Голос извне - Саяна Кошкина

Наш кораблик совершил посадку, двигатели затихли, погружая меня и членов экипажа в вязкую тишину. Никто не двигался какое-то время, а я перестала дышать. Что дальше?

Отстегнулись ремни с глухими щелчками. И эти щелчки для меня стали как самый точный выстрел в сознание. Пришло окончательное и бесповоротное понимание: я одна в далеком и холодном космосе. И в это мгновение я осознала, что страшен мне не полет, не космос, не инопланетяне.

Я единственная особь с Земли, окруженная другими существами. Между нами колоссальные отличия как внешние, так и внутренние, физиологические. Мое одиночество — теперь моя хроническая болезнь. Отныне у меня не будет ни семьи, ни любви, ни элементарного душевного понимания. Маленькая я в бесконечном космосе — непонятном, чужом, порой враждебном. И мне придется научиться жить заново, каждый день открывая для себя что-то новое. Но с какой целью? Для чего? Как мне найти свой путь? Как определить вектор движения, если я даже представиться нормально не могу⁈

Чужая. Одинокая. Слишком слабая. Ничего не знающая. Может чуть дикая по меркам других разумных. И да, самое страшное не все вышеперечисленное. Самое страшное — это вакуумное одиночество, которое теперь навсегда при мне.

Я машинально подхватила сумку, зажав её так, что костяшки пальцев побелели. Внутри бушевала тихая истерика, а снаружи — лишь влажные глаза и легкая дрожь в коленях.

Добро пожаловать в новую реальность, Юля, — сказала про себя и этот приветствие прозвучало в голове ледяным эхом.

Шлюз корабля открылся со скрипом, выпустив струю холодного воздуха. Воздуха Жидимасты. Чужой планеты! Никто из моих сопровождающих не паниковал. Значит, так и должно быть. Значит, дышать этим можно.

Я сделала еще один вдох, пробуя воздух на вкус. Чувствовался запах озона и чего-то сладковато-пряного, но неизвестного мне ранее. А еще было очень влажно, отчего дышать было тяжелее, чем на корабле.

— Юля? — спросил Чату, цепко осматривая меня. Он сделал такой же жест, как и Джеф, соединив ладони.

Кивнула, натянуто улыбнулась. Посмотрела в открытый шлюз в ангар. Искусственное освещение от тусклых ламп смешивалось с фиолетово-розовым природным светом, делая картинку перед глазами совершенно фантастической. В ангаре ходили существа, переговариваясь на знакомом, но непонятном языке. Отсюда мне было не рассмотреть их внешность, но я ощущала зарождающийся интерес.

— Я готова, — проговорила на русском ожидающим меня Чату и Джефу. Остальные члены команды уже спустились.

Чату пошел первым, рядом со мной шел Джеф, а позади следовал молчаливый Литч. Каждый шаг давался мне с трудом. Морально я себя успокаивала, проговаривая «все будет хорошо».

Но я не знала. Никто не знал, что может сегодня случится. И я сделала первый шаг.

Первый шаг на чужую землю.

Глава 14

Юлия

На выходе из ракушки меня остановил Джеф. Он покачал головой и жестом показал на капюшон. Я и сама хотела скрыть свое лицо, просто со всеми нервами и переживаниями совсем забыла об этой детали.

Балахон, что Джеф выдал мне еще на «Шамрай», был мне велик. Но за неимением ничего я была рада и этому. Чтобы подол не волочился по полу, я подпоясалась, вытаскивая лишнюю ткань выше пояса. Рукава-прорези, которые по задумке должны были оголять руки, висели у меня в районе кистей. А капюшон приходилось придерживать, потому что он падал на глаза из-за своего размера.

Чату, спустившись первым, развернулся и подставил мне руки. Я же подошла ближе и поняла, что ступени слишком тонкие и расположены высоко друг от друга. Спустилась бы сама, но полы балахона мешались и путались в ногах. Радовало наличие удобных кроссовок и комбинезона под ворохом ткани. Трясущимися руками я собрала в кулак подол и начала медленно спускаться. И нет, я не отвергала таким образом помощь Чату, просто хотела хоть что-то сделать сама! Могу же я с лестницы спуститься?

— Ааай, — полетела я вниз и сердце мое на миг замерло. Капюшон упал на глаза, нога соскользнула, и я полетела прямо в руки к Чату. Мда, спуститься с лестницы я тоже не могу самостоятельно… И подумать только, я взбиралась на радиовышку в Рио для лучшего кадра, а теперь разбилась бы насмерть на трех инопланетных ступеньках. Прогресс налицо.

Чату подхватил меня своими пластилиновыми руками и покачнулся, но на ногах устоял. Он что-то спросил меня, и только по интонации я могла догадаться — фиолетовый беспокоился.

— Я в порядке, — прошептала, поправляя капюшон и волосы, что лезли в глаза. — Все хорошо.

Чату поставил меня на ноги, поправил на мне рукава и пояс. Фиолетовый капитан осмотрелся, нашел мою сумку, которая улетела вместе со мной, ловко поднял ее и перекинул длинный ремешок через меня. У меня в глазах собралась влага от такой простой и молчаливой заботы. Все напряжение последних недель, а в особенности последних суток навалилось на меня бетонной плитой. Тяжело было все: дышать, двигаться, думать, оставаться на волне позитива, даже мечтать. Каждый день — что-то новое и непонятное, каждая минута — полет в неизвестность. Неопределенность не просто пугала, она не позволяла нормально жить и стоить планы. Постоянное подвешенное состояние доводило до тихой истерики… Что со мной будет? Куда мы летим? Зачем мы высадились на планету? И еще сотня вопросов, что крутились в голове и подстегивали мои страхи.

— Спасибо, — поблагодарила я Чату за его заботу, и сама от себя не ожидая, обняла фиолетового. Мне нужен был хоть какой-то человеческий жест, позволивший обрести равновесие. Чату опешил, закаменел, но спустя несколько мгновений я почувствовала его руку у себя на спине. Он поглаживал меня невесомо, легко, но и этого было более, чем достаточно.

— Юля, рум би тава, — прошептал Чату, отстраняясь.

— Джимаси юсим турдо амис, — раздался позади Чату неизвестный мужской бас. Капитан быстро развернулся, закрывая спиной меня. Джеф тоже подошел ближе, встав в пол оборота к говорящему.

— Юсим амис, — кивнул Чату. Я бы очень хотела выглянуть из-за спины капитана, чтобы рассмотреть существо, но… но я не была так смела в жизни, как в своих желаниях. Вместо этого я затаилась, вжала голову в плечи и почти не дышала.

Разговор Чату с неизвестным был коротким. Пара отрывистых фраз, кивки и все. Как только спина Чату расслабилась, я тут же подняла глаза, рассматривая удаляющуюся спину… почти человека. Высокая и крепкая фигура удалялась от нас. Грива светлых волос была заплетена в косы, мощные плечи обтянуты комбинезоном, на поясе много каких-то технических коробочек, что носили и наши волосатики с «Шамрай», а ноги спрятаны под