Борьба с предрассудками - Вилли Энн Грей

должны были предстать перед комиссией, состоявшей из всех семи деканов и ректора. На мой взгляд, полная потеря времени. Мне было абсолютно безразлично, кого наберут мои коллеги, я отвечал лишь за свой факультет, а с остальными учениками так или иначе познакомился бы во время занятий.

— Добрый день, — услышал я знакомый голос. В дверях стояла моя возлюбленная, Анабель. Интересно, что она тут делает? Неужели настолько соскучилась. Откуда узнала, где меня найти? Хотя чего это я? Это же элементарно, можно было спросить у любого студента или преподавателя, и они бы указали направление. На моих устах расцвела улыбка, которая возникала каждый раз, когда я видел свою ненаглядную. — Можно войти?

— Проходите, мисс де Элло, занимайте стул напротив, — прозвучал голос Шэффера справа от меня.

— Что? Кхм… — не сразу сообразил я, что к чему и почему коллега обращается к Анабель «де Элло». «Он, наверное, обознался. Наверняка», — подумал я и хотел уж было сказать это вслух, но увидел, как Анабель садится на стул перед комиссией, опуская передо мной взгляд.

— Знакомьтесь, это Анабель де Элло. Единственная девушка, которая прошла вступительные испытания на мой факультет в этом году. Не беспокойтесь, студентка, решение по вашему поводу я уже принял, но всё же, сейчас вам предстоит разговор с комиссией. Мы зададим вам вопросы о ваших целях, и после этого примем окончательное решение. Вашу судьбу будем решать я и ректор, но к мнению коллег, конечно же, прислушаюсь. Отвечайте честно, — сказал Шэффер, собираясь приступить к стандартному опросу.

— Что ты тут делаешь? — не выдержал я. Анабель слегка вздрогнула и подняла на меня виноватый взгляд, но ответила уверенно:

— Поступаю в академию. Я давно этого хотела и, наконец, решилась…

— А родные твои об этом знают? — злился я.

— Уже да, — ответила она без доли сомнения. Со стороны разговор наверняка казался странным, коллеги недоумённо смотрели на нас, не понимая, с чего бы это я решил перехватить инициативу.

— И они не против? — напирал я.

— Я совершеннолетняя и вполне могу сама принимать решения о своей судьбе. Разрешение воспитателей мне для этого не нужно, — парировала Анабель, явно начиная злиться.

— А мужа?

— А мужа у меня нет, — «вот зря она так». Я, конечно, ещё не муж, а жених. Но почему-то её ответ зацепил настолько, что пришлось сжать зубы от злости, чтобы не наорать на свою возлюбленную.

— Хватит, Рен. Что ты взъелся на девчонку? Есть ли у неё муж, нас совершенно не волнует. Да и ты сам прекрасно знаешь, что его разрешение нам тоже не нужно для принятия в академию, — прервала нас Алия Текели, декан факультета политологии, брюнетка азиатской внешности, по совместительству моя старая подруга. В принципе, она права, разрешения и в самом деле не требовалось, но меня сильно зацепил тот факт, что моя невеста решила скрыть от меня столь важный шаг. Как она вообще всё это провернула? В конце концов, мы последние две недели находились в одном и том же месте, но она ни разу не попалась мне на глаза. Да и её присутствия я не почувствовал.

— Итак, мисс де Элло, — перехватил нить разговора Шэффер, — расскажите несколько слов о себе и что вас сподвигло поступать в эту академию, а именно на боевой факультет.

— Кхм… Я сирота. Точнее сказать, я не помню своих родителей и не знаю, что с ними случилось. Но когда мне было девять, меня взял на воспитание демон, — собираясь с мыслями, начала Анабель. Я даже затаил дыхание, конечно, я знал о своей подопечной всё, но чувства, мысли и мечты мы редко обсуждали. — Он воспитывал меня быть сильной, смелой и упорной. Он обучил меня боевым дисциплинам, нанял учителей для наук. Я владею тремя языками, помимо Эллийского. Я люблю учиться, но в какой-то момент обучения на дому мне показалось мало. И тогда возникла мысль об академии. Но это не единственная причина и, правильнее даже сказать, не основная. А основная заключается в том, что я хочу реализовать себя, а также доказать другим, что я на многое способна. Я не хочу всю жизнь быть тенью своего учителя, сироткой, которую пожалели. Нет, я хочу быть личностью, сильной и успешной. И академия — это первый шаг на пути к этому.

Чем больше говорила Анабель, тем больше горели её глаза. Она действительно хотела поступить в академию и гордилась тем, что справилась с испытаниями. Конечно же, я её слышал и даже понимал, но переживания были сильнее меня.

— Почему военная академия? Неужели мало гражданских университетов? Вам же известно, что все выпускники военнообязанные, — не выдержал я. Именно мысль о военной отработке и не давала мне покоя. А если о её поступлении ещё и Шейн с отцом прознают, то всё, пиши пропало, отправят её в самую горячую точку. Нет, такого я допустить не мог.

— Конечно, знаю. Я же не наивная дурочка, — не моргнув глазом, ответила Анабель. А я мысленно застонал. — Но всё же, это лучшая академия нашего государства, единственная, где преподаватели столь высококвалифицированные. А я хочу учиться в лучшей. На меньшее я не согласна.

— Прекрасно, прекрасно. Очень приятно слышать, — проговорил ректор, которому очень польстило лестное отношение. — Мы достаточно услышали, если возражений нет, то я с радостью зачисляю студентку…

— Возражения есть, — прервал его я. Были, да ещё какие. Вот только как их все озвучить, не выдавая при этом нашу с Бель тайну. Я слишком боялся того, что мои недоброжелатели захотят навредить мне через мою возлюбленную. Поэтому до тех пор, пока мы не проведём брачный обряд и она не получит родовую защиту, мы приняли решение не раскрывать общественности наши отношения. — Девушке не место на боевом факультете! — прорычал я, первое, что пришло в голову. Зря я так, потому что на меня сразу уставились несколько пар пышущих злобой глаз, одна из которых принадлежала непосредственно Анабель.

— Что за дискриминация! — звонко отозвалась Рита ВладимирА, декан факультета лекарей. — Не у вас ли, уважаемый магистр Кон Элло, в этом году больше половины факультета состоит из девушек! Что-то я не припомню, чтобы вы были так категоричны при наборе на свою кафедру. Или это какая-то зависть к магистру Шэфферу?

От её слов в глазах Анабель