Ваше желание исполнено! - Вера Лейман

поспешил в зал. Конечно же это была она: его постоянный посетитель и спонсор… Молодящаяся женщина за шестьдесят в дорогом костюме, с брендовой сумочкой и высокомерным выражением лица.

— Дживон, мальчик мой, мне как обычно, — пропела она с неискренней улыбкой и привычно заняла один из столиков.

Дживон коротко поклонился и отправился делать американо. Его выпечку госпожа Чон никогда не ела, видимо считая ниже своего достоинства питаться в подобных забегаловках. Но он исправно приносил ей круассан с инжиром и сырным кремом.

Когда угощение было на столе, Дживон сел напротив гостьи и приготовился слушать.

— Надеюсь, ты передумал, мой дорогой? Я готова заплатить вдвое больше, чем в прошлый раз, — вновь ее лицо озарила неестественная улыбка.

— Госпожа Чон, я ведь говорил уже, что не исполняю желания, которые противоречат закону или моим моральным убеждениям, — твердо ответил Дживон, подняв на гостью уверенный взгляд.

Улыбка дрогнула на холеном лице женщины, но она пока еще держала себя в руках.

— А как же поступление моего Сивана? — елейно спросила она.

— Поступление, работа, даже выигрыш в лотерею никому не вредят. Вы же просите меня вмешаться в личную жизнь вашего сына и заставить его чувствовать то, чего он чувствовать не хочет, — не сдавался Дживон. — Ваш сын еще так юн, позвольте ему насладиться молодостью и первой любовью.

— Но эта девка нищая! Она приклеилась к моему сыну, потому что он богат! Если ничего не предпринять, уверена — она окрутит его и вскоре наденет кольцо на палец, чтобы войти в богатую семью! — прошипела госпожа Чон.

— Считаете, раз она бедна, то обязательно должна гоняться за выгодной партией? — Дживон начал закипать. Ему было хорошо известно, что такое бедность. — А вы не думали, что они любят друг друга? У бедных тоже есть гордость.

— Что за глупости! Легко любить богатого и красивого парня! Я и слышать ничего не желаю, мне нужно, чтобы Сиван забыл об этой охотнице за деньгами и точка!

Вот теперь она показала свое истинное лицо.

— Простите, госпожа Чон, но я не могу. Не могу и не хочу вмешиваться в чужие отношения, — твердо ответил он после короткого колебания. Он знал, что ссориться с ней опасно, но и идти против себя не мог.

— Вот как ты заговорил? — лицо госпожи Чон исказила злоба. — Где бы ты был, если бы не мои деньги? Благодаря мне и моим подругам, которых я привела к тебе, ты ни в чем не нуждаешься. Мы платим достаточно за твои способности. Взамен я просто прошу выполнить мою просьбу! А ты прикрываешься какими-то моральными убеждениями! Не забывай, я могу отнять все, что дала тебе, и ты снова останешься ни с чем!

Дживон стиснул под столом руки так, что ногти впились в ладони. Ему многое хотелось сказать госпоже Чон, но он сдержался. В конце концов она права: только благодаря ей он сейчас жил в просторной квартире в Каннаме, имел машину и мог не зависеть от заработка в кафе, которое скорее было его хобби. Но ее пренебрежительное отношение к нему и к той девушке, о которой она говорила, задели его.

— Все верно, и я очень благодарен вам, госпожа, вот только… — он с преувеличенной задумчивостью почесал переносицу, — вот только не забывайте, что у меня тоже есть желания. Где гарантия, что я не пожелаю, чтобы вы, например, разорились?

На миг лицо госпожи Чон дрогнуло, но в следующее мгновение расплылось в гаденькой усмешке.

— Я не идиотка, Дживон. Если бы ты мог исполнять свои собственные желания, мои деньги тебе были бы не нужны. Ты мог бы все получить сам. Однако ты этого не делаешь, значит, — она развела руками, — не можешь.

«Догадливая стерва», — пронеслось в мыслях Дживона, и ему пришлось немного уступить.

— Вам не кажется, что мы оба заинтересованы в нашем сотрудничестве? — он вежливо склонил голову. — Вы ведь не дарили мне эти деньги, а платили за определенные услуги. Нам не стоит ссориться, думаю, у вас в запасе еще много желаний.

Дживон заставил себя натянуть на лицо самую искреннюю улыбку, на какую только был способен, и ждал ответа от госпожи Чон.

— Хорошо, — снисходительно выдавила она. — На этот раз я уступлю. Но когда приду в следующий раз, я не хочу снова слышать отказ.

Она небрежно бросила на стол купюру в пятьдесят тысяч вон и демонстративно вышла на улицу. Дживон провел пятерней по волосам и коротко выдохнул. И правда, он был многим обязан госпоже Чон.

Много лет назад она приехала из Пусана, где была одним из крупных ростовщиков. Когда-то Дживон пытался навести о ней справки и выяснил, что она действовала очень жестокими методами, забирая у должников все подчистую. Некоторые из них и вовсе пропадали без вести, и Дживон подозревал, что госпожа Чон просто избавлялась от них.

В Сеул она приехала с огромной суммой денег, на которую приобрела несколько зданий в престижных районах, а также торговый центр. Вышла замуж, родила сына и с тех пор пыталась попасть в высшее общество. Увы, ей это не удавалось. Ее состояние могло соперничать с многими элитными семьями Кореи, но вот происхождение и туманное прошлое закрывали для нее двери в высший свет, куда она так стремилась попасть. Поэтому госпожа Чон сделала ставку на единственного сына, который с помощью Дживона поступил в самый престижный университет Кореи и собирался стать нейрохирургом. У госпожи Чон был план открыть для него элитную клинику для вип клиентов и тем самым обеспечить будущее сына. И вот теперь, когда Сиван вполне успешно учился на четвертом курсе университета, он познакомился с девушкой из бедной семьи. Естественно, его мать не устраивало такое знакомство, и она решила избавиться от потенциальной невестки с помощью дара Дживона. Госпожа Чон была опасной женщиной, поэтому ссориться с ней совсем не хотелось, но и идти против себя — тоже.

Из размышлений Дживона вырвал мелодичный звук колокольчика, и он повернулся, чтобы поприветствовать посетителя. В кафе вошла совсем молодая девушка, одетая скромно, но опрятно. Она нервно заправила за уши длинные пряди и поклонилась Дживону первая.

— Здравствуйте, я слышала, вы ищете временного работника?

Глава 2

Новый сотрудник

Дживон несколько секунд молча таращился на девушку и судорожно пытался вспомнить, когда и