Врачеватель Его Высочества - Юлия Эллисон

— Король согласен попробовать, — услышала я слова Авриэля вместо «доброе утро».

Выдохнула, распахивая глаза и садясь на кровати. Вот хоть бы выспаться дал, гад! И неважно, что я уже минут как сорок просто валялась с закрытыми глазами по излюбленной привычке, размышляя о насущном. Мог бы и подождать, а не атаковать мой мозг с самого утра! И неважно, что уже день! Раз я только проснулась, значит, утро!

— Тебе точно не хватает клизмы в жизни, — поморщилась, сползая с кровати, уже по обыкновению запинаясь о балдахин.

С раздражением дернула пыльную тряпку. Достало! И ведь драконы не дают убрать этот кошмар, обшитый стразами, а я уже скоро чихать начну от одной мысли, сколько пылинок за ночь там скапливается.

Эти драконы хоть и сами бешено переживали о собственных традициях «сплю один, никого не пускаю», о чувствах других совершенно не заботились, и будить меня приходил этот зеленоглазый с завидной регулярностью.

— А что такое клизма? — живо заинтересовался гад, стоило мне встать.

— Профилактическое мероприятие по удалению шила, — фыркнула, накидывая халат и для начала намереваясь все же посетить ванную комнату и только потом вновь окунаться в работу. Еще бы неплохо было позавтракать.

Когда я вышла, насладившись быстрым «душем» из кастрюльки и кувшинчика, дракон все еще был тут и явно пытался понять, что за шило такое и куда его надо засунуть, чтобы клизмой доставать. Посмеялась над его озадаченным лицом.

— Завтрак, я надеюсь, по расписанию? — уточнила, уже готовая внимать ему. — И что конкретно там король одобрил?

— Все одобрил. — Авриэль вскочил с кресла, куда присел, чтобы дать мне время собраться и умыться. — Но если что-то пойдет не так, тебе обещан ад на земле. И мне заодно.

Надо же, какие мы нежные. Да я уверена, что все будет хорошо. Ну… относительно хорошо. Однако иных причин комы я не нашла, а значит, рискнуть стоит.

— Так откуда доставать шило надо? — не удержался он, когда я уже практически застегнула пуговки рубашки на груди.

Швеи пошили мне одежду на основе той блузки, в которой я была в момент попадания в этот мир. И не то чтобы я жаловалась, но чуть позже надо будет заняться их просвещением на тему одежды. Ходить в одном и том же, пусть и из весьма качественных тканей, уже надоело. Правда, как альтернативу мне все время предлагали платье… Но все равно с этим надо что-то делать.

— Чтобы достать, надо сначала засунуть, — философски ответила я, наконец справившись с одеждой, и первой потопала на выход. — Завтрак, а затем пациент.

Внутри все горело от предвкушения. Даже не верится, что совсем скоро я смогу наконец познакомиться со спящим красавцем. Одновременно и волнительно, и страшною. И даже не знаю, что из этого хуже. А еще пугала вероятность неудачи. Вот сколько лет хирургом работаю, сколько людей прооперировала, иногда заранее безнадежных, но каждый раз, как пациент не выкарабкивается, принимаю это на личный счет, словно именно я что-то недоработала, недосмотрела, недоделала…

— И куда его совать? Зачем? — Авриэлю явно было не о чем поговорить, едва мы сели за стол.

Нам всегда накрывали на двоих в небольшой уютной столовой. И я уж не знаю, специально ли дракон подстраивался под мое расписание, не завтракая по утрам, или просто предпочитал перекусить второй раз, но если он будет трескать столько же, сколько сейчас, — точно лопнет. Уже какой раз замечаю, что тарелки он подчищает покруче любого военного, сметая со стола все, что плохо прибито.

Или это в целом особенность расы? Надеюсь, все же второе, хотя тогда жалко этих ящероподобных — это ж с горшка почти не слезают, наверное, столько есть.

Улыбнулась, припомнив один случай из практики, когда я еще была молодая и неопытная.

— Знаешь, привезли нам как-то в отделение ребенка с каким-то конструктором в носу. Я тогда еще столько практики не имела. Потыркалась, попробовала вытащить уже всем чем могла, а эта дрянь только глубже в нос лезет, а обратно совсем никак. Родители психуют, ребенок орет, у самой уже руки трясутся, а что делать не знаю. Не резать же ребенка из-за конструктора. По итогу звоню заведующему отделением. Три часа ночи. Он, понятное дело, спит.

Я прервалась, пододвигая к себе пирожное, аппетитно смотрящее прямо на меня. Улыбнулась галантности Ариэля, сразу налившего мне чайку. Отхлебнула, в который раз наслаждаясь этим напитком. Они тут готовили его как-то иначе, травы точно были использованы иные, даже странно, что сам чай почти не пах, а вот вкус… нежный, сливочный, сладкий. Чем-то на молочный улун похож, но более насыщенный и приятный.

— И что дальше? — Дракон аж подался вперед, явно желая выслушать историю до конца.

— К чести заведующего стоит сказать, что трубку он взял, выслушал молча, спросил, могу ли я вырвать у ребенка или его родителей пару волосков. Я в шоке, руки трясутся, в душе паника и отчаяние, но пошла рвать волосы под обалдевшие взгляды семейства. Ребенок даже рыдать перестал, тоже заинтересовавшись, зачем это. Не совсем малыш был. Года четыре. Короче, пошурудила я этими волосками в другой ноздре по совету заведующего, ребенок чихнул — лего выскочило. До сих пор вспоминаю и с тех пор сама ищу нестандартные пути решения проблем. А шило — вот оно как раз у ребенка и было. Кто во что горазд называется: кто в зад себе что-то толкает, кто-то в уши, кто-то в ноздри… Чего только не насмотришься даже в нашем провинциальном городке. На фантазию народ не жалуется.

Дракон, слушающий меня едва ли не с открытым ртом, ошалело моргнул.

— А лего — это тоже инструмент для шитья? — уточнил он спустя минут пятнадцать, когда я уже насытилась и просто возила остатками сливочного крема по тарелке.

Да уж. Кормят здесь просто потрясно! Не чета нашей больнице. Хотя и неудивительно — раз сам король питается, должно быть вкусно, наверное, иначе поваров и уволить могут. Это вам не жалобы в СЭС кидать о том, что в компоте таракан. Тут все на более высоком уровне организовано!

— Лего — это детская игра, — улыбнулась я.

— А зачем вы даете детям то, что надо засовывать себе в нос? — изумился Авриэль.

Вот как бы ему сказать-то? Мысленно посмеялась и состроила серьезную рожу.

— Понимаешь… Русские люди, они вообще воспитываются по принципу «кто выжил — тот молодец». Так что едва родился — мы сразу по попе, а клизма в первые три месяца жизни — вообще обязательная вещь в аптечке!