Не про Любовь! - Нора Ольвич

Я смотрела, как девушка со строгой причёской на голове и в старинных одеждах обернула вокруг шеи кружевной шарф, он лёг ей красиво на плечи. Концы его она закрепила булавкой на блузе. Эх, не зря я старательно вчера выстирывала и расправляла пальцами, которые от холода уже ничего не чувствовали, кружевные шарфики. Сверху на плечи она водрузила палантин на манер шали. Её концы спускались ниже талии. После подвязала всё это сооружение плетёным шнуром.

Маленький флакон парфюма мелькнул в её руке.

- Одна капелька на запястье. Всего одна, для нас двоих. Иначе будет перебор. Я помогу тебе. Вытяни рукава нижней блузы так, чтобы ладони ткань прикрывала. Просто узкая светлая полоса. Перчатки, а именно их полное отсутствие – это прокол. Твой палантин, мы развернём к зрителю другой стороной. Он чуть светлее и рисунка меньше.

Итак, сборы закончены.

У каждой в руках у нас сумки. Не тяжёлые, но так необходимые для образа и для тех мелочей, которые нужны в дороге.

Прислушались. Звуки извне ничем не нарушались. Вдали призывно кричала птица, словно зовя в путь. Ида замерла, напряжённо, прикрыв глаза. По виску у неё стекла капелька пота. Она прикусила губу, вокруг глаз темнота.

- Рядом никого. Они ждут нас на берегу. Они почему-то думают, что мы просто обязаны зайти в воду. У мужчин в руках вилы и топоры с длинными топорищами. В голосах угроза. Энергия вселенной, помоги нам.

- Давай обратно оденем кроссовки. В этих чунях я не уйду далеко. Прошу!

Она напряжённо кивнула в согласии. Мы вдели остатки от шнурков обратно в обувь двадцать первого века и переобулись. Носочки будущего в сравнении с теми, которые я только что сняла, были блаженством. Торопились, что было сил. Вид чёрного цвета кроссовок затерялся среди многочисленных юбок. Опять уложили вещи в сумки.

- Пора.

Ида вытащила крюк из загнутого в петлю гвоздя и приоткрыла входную дверь. Мы выскользнули из неё и, прижавшись к стене, обошли дом со стороны, которая безмолвно «смотрела» в сторону оврага. А после молча и как можно более бесшумно рванули, огибая высокие и мокрые заросли папоротника.

Мне почему-то казалось, что его нужно только перейти. Нужно только оказаться на другой стороне ручья, и местные не посмеют нас дальше преследовать.

Ступни в кроссовках ловко перескакивают с камня на камень. Они мокрые от дождя. Вот он ручей. Туман клубится над ним. Мне слышатся крики и вой на берегу. Эти звуки далеко. Становится жутко. Они что только сейчас увидели утопленников? Или нашли новых?

Сердце колотится в груди, как пойманная птица. Высоко подняв все надетые юбки, мы с сестрой перебираемся через ручей, в месте, в котором делали это буквально вчера. Ведь именно ещё вчера мы кидали в этом месте, в воду плоские камни и по ним носили в дом торф. Они мостиком продолжали лежать в воде. Стараясь не поскользнуться, взбираемся на другую сторону оврага. Дрожь пробирает до костей, но нужно бежать. Бежать как можно дальше от этих звуков, от этого берега.

Крики становятся громче, вой пронзительнее. Кажется, будто они преследуют меня, настигают. Оборачиваюсь, но вижу лишь густой лес, окутанный серым туманом. Туман повсюду.

- Нора, я здесь. Не отставай.

- Откуда туман? Странно как-то.

- Всё после, подбери юбки и вперёд! Всё самое ценное держи рукой. Не потеряй. Старайся как можно меньше пачкать подол. Сейчас каждая мелочь важна. Как же плохо, что я про перчатки забыла, и не искала их в том бауле.

- Как ты можешь об этом сейчас думать? Господи, сколько одежды на мне. Вокруг всё мокрое…

Не сбавляя темпа, мы шли в тумане вдоль оврага, удаляясь от морского берега. Неслышно уже было голосов поселенцев. Мы старательно обходили стволы огромных дубов и густорастущие кустарники. Их обильно мокрые листья не сулили нам ничего хорошего.

Стволы деревьев были чёрными. По ним струились вверх тёмно-зелёные, похожие на щупальца жуткого зверя, колонии влажного мха. Громко кричала птица. Она будто торопила нас. Всё это казалось зловещим и неестественным. Будто в другой мир мы попали, перейдя ручей. Тёмное небо над головами наливалось тяжестью.

Мой мозг, перестал вспоминать прошлое. Ещё буквально вчера я хотела спросить у Иды, как все мои близкие люди узнают о том, что я «пропала». Там в двадцать первом веке. А сейчас пытаясь выжить, я уже не осознавала важности этого вопроса.

Узкая тропа, заросшая всё тем же мхом и папоротником. Каждый шаг давался с трудом, как будто кто-то невидимый тянул нас назад. Густой туман висел в воздухе, скрывая дорогу.

Я слышала странный шёпот у себя в голове, он был тихим, едва различимым, но проникающим в самую душу. Это был нечеловеческий звук, полный тоски и безысходности. Горе лилось из него. Никто не смог бы удержать этот поток.

Птица снова кричала, ведя только вперёд, её зов звучал всё громче и громче. А многослойное количество тканей на мне становилось всё более влажным и тяжёлым.

«- Господи, помоги»!

Туман становился прозрачнее…

Впереди показался просвет. С надеждой вышли мы на небольшую поляну, поросшую травой, напоминающую осоку. В центре возвышался старый пень. Присев передохнуть, понимали, что расслабляться не стоит. Влажность и гнетущая тишина давили, вызывая тревожное предчувствие. Решили двигаться дальше, ориентируясь на чуть более светлый участок леса.

Это было совершенно верное решение. Потому как сомкнувшиеся над нашими головами ветки дубов вдруг буквально через несколько минут хода расступились. И за скошенным полем вдали мы увидели комплекс построек из камня в виде арки и нескольких домов по бокам. Я могла бы назвать их фермой или старинным гостиничным комплексом.

- Станция. Нам нужно спешить. Нужно успеть на любой дилижанс.

- Я вижу дорогу.

- Если туман исчезнет, они пойдут за нами. Нора, подключи все силы, что у тебя есть. Нам нужно как можно быстрее перейти поле. Перейти и при этом выглядеть достойно. Умоляю, от этого многое зависит!

Эти три четверти часа бега по полю, я их никогда не забуду. Влажные юбки тянули меня к земле. Сумка казалась неподъёмной, шёлковый палантин душил, кружево шейного платка впивалось в горло. Долбанный чепец и шпильки в голове! Пот бежал по спине.

«- что я делаю в этом столетии, кто я, что я, зачем мы здесь»?

Земля уходит из-под ног, кажется, ещё немного, и упаду, потеряю