Иного не желаю. Часть 2 - Виктория Витальевна Лошкарёва

что — то, что казалось мне неправильным, словно нарочито ошибочным. К примеру, она вроде бы была русской; судя по акценту, с которым она разговаривал по — английски, Аля явно выросла не в Канаде и не в США, а где — то на территории России или бывшего Союза. Но когда у нас случайно заходил разговор о детстве, она словно терялась… Слова МТV, Шелест и Камолов, Дикий Ангел, Телепузики были для неё просто пустым сотрясанием воздуха. Она даже не знала, кто такая «Сейлор Мун» — чего я совершенно не могла понять. Как можно было родиться в нашем времени, и не ничего не знать о «лунная призма, дай мне силу?»

Я даже решила про себя, что Аля росла в какой — то глухой деревне староверов, которые не признавали телевизоров — ну, или в какой — то закрытой стае. В любом случае, её непонимание простых вещей напрягало меня, лишний раз подчеркивая, что между нами существует большая дистанция, которую ни она, ни я не собирались сокращать.

Хотя… при всем при этом она прилежно помогала мне с едой, вытаскивала на ежедневные прогулки, и даже давала дельные (по словам Фернандо) советы моему врачу.

Так или иначе, но уже спустя несколько дней, я чувствовала легкое головокружение, которые от дня ко дню только прибывало — теперь доктор советовал мне сократить прогулки на половину — и как можно больше отдыхать, оставаясь в кровати.

На этой почве у меня, естественно, развилась бессонница — так что целыми ночами напролёт я развлекалась тем, что слушала «салочки» молодой девицы и рычащего на неё щеночка.

Эта парочка любила носиться по коридору возле моей комнаты, иногда даже открывая ко мне дверь — но поймать их в моём положении было практически невозможно. Однажды я как раз встала с кровати сходить в туалет — и, услыхав шум рядом, дернула дверь, чтобы посмотреть, что происходит в коридоре. Блондинка — похожая на Алю и Настю — но более… юная что — ли, с золотыми зрачками, замерла на месте.

— Мне скучно, — прошептала девушка, в то время, как подол её платья хватал подпрыгивающий щенок. — А скоро будет больно.

— Что? — выдохнула я, поскольку не поняла, о ком именно она говорит. Щенок, услыхав мой голос, вдруг громко затявкал, двинувшись в мою сторону. Я всего лишь на секунду закрыла дверь… а когда открыла, в коридоре, естественно, никого не было.

До следующей ночи.

Парочка продолжила носиться по коридору, не давая мне засунуть… При этом, когда я спрашивала о сереброволоске Алю, Лику или кого — нибудь из живущих в замке, мне неизменно отвечали, что в клане Рамзи Альфа — самок, увы, нет — и что они всё же наедятся на благосклонность Луны.

— Вот так, — ухмылялась Лика, разводя руками, — стоило только родить сильного Альфу — и на тебе, клану уже нужно чуть больше… желательно, Альфа — суку, которых в мире раз — два и обчёлся. Я боюсь, что если рожу второго мальчика, меня выгонят из клана.

— Но если ты родишь Альфа- самку, то рано или поздно, она всё — равно покинет отцовскую стаю, перейдя в стаю мужа, — покачала головой Аля. — И вы снова останетесь ни с чем.

Лика замерла, задумавшись.

— Хмммм, знаешь, я об этом как — то не подумала. Ты права.

Аля широко улыбнулась.

— К тому же вам всё — равно нужен второй Альфа, который бы наследовал английские колонии.

Лика быстро взглянула на сереброволоску.

— Ты что — то знаешь?…

Аля осторожно кивнула.

— Через пару лет. Ты ведь как никто в курсе, что стаи Австралии и Новой Зеландии почти выродились. Беты могут проводить полнолуния самостоятельно, но… слишком большое расстояние между Альфой и его помощниками неминуемо сказывается на стае. Слишком много воды гасит силу вожака…

Представив себе воду вокруг себя, я почувствовала, как меня мутит — благо, что Аля успела подставить небольшой тазик. Иначе одному из ценных ковров Рамзи пришёл бы конец.

— Простите, — сконфуженно пробормотала я, вытерев рот салфеткой.

— Не извиняйся, всё в порядке, — улыбнулась Лика, которая, глядя на мой выдающийся живот, улыбалась, явно думая о чем — то своём.

Но её позитивный настрой никак не вязался с хмурым выражением лица Али.

— Всё не в порядке, — покачала она головой. — Совсем не в порядке.

Она вызвалась проводить меня до моей спальни.

— Тебе бы хорошо сейчас отдохнуть, — предложила она, взяв меня под локоть. — Если сможешь — подремли. Если нет — просто полежи с закрытыми глазами, представляя себя бегущей по лесу в сторону Луны.

Пока мы поднимались по лестнице, я поинтересовалась у целительницы об её даре.

— А вы… Альфа — самки, можете предсказывать будущее?

— Не всегда, нечасто — и только определённые события, которые нам показывает Луна Оборотней, — ответила Аля. — Но это не касается твоего состояния. К сожалению, я не первый раз веду беременность оборотницы, которая осталась без подпитки своего супруга. Правда, — тут Аля укоризненно посмотрела на меня. — До этого, ни одна из моих пациенток не разлучалась с мужем по своей воле.

Я коротко усмехнулась и ответила невпопад:

— Говорят, в Саудовской Аравии появились первые женщины — водители.

— Не думаю, что это корректное сравнение, — покачала головой Аля. — Женщины в состоянии водить автомобили, поезда, даже ракеты… но оборотница не может родить щенка без подпитки своего супруга.

Мне вдруг послышалось где — то неподалёку тихое рычание «ночного щенка».

— Тшшшш! — схватив Лику за руку, я прошептала. — Ты это слышала?

— Что? — нахмурилась серебровласка.

— Рычание щенка.

Целительница внимательно посмотрела на меня.

— Что? — испугалась я. — Я схожу с ума?

— Нет, — покачала головой Аля, неожиданно улыбнувшись. — Не думаю.

— То есть ты тоже слышала рычание?

— Нет, — снова возразила Аля. — Но кто сказал, что я должна была его услышать.

Мы встретились взглядами.

— Это старый замок, в котором жило много поколений оборотней… Для Альфа — самок время не всегда течет линейно. И если одна из них нашла способ тебе помочь — воспользуйся этой возможностью.

Я кивнула… почувствовав, как на меня нахлынула внезапная слабость.

В ту ночь я впервые проснулась от раздирающей меня боли — на руках выступили когти, появившаяся неконтролируемая сила заставляла меня ломать явно дорогую кровать … я проваливалась в небытие, просыпалась, чувствуя боль, голод и… сильное плотское желание. Я буквально чувствовала себя «пустой» без Этьена внутри себя — и кусала подушку, чтобы не завыть от отчаяния. А утром это состояние сменилось не прекращающейся тошнотой. Теперь ни одна еда не задерживалась во мне,