Требуется ходячее бедствие - Александра Логинова

– Вы плачете? – насторожились в коридоре. – Только не это, я ненавижу женские слезы.

– Сам посуди, – я тихо всхлипнула. – Живу спокойно, бутерброды жую, а тут не пойми как в мою спальню вламывается чужой мужчина и пугает меня до чертиков.

Призрачное чувство защищенности позволило перевести дух. Плюхнувшись на бортик ванны, я принялась нервно кусать губы, размышляя, что же делать. Позвонить подругам? Они на работе, даже если отпросятся, приедут только через час. Сообщить маме? Ей станет плохо от одной мысли, что я выгоняю из дома красивого мужчину, а не тащу его под венец. Сделает выговор и прикажет маршировать замуж.

– Я считал вас профессионалом, – тихо ответили из-за двери. – Обычно попаданки с места в карьер готовы лететь в другой мир, только позови.

– Никакая я… – ладонь решительно смахнула слезы. – Понятия не имею, о чем вы говорите. Я обычный смм-специалист, по образованию журналист, могу работать удаленно на тех, кто домогается моего профессионализма. Как вы сюда попали?

– Порталом, – мужчина за дверью деловито вздохнул. – Откройте, я объясню.

Никто из доблестных правоохранителей не захотел меня спасать, поэтому, повторив прописную истину о спасении утопающих, я вышла из ванной. Человек во фраке благоразумно стоял поодаль, успокаивающе держа руки на виду, что придало мне храбрости. Мотнув головой в сторону спальни, я настороженно пошла следом, пряча за спиной лезвие.

– Кто вы?

– Франц Эшфорт, – мужчина шестым чувством уловил мой серьезный настрой. – Второй маркграф Лютериона, двоюродный племянник его величества короля Кристофа Восьмого, прозванного Милосердным.

– Хорошо, – я тупо кивнула, начиная сомневаться в собственном рассудке. – Вы зря сюда явились… сударь. Здесь нет попаданок.

– Однако, – заворчал мужчина, перечитавший фантастики. – Портал не мог ошибиться. Винсент лично вбивал координаты, по звездам высчитывая местоположение наиболее неугомонной, бедовой, а значит толковой попаданки.

– Он ошибся.

Франц одарил меня досадливым взглядом, поджав губы с маленьким шрамом в уголке. Маниакальный блеск бирюзовых глаз заставил мою интуицию взвыть белугой, вопя на ультразвуке. Я потянулась к сумочке, которую разгильдяйно бросила на кресле, вспомнив о перцовом баллончике.

– Сами ему об этом скажете, – бросил сумасшедший, сжав кулак в кармане брюк.

Огненная красная вспышка ослепила глаза, и я стремительно полетела куда-то в пропасть, ощущая стальные пальцы на своем запястье.

Глава 1

– Отпустите труженицу слова! Я на вас жалобу в райком накатаю!

– Я вне юрисдикции вашей небесной канцелярии! – рявкнул нахал.

Красный свет, который я с испуга приняла за пламя, безвредно облизал мои тапки, оставив их в спальне. Сопротивление воздуха, шелком скользящего по коже, кончилось быстро, и я рывком выдернула руку из захвата.

Вместо квартиры меня окружали книги, убегающие бессчетными рядами вглубь большой залы. Старые фолианты теснились в шкафах из черного дерева, будучи регулярно востребованными, – характерные полоски пыли бороздили полки. Пыль клубилась у ног, потревоженная нашим бестактным появлением, и Франц закашлялся, разгоняя грязные облака.

Я судорожно сжала сумочку, раздумывая, поздно ли доставать баллончик. Этот маркграф с сомнительным ментальным здоровьем умудрился перенести меня в чужое помещение за считанные секунды. Наверное, так же он попал и в мою спальню, игнорируя вход.

– Немедленно верните меня домой!

– О Тьма, – прошипел мужчина. – Вы же простолюдинка, мисс Фрол, хватит капризничать.

Внезапно темнота в углу шевельнулась. Кто-то сидел в высоком кресле, не спеша выходить на свет, и наблюдал за происходящим.

– Ты должен проявить больше уважения к гостье, – прозвучал рассудительный мужской голос.

«Капризничать», вы только подумайте. Будто я – маленькая девочка, истерично требующая новое платье, а не украденная из дома девушка двадцати шести лет. Симпатичная морда Франца не спасала его от моего праведного артиллерийского гнева. Возмездие само попало мне под руку.

– Прекратите бросаться предметами! Что за дурная привычка? Невоспитанная попаданка, никакого профессионализма.

Когда мимо его лица просвистела вторая книга, маркграф разозлено хлопнул в ладоши. По его команде в библиотеке резко стало тесно: внутрь забежали три высокие женщины в длинных темных платьях, взяв меня в полукруг. Самая старшая – дама с легкой сединой, пигментными пятнами и жестким взглядом – положила ладонь на мое плечо, сжав его до искр из глаз, и молча поглядела на психа в ожидании приказа. Я завертела головой, испытывая легкую панику.

– Проводите мисс попаданку в приготовленную комнату, – Франц устало помассировал переносицу. – Сообщите Элианне, что я жду ее в кабинете.

До самой комнаты я честно пиналась, лягалась, вырывалась из захвата услужливых девок. Во-первых, тапочки потерялись в красном пламени, и холодный каменный пол морозил пятки. Во-вторых, прислуга в форменных платьях – сообщники похитителя, заслуживающие издевок и оплеух. Хоровод черных платьев мелькал вокруг, заслоняя обзор и прикрывая от ощутимого сквозняка.

Силы оказались неравны. Пыхтящие секьюрити – как на подбор высокие и широкоплечие – без труда затолкали меня в темное помещение с узким окном, захлопнув дверь. От пережитого стресса руки начали трястись, гоняя предательскую дрожь по телу. Где бы я ни оказалась, тонкая шелковая пижама абсолютно не спасала от холода. Пришлось быстро оглядываться в поисках утепления.

– Натравлю на них Тамару Вениаминовну, – найденный на кровати зеленый плед обвил мое замерзшее тело. – Сами будут сидеть в тесной комнате с маленьким зарешеченным окошком.

Бессменная Тамара Вениаминовна работала юристом в компании, из которой я уволилась по собственному желанию. Именно она втолковывала мне это желание, уговаривая сберечь репутацию и не быть уволенной по статье. Я механически выводила строчки заявления, пока Тамара Вениаминовна тяжело вздыхала, пряча глаза и подсовывая конфеты, как маленькому ребенку. Помнится, тогда у меня болела голова и закипали слезы, прямо как сейчас.

– Всплакнуть или сразу в окно? – я издалека оценила высоту, глянув в прозрачное стекло. – Едрена пилорама, здесь апрель!

Крупные почки с едва заметными зелеными вкраплениями зрели на тонкой веточке неопознанного дерева, растущего прямо под окном. Из земли пробивалась сочная зеленая трава, соседствуя с остатками грязного снега и глубокими лужами, в которых отражались облака и солнце, уже ушедшее из зенита. Опершись руками на подоконник, я прижалась носом к стеклу, стараясь разглядеть как можно больше пейзажа.

Слева гордо высилась башня высотой с китайскую многоэтажку. Коричневый камень, увитый колючим плющом, был покрыт мокрыми пятнами и завершался обыкновенной черепичной крышей. Если в