Наглец. Без шанса на отказ - Майя Новак

— Почему же в прошлую нашу встречу ты этого не сказала? — кривит она губы. — Много времени понадобилось, чтобы придумать эту ложь. За моего сына ты не выйдешь! Только через мой труп!

Развернувшись, тороплюсь из этого дома.

Внутри меня армагеддон. Я мечусь между тем, чтобы швырнуть в маму Артура стулом, и тем, чтобы впасть в истерику и банально разрыдаться.

— Кира! — слышу вдогонку голос Артура. — Кир, подожди!

— Артур! — вторит ему истерический голос его матери, но я не слушаю, что она ему говорит, потому что уже захлопываю за собой дверь в роскошный дом именитых адвокатов.

Черт, какие же они интеллигенты на работе, и какие твари в личной жизни!

Как вспомню, как Елизавета приезжала ко мне в университет разбираться, так вздрогну. Тогда она не поверила тому, что я не спала с ее мужем, и даже не дала нормально объясниться. А если бы дала, то уже бы давным-давно знала, что Олег ухаживал за мной всего две недели. Даже не ухаживал, преследовал. Он такой же настойчивый, как и его сын.

Спустя две недели я узнала его фамилию и погуглила. Там не надо было долго искать, первая же статья рассказывала об адвокате Олеге Кирилловиче Верещагине и его супруге Елизавете. Жаль только о сыне ничего не было. Иначе я в первый же вечер уехала бы с зачарованной дачи подруги.

— Кира, тормози! — выкрикивает Артур и ловит меня за локоть в центре роскошной дорожки, вьющейся между аккуратно подстриженными хвойными кустами. — Подожди.

— Артур, прости, я не знала, что ты их сын. Если бы изначально была в курсе, я бы не позволила всему этому случиться между нами.

— Ты правда не спала с отцом?

— То, что ты задаешь этот вопрос, уже полностью характеризует наш уровень доверия. На таком семью не построишь.

Пытаюсь выдернуть свой локоть, но Артур усиливает хватку.

— Отпусти, — прошу его и чувствую, как к горлу подкатывает ком, а к глазам — слезы. Я в секунде от того, чтобы сорваться в истерику.

— Не отпущу. Прости, что задал дурацкий вопрос. Я просто в шоке от всего, и пока еще не уложил эту хрень в голове.

— Артур, отпусти, — дрожащим голосом прошу я, а потом всхлипываю.

— Черт, малышка моя, — ласково произносит он, и это срывает предохранители.

Я разражаюсь отвратительными рыданиями, а Артур крепко прижимает меня к себе. Его рубашка пропитывается моими слезами, но, кажется, ему совершенно нет до этого дела. Он целует меня в макушку, позволяя расклеиться в его объятиях.

— Артур, — чуть успокоившись, произношу я. — Ты должен вернуться в дом.

— Я должен успокоить свою девочку, отвезти ее домой и накормить вкусняшками. Больше я никому ничего не должен.

— Ты не можешь вот так просто забивать на них. Они твоя семья.

— Да похуй, слышала? — рявкает он. — Мне не надо их благословение! И вообще теперь моя семья — это ты. А они просто родственники. Ну, все, крошка. Поехали за вкусняшками.

Глава 21

Артур

Мама полночи наяривала, но я вырубил, нахрен, телефон. Мне было некогда с ней разговаривать, в моих руках была расстроенная девочка, которая нуждалась во мне, вкусняшках и объятиях.

Вообще хреновая какая-то ситуация. Но я верю Кире. Она рассказала, что рассталась с отцом, как только узнала, что он женат. А моя мама… она уже столько похождений отца прошла, что теперь и на холодную воду дует. Ее, конечно, можно понять.

Но я никому — даже своим родителям — не позволю обижать Киру. Она — моя будущая жена. Моя избранница и любимая женщина. Если моих родственников это не устраивает, значит, у меня больше нет родственников. Зато скоро будет супруга. И полноценная семья.

Уснули мы под утро, когда Кира окончательно успокоилась. Я дождался, пока она провалится в сон, и только потом позволил себе последовать за ней. Не хотел, чтобы она ночью в одиночестве херню всякую думала.

Просыпаюсь от того, как моя малышка вскакивает с кровати и несется в ванную. Захлопывает дверь, и я срываюсь следом, чуть не рухнув с кровати на пол. Подбегаю к двери и слышу, что Киру тошнит.

— Малыш, все нормально? — спрашиваю и пару раз стучу в дверь.

— Уйди! — выкрикивает она между спазмами.

Блядь! Что ж такое? От чего ее может тошнить? Мы вчера ели одинаковую еду. Я даже ел нелюбимых желейных червей, потому что красные Кире не нравятся, а выбрасывать ей было жалко.

Перебираю в голове все причины тошноты. Нервы, отравление, кишечная инфекция, высокая температура, давление… Для давления ей вроде еще слишком мало лет. Что там еще? Беременность… Бля, точно!

Сердце разгоняется, и я слышу грохот крови в ушах.

Кира может быть беременна?

Теоретически может.

А практически? Она же вроде на контрацептивах. Какой там вообще процент защиты? Не сто, понятное дело. Но если бы риски были высоки, Кира сказала бы об этом мне.

Совершенно невпопад в голове всплывают вчерашние слова мамы:

— Да она с тобой, чтобы отомстить нам с Олегом! Или из-за статуса. С нашей семьей все хотят породниться. Из какой семьи эта девка, а? Небось, провинциалка. Или вообще хочет забеременеть. Часики-то тикают.

Провинциалка, да. И часики тикают.

А у меня в груди взрываются радужные пузыри от одной мысли о том, что моя малышка может носить в себе продолжение нас. Маленького хулигана или крошку-принцессу, которая будет утопать в моих руках. У нее ножки, наверное, будут толщиной с мой мизинец.

Бля, никогда не хотел детей. Но теперь, когда представляю себе козявку с маминой улыбкой и ее непокорным характером, аж внутренности сводит каким-то щенячьим восторгом.

Кира смывает воду, потом открывает кран, и я слышу, как включается ее электрическая зубная щетка.

Все, не могу больше ждать. Стучу два раза и, не дожидаясь разрешения, влетаю в ванную. Кира бросает на меня суровый взгляд, а потом снова смотрит в зеркало. Злющая и немного растерянная.

— Малыш, мы беременны? — спрашиваю в лоб, потому что нечего ходить вокруг да около.

— Дай мне минуту, — бурчит она, не вынимая щетки изо рта.

А я весь аж вибрирую от нетерпения.

Ну какая минутка, когда у нас тут, возможно, наследник под сердцем?

— Кир, — снова зову, а она закатывает глаза.

Наконец щетка трижды коротко жужжит, сообщая об окончании чистки, и Кира ее выключает. Мне приходится еще немного подождать, пока она прополощет рот водой, потом специальной жидкостью для зубов, потом умоется.

Блин, я тут подыхаю в ожидании вердикта, а она приводит себя