Отец моего парня - мой босс - Любовь Попова

мама чаю сделает. Брат поржет, а сестра потребует научить ее делать колесо. И все будет нормально… Да, а завтра снова начнется тотальный контроль… Нет уж, если идти, то до конца. Если возвращаться, то с победой.

Заглядываю в комнату. Да уж, разница очевидна. Там, даже в темноте было видно спартанскую обстановку, кровать, шкаф, а тут как будто комната мальчишки. Плакаты супергероев, медали, фигурки суперкаров.

— Детка, ты чего? — Гоша рубится в приставку, на меня лишь коротко смотрит.

Сказать? Не надо. Не поймет.

— Ничего, голова дико болит.

— Ну конечно, кто бы сомневался. Ложись спать, я все равно играть сел. Хочешь со мной?

— А может, в отель поедем? Все — таки тут твой отец, неудобно, — перед глазами так и стоит мужчина с широкой грудной клеткой, твердым животом и огромным… Господи! Да как я вообще могла перепутать парня и взрослого мужчину!

— Не говори ерунды. Мы живем параллельными жизнями. И извини, ты не первая кто у меня ночует. Но это было давно, — оправдывается он.

— Переживу, — заламываю руки. Может я не первая кто путает комнату? — И как он к твоим девушкам?

— Ну, ты вторая. Да, никак. Он в мою жизнь не вмешивается. Может тебе воды принести?

— Да, и таблетку.

Лучше, которая заставляет потерять память. Никогда больше не буду пить! Не стоило и начинать. Черти и ангелы так и бегают, хаотично сталкиваясь, паника никак не отпускает.

— Ща.

Он уходит, а я остаюсь одна, сажусь на край кровати. Ничего страшного. Если он спросит, скажу, что сразу пошла сюда, а ему все приснилось.

Боже! Это гениально. Скажу, что не понимаю, о чем он говорит.

— Держи, — Гошка дает мне напиться, потом садится играть дальше, а я снимаю платье и ложусь спать в одном белье. Закрываю глаза почти сразу. И не успевают мне ангелы с чертями спеть колыбельную, как глаза сами распахиваются, потому что рядом с ухом кто — то стонет.

Что?

Поворачиваю голову, Гоша спит. Зато на экране его ноутбука парень активно сует свой отросток в рот больше грудой девушке. Господи, Гош. Да, я знаю, что он мастурбирует, ведь до секса у нас никак не дойдет. Но не так же явно, когда я блин, сплю рядом.

Перелезаю через Гошу, иду к ноуту и застываю, невольно смотря, как глубоко входит в горло член. Как она жива то остается.

Картинка меняется, стоны громче. Теперь она сверху, а его руки четко на ее бедрах, натягивают на себя ее дырку, как будто проткнуть пытается. А она делает вид, что ей очень нравится. Ну, точно делает вид, потому что нравиться такое точно не может.

— Я знал, что ты тоже извращенка, — слышу голос Гоши сзади, потом чувствую его утреннее возбуждение. Паника затмевает глаза, ангелы качают головами, а черти стучат хвостами, чтобы, наконец, попробовала то, о чем только слышала.

— Я встала выключить. И не тыкай в меня своей сосиской. Ты еще даже душ не принимал.

— Пойдем вместе, — шепчет он мне в ухо, смокчет мочку уха. Морщу носик, пытаясь найти в себе то, что отзовется на эту ласку.

Мне хорошо с Гошей. Он веселый, верный, умный. Над его шутками я смеюсь, с ним мне спокойно и приятно. И он очень симпатичный. Мы дружим давно, еще со спортивной школы, где он занимался большим теннисом, а я фехтованием. И все у нас отлично, мы никогда не ссоримся даже. Но почему — то я оттягиваю момент истины. То, что рано или поздно случается у каждой пары. Притом, что целоваться мне с ним нравится, но как только он пытается тронуть мою грудь или трусики меня накрывает или смех, потому что щекотно или раздражение, потому что не вовремя. Вот и сейчас. Утро, ну кто занимается сексом по утрам, организм еще даже не проснулся. Плюс зубы не чищены, в туалет снова хочется.

— Гош, не надо…

— Надо, Маш, надо… Давно пора, сама же говорила, — обнимает он меня со спины, трогает животик, лезет под линию трусиков, вызывая стойкое ощущение стыда.

Нас прерывает стук в дверь, который заставляет меня всю сжаться и замереть.

— Гош…

— Гоша! — слышу уже знакомый мужской голос. — Выйди, поговорим.

— Бля… — отходит Гоша, а я чувствую, как проваливаюсь под землю, а ангелы с чертями держаться тонкими пальчиками за отвесные скалы.

Он точно ему скажет. Вот прямо сейчас скажет, что я ночью его почти изнасиловала.

Глава 3

— Ну что, пойдем с папой знакомиться.

С папой. Господи. Из меня рвется неконтролируемый смешок.

Мне кажется, вот именно сейчас, я точно провалюсь со стыда, и папа Гоши все поймет.

— Нет, знаешь, я выгляжу отвратительно. Посмотрит на меня и подумает, что замарашка какая — то. Лучше давай я на работу пойду.

Буквально вчера Гоша устроил меня секретарем к секретарю своего дяди. Это временно, пока лето и учебы нет. Учебы, с которой я мечтаю уйти. Потому что я, ну вот совершенно не юрист. А папа почему — то решил, что, будучи юристом, я буду под надежной защитой от всякого рода извращенцев.

— На работу? Сейчас?

— Да. Зарекомендую себя как человек, который не опаздывает, только приму душ.

— Ладно. Хотя тебе не мешает кофе, пить меньше надо, алкашка, — он крутит у виска, а я замахиваюсь, чтобы его пнуть. Он смеется и отпрыгивает к двери.

— И знаешь, чтобы тебе не сказал твой папа, помни, что я очень тебя люблю.

— А чего он может сказать? — тело как натянутая струна, вот-вот порвется. Если он спросит, я скажу. Я просто не смогу ему соврать. — Что ты мне не подходишь? Так это чушь.

— Именно это, — целую Гошу и ухожу в душ. Радует, конечно, что тут есть фен, но вот набор косметики не радует.

Дома у меня были всякие баночки, скляночки, чтобы мои волосы были всегда шелковистыми и блестящими, а кожа сияла.

А теперь мне придется мыться гелем девять в одном.

Девять?

Наверное, для унитазов он подходит тоже, как сода, которую можно добавлять везде.

Но альтернатива хозяйственное мыло, и я, задержав дыхание, наношу эту смесь себе на волосы.

После сушки понимаю, что не то совсем, но вроде ничего.

Выхожу из ванной, а в комнате уже никого нет.

— Гош?

Поджимаю губы. Не хочу идти налево. Ну, в смысле туда, где комната отца Гошу и кухня. Подхожу к кровати и вдруг мой телефон начинает светиться. Сообщение от Гоши. Серьезно?

«Уехал отвозить договор в область, вернусь вечером. Хорошего