Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

— Еще раз спасибо, Ник, — постаралась я улыбнуться, стягивая с себя пиджак, но Ник меня остановил:

— Оставь, — с порозовевшими от холода щеками произнес он. — Вернешь, как переоденешься.

Я смущенно отвела взор и сильнее запахнулась в пиджак, все еще хранивший аромат огненной магии, отчасти напоминающий запах раскаленного песка на солнце, будто надеялась в нем спрятаться от людских взоров, которые по дороге в кабинет боевой теории то и дело останавливались на нашей группе. Оно и не удивительно — мы сейчас напоминали бывалых воинов, еле выбравшихся из страшной передряги: исцарапанные, обожженные, мокрые, с порванной одеждой…

На протяжении всего пути Ник держался рядом, а Юджи и Торбальт оставались позади, тем самым отрезав меня от большинства ненужного внимания. Однако шепот учеников то и дело до меня доносился:

— Что случилось?

— Почему они все раненые?

— Это из-за них объявили чрезвычайное положение?

Многие ученики, кто не был с нами у главного входа в Академию, не знали, что именно случилось. Однако постепенно сливаясь и перемешиваясь с другими группами, сведущие быстро рассказывали о произошедшем, отчего голоса становились громче, а внимание к нашей группе — пристальнее. Поэтому когда мы наконец-то добрались до нашего кабинета — все невольно облегченно выдохнули.

Кабинет боевой теории был большим, и когда наша группа проводила в нем занятия — оставалось много свободных мест, однако сейчас, когда здесь собирались ученики четырех курсов Боевого факультета, они стремительно закончились. Из-за этого люди начали занимать места на ступеньках и тихонько обсуждать последние события, гадая, какое объявление должен будет сделать декан. И только, пожалуй, наша группа, занявшая места за столами благодаря участливости старших — мы выглядели настолько помятыми, что нас пожалели — угрюмо молчала. Старшие поначалу пытались расспросить кого-то из ребят о подробностях в подземелье, но видя наши лица, они быстро отказались от этой идеи.

Более-менее успокоившись, а точнее, впав в какое-то меланхоличное состояние, я впервые оглядела присутствующих в кабинете, и мне пришло осознание, ребята со старших курсов были какими-то другими. Не в плане того, что взрослее или опытнее. И даже не в молчании наших ребят, а в том, что мы просто отличались, будто атмосфера вокруг каждого из нас изменилась. Еще вчера я могла бы сказать, что мы такие же, как они, но сегодня я осознала — мы стали другими. Пережитая опасность сильно изменила наши взгляды и лица. Кто-то просто был серьезен, например: Дамиан — он словно бы повзрослел лет на пять или шесть, догнав своего брата. Кто-то просто хмурился, например: Силика — она что-то тщательно обдумывала. Кто-то пребывал в ужасе, например: Аника, Эдиль и Брэм, чьи лица все еще сохраняли пепельные оттенки. А кто-то на первый взгляд казался прежним, однако что-то неуловимое в нем поменялось, например: Раст, чья напряженная осанка была невероятно прямой, а плечи воинственно расправлены. Казалось, он был невероятно горд собой, точно волк, одолевший тигра в неравном бою. Лишь, пожалуй, Зан, оставался привычно невозмутимым, однако даже в его глазах появился странный блеск. Все мы темп или иным образом поменялись, словно узнали некий секрет, перевернувший наш мир с ног на голову.

— Эй! Ник! — донесся голос с задних рядов. — Давай к нам!

Я бросила украдкой взгляд назад, заметив светловолосого парня с лисьими чертами лица, в которых так и чувствовались хулиганское озорство с надменностью и хитростью.

— Отвали, Лайл, — бросил ему не оборачиваясь, Ник, который сидел на ступеньках подле меня.

Он без раздумий занял это место, когда я опустилась рядом с Мирай, слева от которой сидели еще две девушки с другого курса. Все мы — первый курс прибыли одними из первых, поэтому постарались рассесться по своим местам, а так как два места на нашем ряду пустовали — здесь сидели Несс и Сенжи — Мирай предпочла подвинуться ближе ко мне и уступить свободные места другим ученикам.

— Опять отбиваешься от коллектива? — не отставал от Ника парень с лисьей физиономией. — А, Ник?

— Я лишен стадного инстинкта, поэтому повторяю в последний раз, — все-таки обернулся он. — Отвали.

Лицо Лайла на мгновение неприглядно исказилось, и он хотел сказать что-то еще, но тут его хлопнул по широкому плечу сидящий рядом брюнет и нарочито громко произнес:

— Действительно, Лайл, отвали ты от него. Видишь же, наш волк одиночка сторожит девушку, — и усмехнулся.

Лайл тоже рассмеялся, но тут вдруг спохватился:

— Кстати, а ни эта ли случайно первокурсница была с Ником, когда пегас Холлера оприходовал всех кобыл в конюшне?

Вздрогнув, я в очередной раз сильнее запахнулась в пиджак и постаралась больше не смотреть по сторонам, чувствуя, как после упоминания Холлера и инцидента с пегасом в меня впилось несколько взглядов.

— Да ну, вряд ли это она, — уже вполголоса зашушукались ребята, отчего получалось улавливать лишь обрывки разговора:

— Она-она! Точно вам говорю, я часто видел их вместе…

— С виду такая мелкая…

— И слабенькая…

— А бросилась пегасу под копыта…

— Чокнутая, что ли?

«Я спасала Котю!» — мысленно возразила я и закусила губу, стараясь абстрагироваться от разговоров, но они так и лезли в мои уши. Наверное, потому что в кабинете стало заметно тише.

Скорее бы декан пришел. А то что-то он задерживается.

— Холлер теперь в ярости.

— До конца года будет ее кошмарить…

— То-то Волчонок от нее не отходит.

— Сторожит!

Опять раздались смешки, отчего мне захотелось сползти под стол и от всех скрыться.

— И что он в ней нашел? — фыркнула девушка.

— Ревнуешь Волчонка? — хмыкнул Лайл.

— Да пошел ты!

— Или переживаешь, что из-за нее его Холлер отделает?

— Еще слово и я…

— Кстати, а где Холлер? — прервал угрозы девушки брюнет.

— Скорее всего, не придет.

— Думаешь, все еще раны зализывает?

— Ага, душевные! — рассмеялся Лайл и вдруг резко замолчал.

Дверь в кабинет резко распахнулась, и через порог шагнул Холлер.

Его голова была перевязана, а левую руку придерживали бинты, да и вообще он выглядел помятым — видать, сильно ему досталось от пегаса. Холлер остановился, когда все присутствующие резко замолчали, и, неспешно оглядевшись, остановил свой взор на месте, где сидели я и Ник.

— А вот и он, — тихо произнесла собеседница Лайла.

Стоило стихнуть ее шепоту, как повисла гнетущая тишина, которую вскоре разорвали тяжелые шаги приближающегося к нам Холлера. Сердце у меня в груди дрогнуло, и я посмотрела на Ника, который казался безразличным. Он не поднял своего взора, даже когда Холлер остановился ступенькой ниже.

Удостоив Ника