Ректор под контролем - Екатерина Сергеевна Богданова

— Кого? — заинтересовалась я.

— Никого. Рассказывай давай. Что ты там высмотрела? — потребовал Тартуросс.

Я решила не тянуть, а то тут ещё несколько полок осталось, и на них что-то острое лежит, между прочим. Выложила все свои подозрения сразу. И про Дасмира, и про то, что ведьмаки с силами магов могут магическую энергию вытягивать.

— Хм, а ты не так глупа, как я думал, — протянул призрак. — Им несколько лет понадобилось, чтобы понять.

— Так я права⁈ — воскликнула победно. — Вы можете подпитываться силами от магов!

— Мог, — поправил дух. — И да, похоже, твой друг тоже кое-что может. Но сколько их таких было! Вы же все замкнуты в рамках своих предрассудков. Не видите дальше собственного носа. И этот твой тоже вряд ли догадается, на что мог бы быть способен, если бы развивал свои способности.

— Так вы такой не один? — удивилась я.

— Таких, как я, больше нет и не будет! — патетично заявил Тартуросс. — Но потенциал есть у некоторых.

— Так почему вы скрывали это⁈ — воскликнула я.

— Я сам ко всему пришёл. А если они не могут додуматься, то и не достойны, — отрезал дух. — Это всё? За этим ты меня и звала?

— Нет, не только, — ответила поспешно. — Что с моей печатью? Вы же знаете! Объясните.

— Я уже объяснил, — хмыкнул голос из темноты.

— Нет, это была какая-то ошибка. Вы что-то напутали, — помотала я головой. — Я никогда не использовала запрещённое колдовство. У меня даже знаний таких нет!

— А знание и не обязательно. Достаточно сильного желания и… А впрочем, сама должна всё узнать, — посмеиваясь проговорил Тартуросс.

— Так и скажите, что не знаете, — проворчала я.

— Я и не знаю, — хмыкнул призрак. — В незнании признаться не стыдно. Никто не может знать всё. Откуда мне знать, что ты в прошлом натворила? Я только сказал, что вижу. Было оно, запретное колдовство. Давно было, застарелое уже. А ты ведьмочка юная, значит, неосознанно заклятье наложила. И не вспомнишь теперь, пока до сути не доберёшься.

— Так что же мне делать… с печатью? — прошептала я, отвергая даже намёк на то, что он прав.

Ну не могла я! Сколько себя помню, всегда старалась поступать правильно. Но печать-то не хочет нормально работать. И какая-то причина должна быть.

— С печатью? — протянул Тартуросс. — А что делают с чем-то, что не работает? Обращаются к тому, кто за это отвечает.

— Это к кому? — нахмурилась я. — Мне метку какой-то маг ставил. Лица уже и не вспомню…

— Эх ты, ведьма, — усмехнулся дух. — Печать от академии, так и иди к тому, кто ею управляет.

— Я к вам пришла! Вы основатель! — выкрикнула, сжав кулаки.

— А нет меня, Зая, давно уже нет. Умер я, понимаешь? — загробно подвывая, изрёк дух. — Теперь у академии другой хозяин. К нему и иди.

— Вот уж нет! — воскликнула воинственно. — К нему я никогда за помощью не обращусь!

— Куда ж ты денешься! — засмеялся Тартуросс.

— А вы? Хотя бы подскажите! — взмолилась, закусив губу.

Ответа не последовало.

— Тартуросс, вы тут? — позвала уже тише.

И опять молчок. Ушёл? Вот так взял и ушёл, оставив меня без ответов? Хотя нет, он ответил. Теперь я знаю, что он такой не один был. Просто, ему одному хватило смелости пойти против природы и развить в себе способности, о которых другие и подумать не смели. А это значит, что и Дасмир так сможет. Нужно только подсказать ему. Пожалуй, так я и сделаю. Этот парень достоин великих свершений, как никто. Шутка ли, будучи ведьмаком, он не пользуется преимуществом и не ворует энергию у ведьм. Напротив, он стремится добиться всего самостоятельно, только своими силами.

Да! Я расскажу обо всём Дасмиру! Если только Тартуросс не обманул… Мне хотелось верить ему, и в то же время не хотелось. Потому что, если я верю его славам на счёт сочетания магии и ведьмовства, то придётся поверить и другому. А я не могла, просто не могла совершить что-то настолько неправильное, да ещё и забыть об этом.

Ну и его совет на счёт печати тоже не хотелось принимать. Вопреки здравому смыслу, я не желала признавать, что он прав. Потому что, если я это признаю, то придётся обратиться за помощью к нему, к тому, кто предал и бросил меня.

* * *

Вышла из подвала, улыбнулась солнышку и пошла в академию. Мне ещё предстоит найти, ну или попросить у кого-нибудь, инструкцию для печати. Кто знает, вдруг, сама разберусь.

Уже на подходе к парадному крыльцу вдруг замерла. Что-то встревожило, внутренний зуд, будто на меня кто-то смотрит. Оглянулась — на меня никто не обращал внимания. Все были заняты своими делами. И тут, как удар! Запястье обожгло так, что в глазах потемнело. Схватилась за руку, посмотрела на печать и, не сдержавшись, закричала. По всему бледному кругляшу, воспалившемуся, будто шрам, вспыхивали и гасли зелёные точки. А на их месте появлялись маленькие ожоги. Меня будто пчела жалила, снова и снова!

Ко мне подбежала ведьма, следом магиня, и ещё, и ещё парочка магов. Какой-то ведьмак растолкал всех, крича про то, что это, должно быть, я контроль потеряла. Он положил ладонь на моё запястье, попытался вытянуть силу, тут же отдёрнул руку, потряс ею, будто тоже обжёгся и, схватив меня за другую руку, потянул за собой.

— Пусти! — заголосила я.

— Печать взбунтовалась, дура! К ректору надо! Только он может удалить и заново наложить.

— Алист, руки от неё убери! — вдруг кто-то схватил меня за плечо.

Я обернулась и неожиданно обрадовалась Вилле. Вот уж не думала, что соседка-ведьма так порадует меня своим присутствием.

— Алист, детка, брось каку, — проворковала Элла, заступив ему дорогу.

— Вы что, не видите⁈ — возмутился ведьмак.

— Мы всё видим, и сами позаботимся о ней, — обезоруживающе улыбнулась ему ещё одна ведьма.

— Ааа, сами хотите перед Орсом выслужиться? — сощурился Алист, и я поняла, что весь его героический пыл только для того, чтобы к ректору подмазаться. — А что мне за это будет?

— Я, так и быть, пойду с тобой на праздник, — подскочила к нам белокурая магиня, настолько красивая, что он был бы полным идиотом, если бы отказался.

Алист идиотом и не был, он сразу же отпустил мою руку и переключил всё внимание на красавицу. А меня подхватили под руки соседки, и буквально поволокли, сначала по лестнице, потом через холл, по коридору, остановились у уже знакомой помпезной двери, переглянулись и