Белая Леди - Мария Новей

свет я могла только омегой. Не сказать, что мы особо скрываем свои сущности. Все наши друзья и хорошие знакомые в курсе наших «особенностей». Но и не распространяемся об этом направо и налево. Все-таки в городе полно беглых преступников, среди которых вполне могут оказаться космические пираты. А всем известно, что многие из них промышляют работорговлей, и омеги из-за своего высокого либидо и большой продолжительности жизни являются для них самым ценным товаром.

Я засмотрелась под ноги и не заметила, как дорогу мне преградила чья-то высокая фигура. Резко затормозив и вскинув голову, я узрела перед собой крайне довольную физиономию своего учителя, по совместительству работающего деканом нашего физикотехнического факультета.

– Попалась! – прочитала я по губам, которые тут же расплылись в кривой улыбке.

Черт! Что за день такой?! Не везет, так не везет.

Декан говорил что-то еще, но я пропустила его пламенную речь, пока отключала музыку на браслете.

– …тебя здесь найти! Спасибо продавцу крючков, он часто видит, как ты проходишь мимо его ларька…

– Добрый день, Ронш, – перебила я мужчину, – Вы по какому вопросу меня разыскивали?

Опешив от моей наглости, Ронш пораженно застыл с приоткрытым ртом, но спустя несколько секунд пришел в себя и гневно воскликнул:

– И ты еще спрашиваешь?! Учебный год подходит к концу, но ты не соизволила появиться ни на одном занятии ни по одному предмету!

– Неправда! – искренне возмутилась я, чувствуя, как по моей спине побежал ручеек, – Я посетила все предметы до единого! И хочу заметить, что каждый из них я сдала на высший балл!

– Это экзамены! А я говорю про посещение лекций! – лицо декана становилось все краснее, что говорило о его едва сдерживаемом гневе, – Как студентка ты обязана посещать каждую из них! Если бы не твои родители, которых я очень уважаю, то давно бы отчислил тебя за прогулы!

– Если бы Вы уважали моих родителей, – негромко, но отчетливо произнесла я, – То не стали бы лапать мою задницу прямо на вступительной церемонии!

Произнеся это, я обошла окончательно побагровевшего декана и быстрым шагом поспешила вдоль по улице.

– А ну стой! – раздался за спиной гневный окрик униженного Ронша, – Элара!

Не оборачиваясь, я сорвалась на бег и, пробежав несколько метров, резко свернула в узкий переулок.

Не догонишь, толстожопый извращенец!

Быстро пробежав между домами, я метнулась к ближайшему мусорному боксу и затаилась.

– Элара!

Вот же приставучий гад! А ведь у него такая красавица жена и двое малолетних сыновей! Но он все равно маниакально продолжает преследовать меня, рассчитывая на ответные чувства. Хотя… в чем его винить? В том, что он попал под воздействие моей омежьей энергии? Под воздействие моего духа… Как бы я ни старалась минимизировать контакты с окружающими меня мужчинами, как бы не сжимала свою энергию, они все равно продолжали ко мне тянуться. Это неизбежный факт. Какая бы отталкивающая внешность у меня ни была, этот Ронш всегда будет видеть во мне самую желанную женщину на свете. А внешность у меня далеко не отталкивающая…

Крики стихли, но я все равно побоялась возвращаться на главную улицу. Взглянув вглубь темного переулка, я тяжело вздохнула и нацепила на голову шапку. Придется теперь тащиться через опасные районы. И все благодаря этому идиоту! Хорошо, что сейчас день, а не вечер, шанс нарваться на хулиганье или местную банду довольно низкий.

До дома оставалось не так далеко. Резво шагая и буквально обливаясь потом, я быстро преодолела две пустынные улицы и вскоре вышла на ярко освещенную площадь местного рынка. Сейчас здесь было малолюдно, многие находились на работе или на учебе, поэтому я бегом пересекла свободное пространство и уже через десять минут подходила к своему дому.

Родителей я почувствовала еще издалека, когда до дома оставалось метров пятьдесят, а вот свою младшую сестренку я совсем не ощущала.

– Хм, – произнесла я вслух, заходя в дом, когда автоматическая дверь при моем приближении отъехала в сторону, – Неужели еще не вернулась из школы?..

Ответом на мой вопрос стал оглушительный писклявый рык, который извергла мелкая омежка, затаившаяся в стеновом отделении для обуви.

– Ой! – наигранно испугалась я, хватаясь за сердце и наблюдая, как круглое детское личико расплывается в счастливой улыбке, – Молина… ты меня так напугала!

Маленькая проказница вылезла из своего укрытия и сразу же повисла у меня на шее.

– Эля, ты чего так долго? – занудела восьмилетняя сестренка, – Я тебя уже два часа жду!

– Ты что, в школе не была? – поинтересовалась я, отцепляя ее руки и наконец-то расстегивая комбинезон.

– А у нас сегодня сокращенные уроки, – довольно ответила Молина, а потом вдруг скривилась и, зажав свой нос пальцами, прогундосила, – Фуууу… Эля, ты воняись!

– Моли, отстань от сестры! – раздался строгий крик мамы из соседней комнаты.

– Привет, мам! – крикнула я.

– С возвращением, милая! – ответила она, не отрываясь от своего занятия.

Я с трудом стащила с себя промокший насквозь комбинезон и сразу бросила его в стиральный отсек, запустив режим чистки. Потрепав рыжую макушку сестренки, продолжавшей кривиться и зажимать нос, я поторопилась в свою комнату, на ходу стаскивая с потных волос заколку.

– Я в паровой! – громко предупредила я, залезая в кабину.

Закрыв двери, я выставила режим купания на пятнадцать минут и блаженно закрыла глаза, когда горячие струи пара захлестали по измученной коже.

Через полчаса я уже сидела на своей кровати перед большим зеркалом в стене и тщательно расчесывала белоснежные волнистые пряди, которые в распущенном виде доставали мне до середины спины. Моя внешность меня вполне устраивала. Я даже казалась себе красивой. Возможно, если бы мои родители не прилетели жить на Север, где каждый третий житель – это альбинос, то я выросла бы с кучей комплексов, стесняясь себя и пытаясь скрыть свою особенность. Но я выросла здесь, где мои белые волосы и светло-голубые глаза с сиреневым оттенком, обрамленные белыми ресницами, не вызывали ни у кого удивления. Проблемы с глазами, от которых страдает большинство альбиносов, родители устранили еще в раннем детстве, полностью излечив нистагм и улучшив мое зрение на сто процентов. Но было кое-что, что все же заставляло меня чувствовать себя неполноценной…

Собрав волосы, я перекинула их вперед и внимательно посмотрела на свою спину, а точнее на место под шеей, где у любой омеги должен быть особый «рисунок» – пять круглых родинок, расположенных симметрично друг от друга в виде латинской буквы «V». Такой есть у моей мамы, и такой рисунок появится у Моли, когда она достигнет половой зрелости.

Так вот у меня его не было…

Конечно же,