Сводные - Лека Стар

прошли продуктивно для кого-то, а для кого-то в лени. Катя повторяла пройденные материалы по истории, решала тесты и спускалась вниз только воды попить или взять яблоко. В то время, как Кирилл спал до обеда, кусочничал бутербродами, смотрел телевизор, играл в приставку и вышел прогуляться вечером в воскресенье. Сестра не пошла с ним, сославшись на занятость.

В понедельник, Катя была уставшей, с черными кругами под глазами, в то время, как Кирилл выглядел отдохнувшим и свежим. Не зря столько времени спал.

— Последние денёчки и каникулы, — улыбнулся Кирилл, подставляя лицо теплым лучам солнца. — Сможешь отдохнуть и выспаться. Хоть на время забудешь эти уроки и тесты.

— Охотно верю, — сквозь зевок, сказала Катя, хромая.

Сегодня она с утра выпила обезболивающие, и прихватила таблетки с собой. Нога плохо заживала, что портило настроение. Ведь хотелось на время забыть о боли и ходить нормальным шагом, а не хромать, при этом морщась.

— Болит? Может к врачу съездить? Посмотрит и скажет, нормально ли это? — предложил Кирилл, видя мучения сестры.

В такие моменты сердце обливалось кровью, как пишут в книжках. Но даже морщась, Катя продолжала выглядеть как самая красивая девушка в городе. Или только Кириллу так казалось? И почему в животе появляются бабочки, при виде сестры? Это нормально?

— Сдам экзамен и съезжу, — пообещала Катя.

— Станет плохо, пиши, украду тебя, — заговорщически подмигнул Кирилл, замечая впереди идущих Ромку и Тимура.

Они что-то обсуждали между собой, прием Тимур размахивал руками и горячо что-то объяснял другу, который лишь кивал в ответ.

— Интересно, что они обсуждают? — вслух сказала Катя.

— Очередной провальный матч по футболу? — предположил Кирилл, пожав плечами. — Тимур ярый фанат нашей сборной и никогда не пропускает матчи, даже если болеет или находится в больнице с гастритом.

— У Тимура гастрит?

— Жрать потому что нужно правильно, а не кусочничать, как он. Тим может за день выпить только стакан воды и ничего при этом не съест, а потом будет загибаться с болями в животе.

— Он же умрет так, — ужаснулась Катя. — А вы, его друзья, почему не можете повлиять на друга? Накормить, в конце концов.

— Ага, попробуй накорми Тима, — фыркнул Кирилл. — Он никого не слышит и не хочет слушать. Это тоже самое, что в одиночку выйти против фанатов и сказать, что Спартак говно, а Зенит чемпион.

— Хорошо, что тебя не услышал Тимур, — пробормотала Катя.

— Он болеет за Барсов, — пожал плечами Кирилл.

— Но все равно, вы же его друзья, хоть Рома мне и не нравится.

— От друзей осталось одно название, — вздохнул Кирилл, опустив взгляд на свои кроссовки.

— Разругались? — поинтересовалась Катя.

— После того случая, возле тренерской, мы не общаемся и обходим друг друга стороной. Я бешусь каждый раз, когда Рома кидает на тебя взгляды. Причем такие, от которых ты должна воспламениться.

— Такие, как я, не горят, — фыркнула Катя, кинув взгляд на брата.

Внизу живота появились бабочки. В свете солнечных лучей, блондинистые волосы переливались, а ветер легонько трепал. Тонкая линия губ, по которым Кирилл провел языком, отчего Катя сглотнула. Отведя взгляд в сторону, она почувствовала, как покраснели ее щеки.

— Рома не знает такого слова, как «нет». Он не знает, что такое отказ, потому что привык добиваться всего. Так что тебе нужно быть с ним осторожнее, а я буду защищать тебя.

— Станешь моим рыцарем? — улыбнулась Катя, бросив взгляд на брата, который отвел взгляд в сторону.

— Если потребуется, стану, — неловко ответил Кирилл.

За разговором они дошли до школы, где разошлись по своим кабинетам и классам, договорившись вместе пойти домой после школы. Так непривычно было для обоих, что каждый из них думал, что это сон, который скоро закончится. Или вообще параллельная вселенная, где у них хорошие отношения. Потому что такое может быть только за гранью реальности.

— О, главная разбивательница носов и мужских сердец пожаловала, — язвительно пропела Настя, которая сидела за своей партой с лейкопластырем на носу.

Он портил ее красоту, как и синяки, не сходящие с лица. Теперь на Сергееву смотрели с ужасом, а с восхищением, что сильно бесило.

— Тебе идут эти синяки под глазами, — спокойно приняла удар Катя, хромая к своей парте, за которой было пусто. — Такие живописные, красочные. Теперь ты можешь слиться с ночью и тебя никто не увидит, когда побежишь за пивом в круглосуточный магазин.

Сергеева вскочила со своего места, готовая кинуться на одноклассницу, но вспомнила беседу с отцом, и упала обратно на стул. Ей запретили влезать в конфликты с Колесниковой, потому что её отец имеет большое влияние и серьезно пригрозил отцу Сергеевой. Теперь в их доме было табу и нельзя было произносить фамилию Колесниковых.

Все удивлённо посмотрели на Сергееву, которая крепко сжала ладони, отчего ногти впились в кожу, но Настя не заметила боли. В мыслях она уже до полусмерти избила одноклассницу, а на деле лишь смотрела испепеляющим взглядом.

— Живи, шлюшка, пока я добрая, — прошипела Настя, отворачиваясь в сторону, чтобы не видеть противной рожи Колесниковой.

Катя недоверчиво посмотрела на Сергееву, но та перестала ее замечать, зато в класс вплыла ее подруга Белова, которая похоже плохо спит, но настроение поднимается только тогда, когда видит Колесникову и начинает оскорблять ее.

— Кого на этот раз успела охмурить Колесникова? Неужели физрука? — наигранно ужаснулась Лиза, приложив ладони к губам.

— Так-то я его оставила тебе, меня не интересуют стартеры за сорок, — хмыкнула Катя, садясь на стул и готовясь к уроку. — Тебя же интересуют женатые мужчины с детьми.

— Что? Что ты только что сказала? — Лиза тяжело задышала.

— Что слышала, — огрызнулась в ответ Катя, которую уже начинало все это бесить.

— Да я тебя убью, курица! Ты в своем уме, овца? Какой женатый мужик? Ты ебанулась?

Лиза подошла к парте Кати и скинула все содержимое на пол, гневно уперев ладони в столешницу. Катя смело подняла голову и с вызовом посмотрела на одноклассницу, в глазах которой мелькнул страх, но тут же пропал.

— Я уничтожу тебя, сука, и мне плевать, твои