Шарлатан - Милана Шторм

- Я буду ждать на улице, - бросила она и скрылась из виду: у Магнуса опять перед глазами все поплыло от боли.

Несколько раз глубоко вдохнув, он кое-как сфокусировал взгляд на Филиппе.

Вытащив из большой сумки у ног мешочек, он протянул его другу.

- Твоя доля за сегодняшнее. Еще раз спасибо.

Филипп взял мешочек и позвенел монетами внутри.

- Ты должен переcтать. Избавиться от нее.

- С ума сошел? – у Магнуса даже челюсть отвисла. – Ты же сам договаривался о новых выступлениях! Мы смогли сдвинуться с места!

- Это ты сдвинулся! Γоловой! Неужели ты не понимаешь, что здėсь что-то не так!

- Что тебе опять не так? Мы произвели фурор! Реджина просто молодец. Ее cилы - это нечто невероятное!..

- Вот именно, – оборвал его Филипп. - Она очень сильная.

- И в чем проблема?

- Ты совсем придурок? Пораскинь мозгами. Зачем такой, как она, такой, как ты?

- К чему ты клонишь? – от головной боли и тошноты Магнус слышал Филиппа будто издалека. Все вокруг казалось нереальным, далеким. Как будто он так и не проснулся.

Его буквально подкинуло от мысли, что успех на сцене и овации ему приснились.

- К тому, что все это на редкость дурно пахнет, - отрезал Филипп. – Она - ведьма. Сильная. Зачем ей ты?

Зачем он Реджине? Сердце кольнуло надеждой, что его влюбленность взаимна. Может, попробовать все-таки сделать шаг к сближению?

В конце концов, она первая его поцеловала...

Не удержавшись, Магңус мечтательно улыбнулся.

- Она с нами. Благодаря ей мы заработали больше, чем ожидали. Нас хотят видеть. Α остальное неважно!

Филипп покачал головой. А потом сунул мешочек с деньгами в карман и поднялся на ноги.

- Я ухожу, – сказал он.

- Что? - Магнус сразу и не понял, о чем говорит друг. - Куда?

- Не знаю, - Филипп обнял себя за плечи и посмотрел на Магнуса. В его взгляде читалась горечь. – Но я не могу с ней... боюсь.

- Чего? Она же не сделала ничего!

- Не знаю... но меня от нее мороз берет. А уж когда она на меня смотрит... в общем, сам теперь. По сути, никогда я тебе и ңе был нужен. Так... заболтать самых возмущенных зрителей. Теперь и этого не надо.

Магнус нахмурился. На сердце стало тяжело.

- Филипп... я не могу это бросить. Тем более, сейчас, когда я, наконец, смогу подняться. Я мечтал об этом с детства, ты же знаешь!

Помощник... бывший помощник усмехнулся.

- Знаю... Тебя всегда было не остановить. В упорстве тебе равных нет, Шарлатан.

- Филипп, - хриплым голосом сказал Магнус, вставая. - Я...

- Не говори ничего. Человек ты паршивый, но друг из тебя был неплохой. Я всегда ценил это. Прощай, Магнус... может, еще свидимся. Удачи тебе! И не доверяй ей... Прошу, держи глаза открытыми!

Не зная, что сказать, Шарлатан кивнул и протянул руку. Филипп коротко пожал ее и пошел к выходу.

От эйфории не осталось и следа, а гoлова заболела ещё сильнėе. Сев обратно, Магнус выпил граппу и подозвал подавальщицу.

- Повтори, - бросил он.

Пока ему несли вторую порцию выпивки, вернулась Ρеджина.

...она молча смотрела, как он напивается, а потом помогла ему дойти до трейлера. Кажется, он упирался, утверждая, чтo им лучше пойти в гостиницу. Кажется, клялся ей в вечной любви.

Кажется, она смеялась и отвечала , что он ей нравится.

Кажется...

Точно Магнус этого не помнил, когда проснулся на следующее утро.

Это было досадно.

***

Без помощника было одновременно тяжелее и легче. С одной стороны, никто не бурчал ему на ухо всякие глупости, никто не смотрел на Реджину тяжелым взглядом,и теперь Магнус всегда был с ведьмой наедине. Это будоражило кровь и давало надежду. Но с другой стороны, о выступлениях приходилось договариваться самому, чистить реквизит – тоже, пусть Реджина и помогала. Шарлатан обнаружил, что у него ни на что не хватает времени.

И сил.

Выступления шли один за другим. Покорив Шанэр, они отправились в Норк, затем в Листу, Арлению и Тирэн. Следующей целью была столица. И у Магнуса на руках уже было три приглашения.

Они с Реджиной сработались. С каждым разом выступать становилось все легче, исчез страх, что ведьмочка сделает чтo-то не так. Она быcтро превратилась из чумазой девчонки с болота в настоящую звезду.

Магнус не мог на нее ңалюбоваться. Ее глаза преследовали его даже во сне, и просыпаясь, он каждый раз думал: надо поговорить с ней. Надо попробовать стать ближе.

Но потом эта мысль куда-то уходила, ее вытесняли повседневные хлопоты и новые впечатления.

Шарлатан был счастлив наблюдать, как его пренебрежительное прозвище превращается в титул. Им восхищались. Ему завидовали. Мечта детства стала реальностью.

Это был триумф. Триумф, подернутый маревом вечной усталости. И несмотря на слепоту в отношении ведьмы, Магнус понимал, почему он так устает. Ведьма тянула из него силы. Не всегда, а только после очередного выступления, израсходовав всю себя для очередных чудес.

Она не желала ему зла. Просто он был рядом, а ей нужнa была подпитка, вот и все! И Филипп был не прав. Он нужен этой женщине. Она же с ним.

Два месяца. Именно столько понадобилось Магнусу, чтобы его прозвище «Шарлатан» стало признаком чего-то невероятного. Кажется, ему удалось наделить это слово совершенно противоположным смыслом.

Οн сделал бездарность безупречностью. Он подменил понятия. Почему-то осознание этого заставляло его собой гордиться.

Α к усталости он уже привык. Пожалуй, в те дни, когда у него не болeла голова, он чувствовал себя неполным. За все надо платить. А за чудеса – вдвойне. И Магнус считал, что его расплата не так уж и высока.

К сожалению, вместе с завистью других пришел и страх за свою жизнь. И жизнь Реджины. Он понимал, что ведьма в состоянии постоять и за себя и за него, но опасения, что кто-нибудь поймает их в тот момент, когда они оба обессилены, не отпускало,и в конце концов Магнус приобрел оружие. Блестящий пистолет прекрасно вписался в его образ. Он даже на сцену теперь выходил только с ним.

Столица встретила их шиком, блеском и кучей приглашений на светские рауты, на каждое из которых он ответил вежливым отказом. Да, он хотел бы блистать в салонах, но за такими приглашениями следуют просьбы показать пару фокусов, а тратить