Измена. Ты (не) узнаешь о нас - Наталья Ван

— Думаю, ей понравится летать на самолетах, — выдает Миша и идет в сторону детской комнаты. — У тебя все в порядке? — доносится до меня его мягкий голос.

— Потяп-Потяпыч, — детский голосок радует слух. — Миску! Я без него не полечу, — чуть ли не хныча выдает дочь.

Блин! Как я могла забыть про ее любимого мишку? Она ж без него и шагу не ступит из квартиры.

— Держи, — отвечает он. Дочка тут же показывается из комнаты и радостно бежит ко мне.

— Спасибо, — улыбаюсь своему лучшему другу.

— Мама, смотри, Миска! — довольная собой дочь, протягивает мне плюшевого медвежонка.

— Вижу, красивый. И как я могла его забыть? — улыбаюсь, глядя на дочь.

— Потому что ты ворона, — смеется она, обнимая Мишу за шею. — Два любимых Миски! — хохочет она, прижимая к себе плюшевую игрушку.

— Пошли, а то один из медвежат точно опоздает на работу, а ему еще жизни спасать, — беру дочь на руки.

— Оль, напиши мне, как приземлитесь, — Миша старается держать лицо, но его волнение чувствуется в каждом слове.

— Обязательно. Спасибо, что помог с вещами.

— Не за что. Водитель довезет вас до аэропорта и сопроводит до зоны досмотра. Оль… — его голос надламывается. — Держи меня в курсе, ладно?

— Само собой. Тем более лететь-то всего ничего.

— Знаю, но это первый полет Маруси, да и возвращаться в родной город всегда волнительно.

— Ты прав, но у меня нет другого выбора. Ты же сам слышал отца. Надо как можно быстрее изучить все документы и войти в курс дела. Я и так слишком много времени провела здесь.

— Не так уж и много. Я бы вообще тебя не отпускал отсюда. Никто не исключает, что там ты можешь встретить его… — слова Миши в одно мгновение пронзают меня насквозь, словно ледяной ветер.

Сжимаю руки в кулаки, пытаясь скрыть дрожь в руках. В его голосе звучит не просто забота, а какая-то тревожная предосторожность, словно он знает что-то такое, о чем я не имею ни малейшего понятия.

— Миша, прошу, — касаюсь его руки. — Я не хочу об этом говорить, да и мы вряд ли встретимся. Где он, а где я? — говорю я, но слова звучат неубедительно даже для меня самой.

— Ладно, держите со мной связь. Я проведу две срочные операции и прилечу к вам, — говорит он твердо, но я чувствую за этой уверенностью не наигранное беспокойство.

— Уверен, что тебя отпустят из клиники? Ты нарасхват. Таких врачей еще поискать надо.

Я пытаюсь отвлечь его от этого разговора. От его навязчивой мысли обо мне и этом «нем», которого я так боюсь увидеть.

— Ничего страшного. Найдут, кем заменить хотя бы на пару недель, а там посмотрим. Если твой отец настоит на вашем переезде, то и я сменю место работы. Его слова звучат решительно, но в глазах проскальзывает тень сомнения.

— Уверен? Может, не стоит жертвовать карьерой ради нас? Ты все-таки в шаге от того, чтобы стать заведующим больницей.

Я не могу не заметить его решимости. Он не просто поддерживает меня, он готов пожертвовать всем ради нас с Маруськой.

— Не говори глупостей. Куда вы, туда и я. Давайте, поторапливайтесь, а то опоздаете.

Его слова звучат словно обещание, клятва, и я верю им верю, но все равно сильно переживаю. Он делает слишком много для нас.

Маруся перебирается на руки к Мише и крепко обнимает его за шею.

— Я буду скучать, — лепечет она, целуя Мишу в щеку.

— И я буду по тебе скучать, принцесса. Не забывай приглядывать за мамой и, если что, сразу звони. Договорились?

— Дя. Я буду за ней следить как настоящий шпион! — гордо выдает она.

— Хорошо, шпион, беги в машину. Ваш водитель заждался, — Миша осторожно спускает с рук мою дочь. — Оль, прошу, звони в любое время дня и ночи, ладно?

— Как скажешь. Спасибо тебе за эти три года. Без тебя я бы не справилась.

— Вас ждут, — откашливается Миша, поглядывая в сторону машины. Ему не просто отпускать нас, и я это прекрасно понимаю.

— Я позвоню, когда самолет приземлится, — обнимаю того, кто протянул мне руку помощи, когда я в ней так нуждалась.

Как ни крути, но я предчувствую, что скоро все изменится, но в тот момент, когда я почти села в машину, Миша тянет меня за руку и шепчет:

— Оль, я не сказал тебе всего… Там… не всё так просто в общем. Береги Маруську, ладно?

Его слова, полные тревоги и скрытой угрозы, пронзили меня насквозь. Я смотрю на него, не в силах произнести ни слова. В его глазах я вижу что-то такое, что заставляет меня почувствовать ледяной ужас.

— О чем ты говоришь? — выдыхаю, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

Он лишь вздыхает и, глядя на Марусю, бормочет.

— Береги ее… Я не могу тебе сказать большего, но…будь осторожна.

И в этот момент я понимаю: там, за тысячи километров, в том городе, где всё началось и всё рухнуло, ждёт меня нечто большее, чем просто бизнес отца и семейные тайны.

Там скрывается правда, которая может разрушить всю мою жизнь. Отец сказал, что ему требуется моя помощь, но он не уточнил, что я буду вынуждена заключить сделку с самим дьяволом.

Глава 3

Оля

Самолет стремительно снижается, а я все крепче сжимаю маленькую ручку дочери. Маруся проспала весь перелет и выглядит отдохнувшей, что нельзя сказать обо мне. Я чувствую себя раздавленной и уставшей.

Стоит двери самолёта открыться, как запах ностальгии заполняет мои лёгкие под завязку.

Три года назад я сбежала отсюда в надежде спастись от собственных чувств, а сейчас вынуждена вернуться.

Никогда бы в жизни не подумала, что дела отца могут пойти по наклонной, а всему виной какой-то охреневший бизнесмен, который решил подмять под себя все, что плохо лежит.

Я должна изучить документы, разобраться с компанией, а дальше отец мне все объяснит. По-крайней мере именно это я услышала от него по телефону.

— Мама, можно уже снять? — Маруся недовольно оттягивает