Ещё ближе - Элена Макнамара

Видимо, для Алины я достаточно богат, раз она похлопотала и помогла Соне с трудоустройством в мой клуб. Кстати, админ тоже постарался, ведь лично я не одобрял кандидатуру Сони.

Этого админа я уже уволил. После того, как выслушал его признание по телефону. Видите ли, он просто трахнуть Алину хотел за оказанную услугу. Но та трахнуть себя не дала. Просто испарилась, покормив его некоторое время «завтраками» и отговорками. Да админ просто дебил, раз повёлся на эту особу!

В общаге Алины нет уже неделю. Очевидно, что с Соней она связывается по телефону и даёт ей указания дистанционно.

София стремительно отворачивается, устремляясь на выход из ванной, а в моей голове эхом звучат её слова.

Завтра тебе будет стыдно…

Мне! Не ей!

Метнувшись за девушкой, хватаю её за плечи и останавливаю.

– Павел… Не надо! – она начинает сопротивляться и брыкаться.

– Почему мне должно быть стыдно, а?! – практически рычу ей в лицо, с трудом удерживая на месте. – Ведь не может быть стыдно за естественные вещи! Секс – это естественный процесс, продиктованный инстинктами.

– Нет, должны быть чувства! – отчаянно вырывается София.

– Не гони, Сонь! Какие чувства к такой, как ты?

Она замирает. Её взгляд прожигает моё лицо насквозь. Вдруг Соня толкает меня в грудь и снова бросается к двери.

Меня коробит от происходящего. Словно я собираюсь её насиловать… Но это совсем не то, что мне нужно!

– Сколько?! – выплёвываю ей в спину, не пытаясь снова удержать силой.

Она замирает и оборачивается.

– Что?

– За сколько ты продашь свою невинность? Назови цену, и покончим с этим.

Бля… Я так хочу оказаться внутри неё!.. А алкоголь подстёгивает меня получить желаемое немедленно.

Да я даже губ её ещё не пробовал! Соня меня совсем не подпускала! Но это прямо сейчас изменится.

– Не поняла… – она, не моргая, смотрит на меня.

– Всё ты поняла, – усмехаюсь. – Так сколько?

– Я не торгую своей девственностью, – выдавливает Соня и опускает взгляд.

Её щеки пылают. Как будто от стыда. Во всяком случае, именно так это сейчас выглядит.

Хорошо же её обучили, чёрт возьми! А я всё думал, как умудрился так легко повестись на неё? Ну блондинка, ну с хорошей фигурой. Да в моём телефонном справочнике таких десятка три. Но меня почему-то заклинило на этой!

Да просто потому, что она очень хорошая актриса!

Я в сети нашёл инфу про особ, подобных ей. И был поражен их изворотливостью и умением держать каждый свой жест и взгляд под контролем. Мужики – наивные дурачки – считают, что бабы все сплошь эмоциональные, и по эмоциям их можно легко прочесть. Нихера! Есть отдельный вид баб. Хищницы. Белые акулы среди трески!

– Назови цену! Не стесняйся, – подгоняю её, шагнув ближе.

Соне приходится поднять глаза, иначе ей пришлось бы любоваться моим членом. Хоть я и не против, пусть смотрит. Даже гляделки этой «скромницы» меня заводят.

– Вы… просто пьяны, – выдавливает она наконец.

– Не настолько, чтобы совершать необдуманные поступки, – парирую я и иду ва-банк: – Через неделю у меня важная сделка, собирался купить один стоящий кусок земли. Но я могу отдать эти деньги тебе. Пятнадцать миллионов, Сонь. За то, что ты сейчас раздвинешь свои прелестные ножки и позволишь мне наполнить тебя моим семенем. Потому что за пятнаху я планирую в тебя кончить. Ты ведь принимаешь таблетки?

Она качает головой, но делает это, скорее, по инерции. В следующую секунду её брови сходятся к переносице, и она выпаливает, прожигая меня взглядом пуще прежнего:

– Ты можешь засунуть эту пятнаху себе в жопу! И так глубоко, чтобы потом только медики смогли извлечь! Понял?!

Вновь пихнув меня в грудь, дёргается к двери и, распахнув её, вылетает из ванной комнаты. А через секунду – из спальни.

А я так ошарашен тем, что всё пошло совсем не так, что не останавливаю её.

Она должна была согласиться! Это же очень большая сумма за один чёртов перепих!

Где я лоханулся?

***

Отдал бы я ей пятнадцать миллионов за один раз на самом деле? Хрен знает… Хотя в тот момент мне казалось, что мог бы отдать ей даже душу.

Алкоголь. Зашкаливающие эмоции. Злость. Возбуждение… Всё это сыграло со мной злую шутку. Мои импульсивные действия заставили Соню сбежать и закрыться в спальне. И я не смог её оттуда вытащить.

Нет, мог бы, конечно, сломать чёртову дверь и просто войти, но меня остановила странная реакция Сони на моё выгодное предложение.

Вашу мать… В голове всё смешалось… Ведь всё, что мне казалось достоверным и бесспорным, могло быть совсем иным!

Может, Алина устроила Софию в мой клуб совсем не ради меня. В конце концов, среди гостей клуба много богатых и влиятельных мужчин. Вдруг её девственность была предназначена для кого-то другого?

Прошлой ночью мои действия казались мне совершенно логичными… А теперь, когда я наконец поднял тяжёлые веки, тут же зажмурившись от яркого солнечного света… теперь, когда башка раскалывается от выпитого вчера алкоголя, и я не чувствую эйфории от текилы в крови… Теперь, я ни в чём не уверен…

Вчера я не пытался ворваться в комнату Сони. Она очень ясно и однозначно попросила оставить её в покое. Ушёл к себе и сразу лёг спать. И, кажется, спал слишком долго…

Тру лицо, заставляю себя сесть. Наощупь тянусь к тумбочке за телефоном, но пальцы чувствуют лишь деревянную поверхность. Приоткрыв глаза, понимаю, что моего телефона здесь нет.

Сколько времени?

И почему моя помощница меня не разбудила?

Встав с кровати, иду в ванную и всё-таки принимаю душ, который так и не случился вчера. Свой телефон нахожу в брюках, которые валяются там же на полу. Смотрю, который час.

Уже девять. Инспекция из Роспотребнадзора, должно быть, уже околачивается в клубе. Странно, что админ ещё не трезвонит в панике. Быстро надеваю джинсы и чёрную рубашку. Хватаю солнечные очки и спускаюсь вниз.

– София! – зову я, направляясь на кухню. – Соня!

Её нет ни в кухне, ни в столовой. Возвращаюсь в гостиную, проверяю задний двор.

– Соня!

Поднимаюсь обратно на второй этаж и вламываюсь в комнату девушки. Всё выглядит абсолютно нормально. Аккуратно заправленная кровать, открытые шторы. Солнечный свет льётся в окно… А на тумбочке лежит новый телефон Софии.

Заглянув в шкаф, понимаю – новая одежда тоже на месте. А вот её рюкзака нет. И, скорее всего, нет одежды, в которой она сюда приехала.

Выкидываю из