Любовь со вкусом пластика - Домик Путешественника

океаном стиралась как карандаш только что купленным ластиком. Взмах — и очередная комета разрезает ночную гладь. Карпы кои кружат в равноценном танце, в то время как одна звезда пожирает другую. Джек сидел с закрытыми глазами и улыбался, хотя с его глаз одна за другой стекала слезинка. Музыка в нём текла непрерывным потоком, желая укутать и защитить, как заботливая мать. Мне же представлялось, как эту музыку играет Лиз. Рядом с ней я чувствовал резонанс. Её музыка и голос разносились по моему внутреннему миру, озаряя его первыми лучами Голубой Луны. Мне захотелось увидеть её счастливую улыбку, освещённую софитами.

— Как думаешь, Джек, что может сделать простой человек, чтобы сделать кого-то счастливым? — спросил я своего друга, разливая чай из термоса. Он открыл глаза, улыбнулся и сделал глоток горячего напитка.

— Стань опорой. Прими на себя все несчастья и трудности. Когда ей будет хорошо — радуйся за неё. Правда, так будет до тех пор, пока однажды ты не сломаешься, сгорев изнутри и рухнув, уподобившись собору в Кингсбридже. Конечно же, в природе почти везде можно встретить паразитизм или что-то из этой же оперы, но я считаю, что люди должны строить друг с другом взаимоотношения, особенно если они дорожат друг другом. Для этого всего лишь нужно не просто опираться на партнёра, но и стать опорой для него. Со временем сливаться друг с другом, уподобляясь Инь и Яну. Тогда будешь счастлив как ты, так и она.

Джек подошёл к барной стойке за диваном, достал оттуда две сигары и вернулся за наш столик, продолжив пить чай. Наслаждаясь вкусом табака, мы какое-то время сидели, отдавшись своим мыслям.

— Знаешь, Джон, про взаимоотношения я придумал не сам. Мы об этом говорили с Ди ещё будучи в старшей школе. Тогда я признался ей в своих чувствах и готов был сделать ради неё что угодно, хоть мир перевернуть.

— Да, я до сих пор помню тот вечер, когда мы подбирали тебе костюм на первое свидание. Как же тебе не шёл тот фрак…

— Ха-ха-ха, это точно на все сто. Видел бы ты, как она сдерживала смех… Ну вот, я тогда ей сказал, что мне в жизни ничего не нужно, кроме одного — знать, что она счастлива и здорова. Говорил я об этом очень часто и в какой-то момент она обиделась, заявив, что в отношениях должны быть счастливы оба, что не должно быть никакой жертвенности, что не стоит всё вот так решать, не спросив её. Не разговаривала до тех пор, пока я не понял значение слова "взаимность". Но всегда есть та самая ложка дёгтя: чем больше вы становитесь частью друг друга, тем больнее, когда кто-то из вас исчезает. Только в сказках люди умирают одновременно, а в реальной жизни кто-то один непременно будет страдать, и чувство это будет тем сильнее, чем сильнее переплелись ваши судьбы. Я потерял обе свои опоры, Джон, и честно говоря, желание жить во мне угасает с каждым днём всё больше и больше. Только один лучик света и остался — последний рассказ для той, которой не суждено его прочесть.

— Ну а как же корпорация? Ведь если правда они…

— Тогда будем думать, Джон. Я не хочу позволить паранойе взять мою жизнь под контроль, по крайней мере сейчас. Но если там действительно окажутся скелеты в шкафу, с радостью помогу тебе с ними разобраться, — проговорил Джек, наливая нам остатки чая. — Ну что, как тебе настойка?

— Ничего особенного, просто застрял в кафешке в неведомом ранее уголке необъятного космоса.

— Повезло тебе. Я вот на Земле остался, тут всё же поспокойнее. Давай, возвращайся ко мне и помоги заказать обед.

— Хорошо, дай мне минутку.

Я встал из-за стола и подошёл к одному из шкафов, где расположились книги про путешествия, а также множество брошюр городов со всего мира. Наш город располагался в самом центре полки, и стоило мне открыть первые страницы со знакомыми видами, как на меня нахлынуло чувство, что я наконец вернулся домой. Писательская обитель выглядела точно также, как и несколько минут назад, но ощущалась совершенно иначе. Подойдя к Джеку, я взял телефон и заказал нам обед из семейного итальянского ресторана. Мой друг, тем временем, уселся за ноутбук и продолжил писать свой рассказ, оставив меня наедине со своими мыслями.

Глава 7

Город постепенно захватывала усталость от прошедших выходных, и потому он спокойно готовился к наступлению новой рабочей неделе. Людей на улице было не так много, как в дневное время, потому мы с Джеком не волновались о том, сможем ли выхватить Лиз из толпы. Стоя возле входа в метро, Джек курил очередную сигарету, запивая её кофе, а я читал новостную ленту, в который раз убеждаясь, что все они забыли о существовании хороших новостей.

— Ну что там, есть чего интересного? — спросил Джек, на котором был надет первоклассный костюм тройка и пальто. Это была его специальная одежда для выхода в свет, которая поддерживала его образ писателя. По крайней мере, так думал он.

— Новые кризисы, конфликты и очередная таблица заболевших Людоумом. Ничего нового.

— Зачем тогда читаешь, лучше взгляни вокруг — огни ночных фонарей сливаются со снегом, люди спешат домой, где их ждёт с любовью приготовленный глинтвейн. Город живёт независимо от того, что происходит на другом конце твоего телефона.

— Тебя ещё не отпустило?

— Меня уже никогда не отпустит, Джон. Ну что, где там твоя подружка?

— Скоро будет, потерпи.

— Я бы и с радостью, но напомни мне: почему мы не могли ждать в той кофейне напротив?

Я промолчал, в который раз глядя на часы в телефоне. Ещё несколько минут мы любовались зимним городом, иногда перекидываясь короткими фразами. Вскоре в непрерывном потоке я поймал белокурые волосы и, машинально улыбнувшись, помахал её рукой. Лиз энергично к нам подбежала, а Джек скинул с себя весь холод и принял позу "гордого" писателя.

— Доброго вечера, Джон!

— Здравствуй, Лиз! Познакомься, это мой друг — Джек, я писал тебе о нём днём, — Джек снял свою шляпу и слегка поклонился.

— Доброго вечера, Элизабет. Меня зовут Джек и я искренне вам благодарен за то, что общаетесь с моим дорогим другом, — проговорил Джек, за что получил лёгкий удар с моей стороны.

— Для меня удовольствие общаться с таким человеком, как Джон, и обращайтесь ко мне менее формально, всё же я младше вас.

— Хорошо, но тогда и ты называй меня просто Джек.

Новоиспечённые знакомые легко