Опасная стажировка магички Евы - Анна Ланц

— Я останусь дома. Но не буду тебя отвлекать, поработаю здесь, на кухне. Нужно изучить кое-какие документы.

Мы закончили с кофе, и я вернулась в кабинет, вновь погружаясь в мир цифр и бумаг. Чао недовольно слонялся туда-сюда. Ему определенно не нравилось, что мы расселись в разных комнатах. Но не безобразил и то хорошо!

Ужинать мы отправились все в ту же столовую — «Ложки и Вилы». Как и накануне, все оказалось безупречным: теплая атмосфера, ароматы свежей выпечки и восхитительная еда. Надо бы познакомиться с этой кухаркой Афиной и взять у нее пару простеньких рецептов!

В этот раз заведение оказалось еще более многолюдным. Оно шумело и вибрировало, как улей. Мне показалось удивительным, многие посетители теперь здоровались и со мной, кто-то даже называл по имени и доброжелательно улыбался.

Это было странное, но приятное чувство, будто я уже стала частью чего-то общего. Будто все меня здесь знают, а вот я… Я пока знала едва ли десяток лиц. Но это поправимо…

Только к вечеру, оставшись один на один с собой и со своими мыслями, я вспомнила об Оливере и своей обиде на него.

Это было так странно. Когда я уезжала из столицы, мне казалось, что без него все потеряет смысл. Я была уверена, что буду терзаться, страдать, считать дни. Да даже минуты! А теперь… прошло всего два дня, а его образ словно покрылся дымкой, как те ели, что виднеются из моего окна.

Да, мне все еще было неприятно, что он мне не отвечал. Это задевало. Но не разрывало изнутри, как я ожидала. И все же чувство упрямства, а может, привычка — подтолкнули меня сделать еще одну попытку.

Я взяла лист бумаги, ручку. Несколько секунд сидела, глядя в пустоту, а потом, старательно выводя буквы, начала писать.

«Оли, давно от тебя ни строчки. Как проходит стажировка в Министерстве? Сегодня Карл написал, что ты устраиваешь вечеринку. Скучаю. Ева».

Ответ пришел практически моментально. Я с замиранием сердца схватила его и… нахмурилась.

Это был даже не лист. Это была салфетка. Тонкая, белоснежная, с витиеватыми тиснеными узорами, которые я сразу узнала.

Это была фирменная салфетка из ресторана «Золотая рыбка» — одного из самых пафосных заведений столицы. К слову, любимого места моей матушки.

Там все было покрыто позолотой — от приборов до меню. А официанты подавали еду так, будто приносили ее лично королю.

Интересно, с кем это там сейчас сидит Оливер? В будний день, в столь поздний час.

Наверное, сейчас должны были кольнуть — ревность, тоска, ощущение предательства. Но… вместо всего этого была лишь толика любопытства.

Я развернула салфетку и уставилась на корявый почерк. Оливер не умел писать красиво. Наверное, это был его единственный недостаток.

«Детка, привет! Все нормально. Совсем тут закрутился с делами, тренировками, стажировкой. Да еще эта вечеринка. Но она обещает быть грандиозной! Позвал туда полгорода! Жаль, тебя на ней не будет. Ты бы оценила».

Жаль ему! Скатав салфетку в комок, я швырнула ее в угол комнаты и отправилась спать. Даже отвечать не буду! Во всяком случае, пока… Может быть, утром.

Я внезапно проснулась посреди ночи. Тишина вокруг казалась неестественно плотной, как будто все вокруг затаило дыхание.

Кажется, меня разбудил какой-то смутный звук. Я напряглась, вслушиваясь, и вдруг вздрогнула, заметив в темноте ночи два светящихся глаза.

Сердце дернулось в груди. Но через пару секунд я поняла, что это всего лишь Чао. Кот лежал в моих ногах, закинув передние лапы мне на щиколотки, с ленцой наблюдая за мной.

— Что ты тут делаешь? — прошептала я, все еще приходя в себя. — Тебя же не было в комнате, когда я ложилась. Или был?

Я прищурилась в ожидании ответа. Чао медленно моргнул. Называется: думай, как хочешь.

Я уже снова собиралась укрыться одеялом, когда снова что-то услышала. Едва уловимый скрип. Доска? Похоже на ступеньку лестницы.

Может, Жорж решил спуститься на кухню попить воды? И, прежде чем я успела убедить себя в этом, раздался приглушенный хлопок входной двери. Я замерла.

Кто-то вышел? Или вошел?

Кажется, все же вышел.

Любопытство, перемешанное с тревогой, подстегнуло меня. Я осторожно соскользнула с кровати, ступая босыми ногами по прохладному полу, подошла к окну. Лунный свет заливал двор, и в этом серебристом сиянии я увидела высокую фигуру.

Жорж. Сомнений не было. Он быстро шел, не оглядываясь, и очень скоро исчез, растворившись в тумане елового леса.

Я вернулась в кровать, но сон больше не шел. Лежала с открытыми глазами, глядя в темноту, слушая, как мерно дышит Чао, свернувшись калачиком у моих ног. Мысль о бургомистре не давала покоя.

Зачем он посреди ночи пошел в лес? Может ли он быть причастен к убийству того несчастного гончара?

Жорж, который тайно пожертвовал городу огромную сумму на восстановление площади…

Жорж, который приютил приблудного кота…

Жорж, который так божественно варит кофе…

Жорж, который так заразительно смеется...

Нет… пожалуй, последние два пункта стоит вычеркнуть. Это все-таки они не про его человеческие качества.

И все же он не вязался с образом убийцы. Тогда почему его имени нет в архивах? Где он пропадает целыми днями? И зачем пошел в лес? Не на прогулку же, в самом деле.

Уснула я уже под утро, так и не услышав, когда вернулся бургомистр. С утра я все еще была взволнована и не знала, как вести себя с ним.

Подозрения… Подозрения, что он — убийца, были слишком живыми, слишком навязчивыми, чтобы просто отмахнуться.

Но к моему облегчению, на кухонном столе меня ждала короткая записка: «Уехал по делам. Покорми Чао».

Что ж, может, так оно было и к лучшему. Не нужно было ничего изображать, не нужно было скрывать свою настороженность. Можно спокойно все обдумать и покопаться в фактах. И не только в них…

Я покормила Чао колбасой, себе на скорую руку приготовила яичницу — просто потому, что ничего другого больше не умела. Быстро поела и поспешила в кабинет.

Там я с азартом начала принялась перебирать все бумаги подряд, одну за другой, надеясь среди них найти ту, которые принадлежали лично Жоржу.

Но все, что я находила, было скучным и официальным — городские распоряжения,