месте, пока их наконец не найдут, сейчас она хотела бежать отсюда что есть мочи.

Вот только сил не было. Оставив Кирилла на будущей новой стоянке, Даша начала спускаться за вещами и едва не покатилась кубарем под горку, неаккуратно поставив ногу. Перед глазами пронеслось всё. Как она ломает ногу и остаётся в полусотне шагов от ослабшего Кирилла и бесконечно далеко от рюкзаков, где есть лекарство, нож, палатка. Наверное, милосерднее было сразу свернуть себе шею. К счастью, Даша отделалась лишь испугом. Ухватившись за гибкие и колючие ветви кустарника, она просто упала на колени и замерла. Дыхание восстанавливалось медленно. А потом – Даша не поверила своим глазам.

– А-а-а! – заорала она так, что откуда-то сверху раздалось встревоженное:

– Даша? Что случилось?!

– Астрагал! – вопила Даша, разом забыв и про чудовищные картины своего вероятного падения, и про медведя, и про то, что они заблудились в тайге. – Астрагал пермский! Это… это такая редкость!

Она наклонилась к полукустарничку, едва не касаясь его носом. Сомнений быть не могло. Крупные цветки, серебристые стебли и листья от густого опушения…

Она не чувствовала даже боли от колючек, пробороздивших ладони. Только оглянулась по сторонам, чтобы найти, чем пометить место. Большая коряга подходила отлично, и Даша водрузила её рядом с растением, хотя поднять и протащить её было совсем не просто. Да