Брошенная сиротка для Генерала Дракона - Маргарита Абрамова

самая прилежная, нимфа, истинная леди, поговаривали, что ее мать аристократка, и чтобы скрыть порочную связь с мужчиной более низкого происхождения, позаботилась таким образом о дочери. Не мне судить, я о своих родителях совершенно ничего не знала.

— Гвинет Кероу…

— Виолет Синтериа…

— Анетт Пирсен…

Я замерла, названы четыре имени, оставалось последнее место…

— Не волнуйся, это точно ты…

— Элен Бах, — удар под дых.

Ладони заледенели, голова закружилась, Элен бросила в мою сторону победный взгляд превосходства. Приложила столько усилий, чтобы не выглядеть жалкой… Назло ей держала спину прямо и продолжала дышать, слезы удавалось сдержать с трудом.

— Но как же… — раздалось сбоку.

— Не нужно, Молли, — дернула подругу за платье.

— Неужели вы думали, дорогая моя, услышать свое имя? — заметила мое состояние Фрук.

Все засмеялись вслед за учителем, лишь мне было не до смеха, нужно поскорее на свежий воздух. Не ожидала такого поворота… Столько сил… Все зря.

— Эльза, подойди ко мне, — только не это, не могла здесь больше находиться.

Зачем она так?!

Глава 2

Эльза

Не услышать свое имя среди имен, было больно и сильно било по самооценке. Элен Бах заняла мое место! Это нечестно и несправедливо! Но понимала как бесполезно пытаться что-то доказать и вытребовать свое место.

Натянула маску учтивости и доброжелательности, дождалась, пока девочки покинут класс, подошла к миссис Фрук.

— Знаю, что ты рассчитывала услышать свое имя, — поджала губы, свысока смотря на меня.

Промолчала, что тут скажешь. Начнешь перечить и получишь наказание, только этого мне не хватало, и так чувствую себя раздавленной и обманутой.

— Твои успехи по некоторым предметам натянуты, учителя ставили высокий балл лишь за твою трудоспособность. Ты должна быть благодарной.

— Я благодарна, миссис Фрук.

— И ты слишком горда… ты так и не усмирила свою гордыню. Даже сейчас вижу тебя насквозь, Эльза. Ты не чтишь один из главных законов Божих.

— Простите миссис Фрук, но я не могу согласиться.

— И сейчас оговариваешься, вместо того чтобы принять истину.

Как я и говорила, любые попытки что-то доказать будут обращены против тебя, иногда и правда лучше промолчать, а не усложнять свою жизнь. Спорить с куратором вверх безрассудства для ученицы, сразу попадешь в немилость.

— Простите, миссис Фрук, — склонила голову, — Я могу быть свободной?

Женщина тяжело вздохнула, будто я ей доставила неудовольствие. Даже не видя ее, представляла ее лицо в мельчайших деталях: чуть надутые щеки, карий взгляд исподлобья, и пухлые губы, сжатые в тонкую полоску.

— Прочти сегодня Книгу Божию, дитя.

— Да, мадам, — поклонилась и вышла из помещения.

Как не старался Приют угнаться за новыми веяньями общества, вводил современные дисциплины, но по-настоящему все не так цветуще.

Девушка, как и в старые времена, должна помнить о своем главном предназначении — быть верной женой и заботливой матерью. Думать об остальном — глупости, семью должен обеспечивать мужчина. А во мне все противилось почему-то. Может, глупо… Но представляла, что полностью зависима и не могу ни на что влиять, как хотелось хоть самой достигнуть чего-то. Быть не приложением к мужчине…

Оставшиеся уроки прошли как в тумане. Я прибывала на них, но головой была где-то далеко в своих раздумьях.

То и дело ото всех сторон разносились обсуждения предстоящего бала, который меня теперь совсем не радовал.

Молли молчала, понимая как мне тяжело. Она было хотела, что-то сказать, но я попросила тишины. Чтобы она сейчас не сказала — не исправит ситуацию.

— Все не так плохо, — только в нашей комнате она вновь вернулась к этой теме, — Ты лучшая в арифметике, и в домоводстве, да тебя любой дом возьмёт в экономки, и не нужны тебе эти попечители. Посмотри на меня, я же не переживаю!

— Переживаешь.

Подруга скисла, думает, я не слышу как она плачет ночами, как ей тяжело и страшно.

Она присела ко мне на кровать и крепко обняла, я, наконец, позволила себе расплакаться. Молли ревела вместе со мной.

Я всегда знала, что мир несправедлив. Каждая девочка, оказавшись в этом месте и лишившись всего, это знает… Но я так долго была сильной, что сегодня позволила себе просто быть слабой.

Утром Молли снова пристала, хотя мне хотелось просто лежать и ничего не делать.

— Ты же собиралась в город за платьем?

Сегодня я до сих пор находилась в кровати, кутаясь в теплое одеяло. Впервые за долгое время меня пробирал озноб и першило в горле.

— Ты не заболела? — подруга подошла, присаживаясь рядом и протягивая ладонь ко лбу, проверяя на жар.

— Все в порядке, просто нет настроения. Я не хочу идти на бал.

— Ты же несерьезно? Тогда и я не пойду, — надула губы, забавно делая их бантиком, ну малышка в самом деле.

— Молли, ну не начинай.

— Ты моя единственная подруга здесь. Это наш праздник. Мы его заслужили. Ты должна быть самой красивой!

Улыбнулась, ну вот как ей отказать, ведь по факту она права.

Но лучше бы я осталась в приюте, экипаж увели под носом и пришлось долго ждать следующий. Так еще и обрызгали платье, что не добавляло настроения.

А после чуть не украли сбережения. Все, что я копила больше года. Засмотрелась на уличную выставку, любуясь экспонатами, как поняла, что что-то происходит. Больше сработала интуиция, я заозиралась по сторонам. Парень, чуть согнувшись пробирался по рядам, я проверила карманы — кошелька не было.

Бросилась в его сторону, догоняя вора. Он не ожидал от меня прыти и поздно подхватился убегать.

Разогналась, резко повернувшись сбила с ног человека, падая на него сверху.

Мужчина скривился, отчего его лицо в небольших шрамах исказилось и стало неприятным, отталкивающим.

— Слезь с меня, нищенка, — грубо оттолкнул меня.

Меня так задело его обращение, хотела извиниться, все объяснить, но его поведение заставило сжать губы и фыркнуть.

— Грубиян!

— Это я-то? Вообще-то, это вы меня сбили и еще хамите, что взять с бродяжки.

— Я не… — заляпанное платье, растрепанные волосы и запыхавшаяся действительно выглядела не лучшим образом, могу понять почему он так решил, но…

— Вы же не инвалид, могли и увернуться. Все-таки мужчина, — мог бы и поймать меня, а не валиться в грязь.

Он ничего не сказал, медленно поднялся и тут меня затопило волной стыда: мужчина хромал, у него явно были проблемы с правой конечностью. Вот же, как некрасиво получилось.

— Сэр, — окликнула вдогонку, но он не обернулся, а я не решилась следовать за ним, еще решит, что побирушка. Похоже, не одна я сегодня не в духе…

* * *

Но теперь я, похоже,