Герцогиня-попаданка. Хозяйка заброшенных земель - Адриана Вайс

блюда из тыквы. Я учу его готовить тыквенный суп-пюре со сливками, мускатным орехом и гренками; тыквенный пирог с пряностями и сгущенным молоком; запечённую тыкву с мёдом и орехами и многое другое.

Помимо того, что сам Оскар с горящими глазами набрасывается на каждое новое блюдо из тыквы, остальные слуги с не меньшим удовольствием пробуют наши творения.

Льюис тоже рад подобному положению дел: тыква и кукуруза в Нортвуде не стоят практически ничего, что позволяет ему хорошо экономить на еде.

И, тем не менее, не смотря на эту идиллию, каждую ночь ложась спать, я не могу избавиться от беспокойства. Настороженно выглядываю в окно, ожидая увидеть толпу с факелами и вилами. Воображение подкидывает сцены из фильмов, где разъяренная толпа вламывается в особняк, круша все на своем пути. Но каждый раз меня встречает совершенно пустой двор.

На всякий случай Льюис держит карету наготове, чтобы в случае чего я могла быстро сбежать. Но вместо этого однажды к нам приезжает карета из замка моего так называемого мужа.

Это проходит как раз в тот момент, когда мы с Оскаром печем ароматные и нежные творожно-тыквенные оладьи с корицей. На кухню вбегает Льюис и сообщает, что к нам приехали гости из дворца Гранда.

Услышав об этом, я с надеждой иду в гостиную, надеясь, что это вернулся Корвус с новостями. Но едва я выхожу в зал, как тут же сталкиваюсь глазами с пожилой женщиной. Она смотрит на меня ледяным презрительным взглядом, надменно вздернув подбородок.

Женщина одета в роскошное платье из тёмно-бордового бархата, украшенное золотыми узорами. На ее пальцах блестят массивные перстни с драгоценными камнями, а на шее — тяжёлое ожерелье из жемчуга. Седые волосы собраны в строгий пучок, а лицо скрывает слой пудры, подчёркивая острые скулы и тонкие губы.

Весь ее вид будто кричит о том, что все кто находится подле нее — лишь грязь под ее ногами.

— Ну наконец-то ты показалась, — произносит она холодным тоном, — несносная паршивка.

Я ошарашенно смотрю на неё.

— Простите, а вы вообще кто такая? — не выдерживаю я.

Ее глаза моментально вспыхивают гневом.

— Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне, девчонка? — шипит она.

— Леди Маргарет, давайте успокоимся. Вы наверно устали с дороги… — приходит мне на помощь Тиарен, который тоже показывается в гостиной.

Вот только эта самая «леди Маргарет» вонзает в него пылающий ненавистью взгляд.

— Молчать! Я не с тобой разговариваю! — повышает голос она, — И вообще, вы двое, — обращается она к Тиарену и Льюису, — прочь отсюда, живо! Я хочу поговорить с этой дрянью наедине!

Внутри меня все ходит ходуном от возмущения. Дрянью? Да что эта старая грымза себе позволяет? С порога накинулась как бешеная, еще и рты всем затыкает. Кто она вообще такая?

— Леди Маргарет, — не сдается Тиарен, — Разрешите хотя бы мне присутствовать при этом разговоре.

— Не смей мне перечить! — переходит на возмущенный крик она, — Убирайтесь отсюда!

Тиарен бросает на меня затравленный взгляд, полный сожаления и поворачивается, чтобы уйти. Но перед этим, я успеваю его шепотом спросить:

— Тиарен, скажи хоть кто это?

— Это… — с непередаваемой горечью отзывается он, — … наша самая большая головная боль

Глава 18

— Это наша самая большая головная боль… Твоя свекровь, мать Гранда, — тихо, почти со стоном отвечает Тиарен, а затем выходит, оставив меня в полном одиночестве перед моей новой «родственницей».

— Отлично, — тихо отвечаю я, — Семейные разборки, прямо как я люблю…

Стоит ли говорить, что это лишь сарказм?

Леди Маргарет подходит ближе, её парфюм — резкий, с нотками жасмина и чего-то ещё удушливого — буквально сбивает с ног. Я невольно морщусь, но стараюсь держать лицо. Её холодные глаза сверлят меня, как будто пытаются прожечь во мне дыру.

— Ты позоришь имя моего сына! — срывается она, её голос режет, как острое лезвие. — Думаешь, если ты одна из немногих, кто может подарить ему чистокровного ребёнка-дракона, то тебе всё позволено?

Я моргаю, пытаясь осмыслить её слова.

— Что? Какого еще ребенка-дракона? — в шоке спрашиваю я.

Я помню, что Рейнар представился драконом, но я думала, что Айлин человек. Иначе, как еще от их брака может получиться чистокровный дракон? Или что, для этого нужны какие-то дополнительные условия?

Уф… что за странные в этом мире правила!

Тем временем, глаза Матильды вспыхивают яростью.

— Не смей издеваться надо мной, Айлин! — шипит она, — Это тебе не шутки!

— А я и не шучу, — как можно спокойней отзываюсь я.

Но такое ощущение, будто мое спокойствие только сильнее выводит ее из себя. Голос свекрови поднимается на целую октаву выше, а щеки заливает румянец гнева.

— Твои выходки уже давно вышли за все рамки приличия!

Я делаю глубокий вдох, пытаясь не дать возмущению, которое все это время копится у меня внутри, выплеснуться наружу. Я не конфликтный человек, не любитель закатывать истерики, но если меня довести, я ведь могу и ответить. А, судя по бордовому лицу «свекрови», она и так в шаге от того, чтобы схлопотать какой-нибудь удар.

— Послушайте, давайте успокоимся. Я понимаю, что между нами возникли разногласия, но я уверена, что их можно решить тихо и мирно.

— Тихо и мирно⁈ — тут же перебивает она меня, — После всех твоих выходок⁈ Особенно после той, когда все вокруг заговорили о том, что ты оборотень! Это стало последней каплей в чаше моего терпения! Так моего сына еще никто не позорил!

Чувствую неприятный укол стыда от напоминания про последний слух. Да, согласна, здесь я накосячила, хоть это и не было сделано намеренно. В конце концов, даже Тиарен до сих пор не разобрался что это была за ерунда и почему оберег сработал на меня таким образом.

— Я правда сожалею насчет этого слуха, — совершенно искренне отзываюсь я, — Можете мне не верить, но это вышло случайно. Я понимаю, что это не снимает с меня ответственности. Но именно поэтому я обязательно найду способ все исправить. Вот увидите.

— Какое совпадение! — гневно скалится Маргарет, — Я приехала сюда как раз чтобы все исправить! Раз уж мой мальчик сам не хочет ничего с тобой решать, это придется сделать мне!

Я чувствую, как волна негодования поднимается внутри меня.