Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль

И взгляд господина ректора немедленно возвращается ко мне. Он отпускает Эдварда и полностью разворачивается ко мне, нависая.

Я ощущаю на себе всю тяжесть его сдерживаемой ярости. Взгляд напротив медленно темнеет, обжигает такой лютой ненавистью, что я вдохнуть не могу. Воздух вокруг становится тяжелым, колючим, обжигающим от его эмоций. Я вжимаю голову в плечи, пока он полосует меня яростным взглядом, вбирая в себя каждую черту моего лица. И везде, где касается меня взглядом словно остаются рванные раны.

Он ненавидит меня. Ненавидит. А я его даже не знаю.

Каждая клеточка моего тела горит. Зрачки напротив медленно вертикально вытягиваются, а черты красивого мужского лица вытягиваются. Так близко я ещё никогда не чувствовала ни одного дракона, а этот сейчас смотрит на меня с таким высокомерным презрением, что по спине пробегают колючие мурашки.

— Она всё ещё жива — бросает он сквозь зубы и трясёт головой. Зрачки снова приходят в норму, а сам он делает глубокий вдох, выпрямляется и проводит рукой по угольно-черным волосам. — Хорошо — добавляет и от стали в его голосе у меня немеют руки. Если какое-то время назад я была уверена, что найду спасение в этой академии, то сейчас эта крохотная надежда в прах рассыпалась от одного только вида господина ректора. — Тогда следуйте за мной. — произносит и кивает в сторону.

Я неуклюже поднимаюсь с деревянной лавочки, спина отзывается болью, но я стискиваю зубы и поправляю рубашку. Семеню за моим внезапным спасителем, пока Эдвар медленно встает и бросает острые взгляды в спину господина грозного ректора.

Мы останавливаемся у массивной двери из темного дерева. И господин ректор, к моему удивлению, входит первым, заставляя меня спешно проскальзывать мимо тяжелой двери вслед за ним.

Вероятно, в этом мире никто ничего не слышал о хороших манерах. Впрочем, с чего бы ему быть со мной обходительным если он до красных глаз ненавидит меня и, судя по всему, моего отца Грегори Рэйджа.

Моё сердце пропускает удар, когда я оказываюсь в большом зале. Застываю.

Осознание моих перспектив больно бьёт в грудь и ощущается не хуже, чем физические наказания от Эдварда.

Мои дела очень-очень плохи.

Даже не знаю, что придётся сделать, чтобы убедить их оставить меня в этих стенах.

Кроме тех, кто, очевидно, будет проводить собеседование на место молодого преподавателя зельеварения, здесь ещё три хорошо одетые, жутко уверенные в себе, хоть и немного взволнованные девушки.

И, судя по тому, как они осматривают меня, будто я грязь на их дорогих сапожках, — чистокровные драконицы.

— Займите своё место — небрежно указывает мне господин ректор — И мы начнем отбор.

Глава 2

В большой круглой комнате пахнет бумагой и воском, царит полумрак, который разбавляет мягкий свет свечей. Их пламя скачет и потрескивает от скопившегося напряжения в воздухе.

Подхожу туда, где уже сидят другие претендентки, и неожиданно, они двигаются так, чтобы уступить мне место прямо посередине. Острые, надменные взгляды впиваются в меня, когда я усаживаюсь на свободное место и слышу тяжёлые вздохи.

Это та самая полукровка

Доносятся до меня шепотки, и должна сказать, что это самое безобидное, потому что дальше они проходятся по моей внешности и их смешки словно царапают мне плечи и без того раненую спину.

— Если все собрались, то мы, пожалуй, начнём — привлекает наше внимание господин ректор. Обходит стол и усаживается напротив. За столом уже сидят трое мужчин с длинными темными волосами, собранными в тугой хвост на затылке, которые с интересом осматривают меня и моих коллег.

— Для начала я хочу поблагодарить каждую из вас — снова говорит господин ректор и кладёт руки на стол — за то, что вы не испугались и откликнулись на наш зов. У нас впереди непростое время, но уверен, сообща мы сможем все преодолеть. Академия нуждается в преподавателе зельеварения. Каждая из вас, должно быть, талантлива, но отбор пройдёт только одна. Мне нужна лучшая. Я хочу видеть рядом со мной и моими студентами ту, которая владеет знаниями и не боится трудностей. Для тех, кто не знает меня, — ректор переводит на меня взгляд — Я Анвар Фейт. Хочу предупредить сразу, что временами будет очень сложно и даже опасно, но вы можете мне доверять, я в состоянии защитить не только своих студентов, но и тех, кто вызвался со мной работать. — заканчивает он, и на какое-то время в комнате воцаряется тишина, а затем он смотрит на нас.

Мажет по мне равнодушно и останавливает взгляд на сидящей рядом девушки с блестящими волосами цвета молочного шоколада.

— Прошу, подойдите к нам — обращается он к ней, и она грациозно поднимается, покачивая бедрами, медленно подходит к столу и изящным жестом откидывает волосы с плеч.

Невероятно красивая, грациозная. В каждом ещё движении и вдохе сила, звериная грация и уверенность в себе. Должно быть она драконица.

За то недолгое время, что я пребываю в этом магическом мире я уже успела заметить разницу между такими как она и такими как я.

Пустыми.

Во мне нет внутреннего зверя, зато есть огромная сила, о которой я ничего не знаю. И ещё ни разу за то время, что пребываю в поместье рода Рэйдж я не почувствовала магию и не смогла её воспользоваться, чтобы хоть как-то облегчить свою боль, после наказаний Эдварда.

Что за беда накрыла империю мне неизвестно. Никто не собирается посвящать меня в такие подробности. Впрочем, мне также не известно зачем меня вызвали в академию и чем я могу помочь студентам. Главное здесь, что Анна в чьем теле я оказалась действительно изучала зельеварение и сейчас я могу получить шанс вырваться из лап Эдварда.

Я не слышу, о чем говорит ректор, собравшиеся рядом с ним и это красивая драконица, лишь наблюдаю за её действиями, пытаясь подготовиться.

Сердце колотится, а в голове словно не осталось ни одной связной мысли. Внутри вспыхивает паника. Мои воспоминания сплелись с воспоминаниями Анны и бурным потоком накрыли. В какой-то момент у меня так сильно сдавливает грудь, что перехватывает дыхание ведь, мне кажется, будто я совсем ничего не помню о зельеварении. Даже те знания, что я перебирала в голове по дороге сюда, теперь кажутся обрывочными, путанными. Моё