Верни мне дочь - Кэтрин Вайс

class="p1">До первого этажа добираюсь, как мне кажется, довольно быстро. Живём мы на третьем, так что даже головокружение не мешает мне двигаться уверенно. Ради названной дочери я и не на такое готова.

Оказавшись на улице, оцениваю ситуацию и о ужас вижу лишь задние фонари двух отъезжающих крутых внедорожников. В нашем скромном дворе они смотрятся как огромные фуры среди игрушечных машинок, и понять, что именно там моя Милаша не составляет труда.

— Эй, стойте! — пытаюсь кричать, но бездушные железки не реагируют, продолжая ехать и увозить малышку всё дальше.

Меня накрывает паника. Что делать?

— Думай, Сола, думай! — произношу вслух, а руки уже сами выуживают телефон из кармана.

Если совершается похищение, куда звонить? Правильно. В полицию.

Трясущимися руками набираю заветные цифры и жду.

Гудок. Второй.

— Дежурная часть. Что у вас случилось? — отвечает мне мужской, как будто немного уставший голос.

— Здравствуйте. У меня украли дочь! Помогите! — практически кричу в трубку.

— Подождите-подождите. Давайте по порядку. Для начала успокойтесь и представьтесь, — дежурный, видимо, действует по протоколу.

Я вроде бы всё понимаю, но от этого не легче.

— Вишневская Ассоль Сергеевна.

— Прекрасно, теперь расскажите поподробнее, что произошло.

— Мы были дома. Раздался звонок в дверь. Сказали посылку передать. Я открыла. Там трое амбалов. Один говорит я отец ребёнка, и я его забираю. И реально забрал. Просто схватил и унёс. Помогите, пожалуйста. Я просто сойду с ума без малышки. А и он представился Бариновым Андреем Кирилловичем, — короткими предложениями тараторю о случившемся.

— Тише-тише, не спешите, — говорит дежурный, и я начинаю злиться. В данной ситуации надо торопиться, а мы, тут, видите ли, поболтать решили.

— Вы сказали он отец? Законный?

— Ну он так сказал. Но я не знаю, так ли это.

— А вы кем приходитесь девочке?

Блин. Плохой вопрос, но делать нечего придётся отвечать.

— Я опекун. Милаша дочь моей родной сестры, которая погибла в авиакатастрофе. Чтобы не отдавать племянницу в детский дом, опеку взяла я.

— Если ребёнка забрал родной отец, а вы лишь опекун, то мы, к сожалению, бессильны, — произносит голос в трубке и у меня внутри всё обрушается.

— Как бессильны? Он ведь даже в свидетельство о рождении не вписан. Он, по сути, никто.

— Девушка, буду с вами откровенен. Если девочку забрал Баринов, то любые потуги бесполезны. У него грамотные юристы. Скорее всего, уже и свидетельство есть, и вы, прости господи, не опекун. Это Баринов. Такие вопросы он быстро решает. Так что просто забудьте и живите дальше. Всего доброго, — на том конце провода наступает тишина, а в ушах появляется белый шум.

Не верю, что правоохранительные органы отнеслись наплевательски к моей проблеме.

Неужели этот амбал настолько влиятельный?

Глава 2

Так как на улице прохладно, а я не взяла ничего, что можно было бы надеть, приходится возвращаться в квартиру.

— Сола, милая, что всё-таки произошло? — на лестничной клетке меня дожидается соседка. — И где Милаша?

— Обманули меня, Людмила Павловна, обманули как малолетку, — тяжело вздыхаю.

У меня состояние среднее между истерикой и отчаянием. Не позволяю себе впасть ни в одно из них, потому что это делу не поможет.

— Как? — хватается за сердце пенсионерка.

Блин, зря я ей сказала. Не хватало ещё скорую сейчас вызывать, чтобы откачивали.

— Эм... Сказали, подождут, а сами уехали без меня, — на ходу придумываю какую-то чушь.

— Тьфу ты, — расслабляется женщина. — Я уж подумала... Даже стала вспоминать, где у меня записан номер дежурной части.

— Вы извините, мне пора, — быстро отмахиваюсь от соседки и скрываюсь за дверью квартиры.

Пенсионерка, сама того не понимая, подкинула идею.

У Арины был личный дневник. Может быть, в нём есть записи о Баринове?

Спешу сначала на кухню за табуретом, а затем в спальню к шкафу.

Коробка с личными вещами сестры убрана на верхнюю полку.

Приходится постараться, чтобы её достать, но я справляюсь.

Перед тем как открыть свою добычу, немного тушуюсь, ведь с тех пор, как я убрала её на верхнюю полку, прошло уже два месяца. Первые пару недель я чуть ли не каждый день рассматривала и прижимала к груди вещи Арины, а потом... перестала. Хотелось бы перестать грустить, но я просто перестала мучить себя и полностью отдалась воспитанию Милаши. Да, мне тяжело далась гибель старшей сестры, и вот теперь по причине по имени Андрей Кириллович мне снова приходится возвращаться в прошлое...

— Так, Милаша неизвестно где! Не время жалеть себя!

Отгоняю все мысли и открываю коробку.

— Где он? — быстро перебираю содержимое и, наконец, нахожу тетрадь в кожаном переплёте.

Привычными движениями листаю страницу за страницей от начала до самого конца, а затем ещё раз только в обратном порядке.

— Да я же даже не знаю, что ищу!

За те две недели, я практически до дыр изучила каждую страницу, и ничего хотя бы отдалённо похожего на моего вечернего курьера не помню. Хотя...

Нахожу дату как раз за девять месяцев до рождения Милаши. Цвет ручки сестра выбрала розовый, а все поля изрисовала сердечками. Раньше я думала эта запись об отце малышки (том, которого я знала), но сейчас, перечитывая, понимаю, что, скорее всего, речь как раз таки о Баринове.

Если коротко...

Познакомились они на вечеринке общего знакомого. Арина влюбилась с первого взгляда. Он властный, хмурый, в дорогих шмотках и безумно красивый.

Как по мне, шмотки и властность — это вообще не показатель привлекательности. Хмурый здесь полностью согласна, и это тоже не располагает к людям. А красивый... Я его не разглядывала, да и поступки говорят о многом.

Подытоживая, Баринов — редкостный засранец и говнюк. Одним словом, недоидеал. Другая бы пускала слюни и была согласна на всё лишь бы такой, как Андрей Кириллович взглянул на неё, а я после пары минут общения испытываю только раздражение при мыслях о человеке по фамилии Баринов.

— Так, отвлеклась. Надо найти следующую запись.

О, вот она прямо на следующем листе.

Быстро пробежавшись глазами по розовому тексту, понимаю, что на той вечеринке моя сестра и мой заграничный курьер всё-таки переспали. Арина была на седьмом небе и два листа исписала мелким шрифтом, представляя счастливое будущее рядом с магнатом. Но зная настоящее, можно делать выводы: мечты не сбылись.

— О! — восторженно восклицаю, ведь среди сердечек на полях замечаю номер телефона с пометкой БА.

Интуиция подсказывает, что это и есть Баринов Андрей.

Не мешкая ни секунды, хватаю свой сотовый и набираю цифры.

Надеюсь, он не сменил номер.

— Алло? — раздаётся недовольным голосом. Мужчина раздражён, и это чувствуется