Убогая жена. Доктор-попаданка разберётся... - Анна Кривенко

Ах ты ж гадина!!! Это я Лизке…

Толпа послушно расступилась, когда я ворвалась в холл, с силой расталкивая людей локтями.

— УБРАТЬ РУКИ! — рявкнула я так громко, что даже свечи в канделябрах дрогнули.

Елизавета дёрнулась, но не отпустила Ваню.

— Это всё из-за тебя, мерзкая девка! — начала она, но я не стала её слушать.

На лету подскочила к ней, схватила её за волосы и дёрнула так сильно, что она отшатнулась и завизжала от боли и неожиданности. Это заставило её наконец-то отпустить мальчика.

Мирон вовремя очнулся от своего оцепенения, бросился вперёд, подхватил Ваню на руки и, спотыкаясь, поспешил прочь из холла.

— Да как ты смеешь??? Да я тебя… — захрипела Елизавета, её глаза метали молнии, а пальцы судорожно пытались распутать волосы, которые я всё ещё держала в своей руке.

Я приблизилась к её лицу, так что наши взгляды встретились на опасной близости.

— Ещё раз тронешь его, и останешься без волос, — прошипела я, каждый слог был острым, как лезвие скальпеля.

Она замерла. Тонкие ноздри её задрожали, губы дёрнулись, но она не произнесла ни звука.

Я разжала пальцы и оттолкнула её назад. Елизавета пошатнулась, сделала несколько неловких шагов, но тут же выровнялась, пытаясь сохранить остатки своего достоинства.

В холле повисла тишина.

Я обвела взглядом собравшихся.

— Ваня — под моей защитой. И если кто-то осмелится его тронуть, хоть пальцем, пусть пеняет на себя.

Мой голос прозвучал твёрдо, спокойно, но в нём слышалась угроза.

Слуги отвели глаза, кто-то торопливо спрятал улыбку, а кто-то склонил голову в знак молчаливого согласия.

Елизавета стояла, тяжело дыша, и всё ещё прижимала руку к голове, будто боялась, что волосы выпадут прямо сейчас.

— Всем ясно? — спросила я, не повышая голоса, но каждый в холле меня услышал.

Елизавета молчала. Кажется, мне удалось её напугать. А тот факт, что она не побежала жаловаться брату, говорил о том, что в поместье его сейчас нет…

И славно.

На мой вопрос никто не ответил, но этого и не требовалось. Я развернулась и направилась к крылу слуг, с каждым шагом ощущая, как злость медленно отпускает меня.

«Дети не виноваты в жестокости взрослых, — проносилось в мыслях. — И если для их защиты мне придётся сражаться с целой армией таких, как Елизавета… что ж, я приму этот бой.»

Глава 15 Тем же оружием

Ваня был очень напуган. Я приказала Мирону подняться ко мне в комнату и поселить Ваню там на пару дней. Пусть поживёт рядом со мной, вдали от этой мегеры. Мало ли, чего она ещё придумает…

Александра не было до самого вечера. Не пришёл он и на ночь. Я не то, чтобы удивлялась — мне было всё равно. Скорее, вызывала опасение эта ситуация с Елизаветой. Я знала, что она не успокоится. Эта девица была очень настырной и упрямой.

— Слушай, — подозвала я Мирона. — Пробегись по слугам, поговори с ними. Может, кто-то что-то видел или в курсе насчёт этой истории. Мне кажется, что некоторые из них расположены к Ване и не очень-то любят деспотичную кузину хозяина…

Мирон кивнул и поспешил исполнить приказание.

Ближе к ночи в дверь мою кто-то постучал. Когда я открыла её, с удивлением обнаружила, что ужин мне принесла не Ядвига, а какая-то молодая служанка. Я её даже не помнила в лицо. Она выглядела очень смущённой, даже напуганной.

Служанка занесла поднос с едой, причём, там была еда и для меня, и для Вани. После чего странно посмотрела мне в глаза и прошептала:

— Госпожа, я кое-что видела.

Я насторожилась и придвинулась ближе.

— Что именно?

Девушка нервно сглотнула и начала говорить:

— Сегодня утром, когда я убиралась в комнате госпожи Елизаветы, я нашла за шкафом деревянную шкатулку. От любопытства я открыла её и обнаружила драгоценности. Раньше этой шкатулки там не было… Я знаю, что это неправильно, но… меня захватило любопытство. А когда леди так гнусно поступила с маленьким ребёнком, я подумала… в общем…это было так несправедливо!

Служанка закончила свою путаную речь и опустила взгляд, но затем снова посмотрела на меня, только на сей раз умоляюще:

— Пожалуйста, не говорите никому, что это я рассказала! Прошу вас…

Я кивнула.

— Конечно, спасибо тебе. Это очень важно. Я никому ничего не скажу.

Ободряюще улыбнулась, и девушка, поспешно развернувшись, вышла из спальни.

Я задумалась. Значит, вот как? Такой дешёвый трюк: оклеветала, припрятала драгоценности непонятно где… Неужели Елизавета такая глупая? Она думала, что никто не кинется проверять реальность её обвинений?

Ну что ж, нужно воспользоваться этой глупостью и её проучить…

Наутро всё было тихо и спокойно. Но ровно до тех пор, пока во дворе не послышался скрип кареты.

Я выглянула в окно и с удивлением увидела карету без гербов, совершенно чёрную. Из неё выбрались двое мужчин в странных тёмно-серых одеяниях. Одинаковые фуражки тут же навели на мысль, что это представители закона этого мира.

И тут до меня дошло: «Ах ты ж гадина! Решила играть по-крупному?»

Я повернулась к Ване. Он, как испуганный мышонок, сидел на койке, которую я приспособила ему под кровать.

— Никуда не ходи, не шуми, всё будет хорошо, — произнесла я, стараясь говорить как можно мягче. — Я скоро приду.

Мальчик кивнул, в его глазах плескался ужас. Видимо, он действительно боялся, что его выгонят из этого дома.

Почувствовав, что нужно успокоить его как следует, я подошла ближе и аккуратно его обняла.

— Малыш, не беспокойся. Я не дам тебе в обиду, слышишь? Ты веришь мне, правда?

Наконец Ваня кивнул и немного расслабился.

— Вот и славно, — сказала я с улыбкой. — А теперь играй.

Я сунула ему в руки какие-то статуэтки, которые нашла на полке, и тихонько вышла из комнаты, заперев её на ключ снаружи.

Теперь предстояло разобраться с теми людьми, которых притащился Елизавета.

Я стремительно поспешила на первый этаж. Появилась там как раз вовремя: в этот момент Елизавета, радостно всплеснув руками, встречала представителей закона в холле.

Хмурые мужчины среднего возраста осматривали убранство комнаты цепкими взглядами. Эти же взгляды тут же устремились на меня, когда я появилась наверху лестницы.

— Здравствуйте! Кто вы такие? — громко выкрикнула я, произнеся это с максимальным чувством достоинства и показывая себя хозяйкой этого дома.

Когда Елизавета услышала мой властный голос, то шокировано замерла, буквально открыв рот. Что, не ожидала столь блистательного появления моей особы?

Я усмехнулась.

Щёки её начали покрываться красными пятнами от злости, но не успела