Бежать от злодея - Элина Амори

— Последнее? — Ройнон покачал головой. — Знахарь сказал, что должно хватить на неделю, а не два дня.

— Это уже хорошо, не делай такое лицо, дружище! — Элемиан приобнял товарища за плечи, и они прошли мимо стражников ближе к окну, где служанка, все еще не поднимая головы от пола. — Всего-то надо запереть знахаря и пусть варит свое зелье до конца моих дней.

— Звучит не очень надежно, Элем. — Ройнон сбросил его руку и строго посмотрел, отчего сделалось смешно. Забавно, когда друг, что младше на три года, строит из себя старшего брата. — Ты видел того старика? Ему завтра-послезавтра сто лет исполнится. Кстати, граф настаивает на встрече... — Ройнон замялся. — И… он не один. Привел для тебя очередную наложницу, чтобы выслужиться перед императором.

— Вот как? — Элемиан, взъерошил волосы и едко усмехнулся. — Идем, встретим "невесту".

— Может быть, хоть умоешься?

— По мне так лучше! — Элемиан вытащил из ножен меч, подцепил за ручку кувшин с вином, и подбросил на пару футов вверх. Кувшин разбился, служанка взвизгнула и закрылась руками, а вино растеклось по полу неровной лужей.

Элемиан удовлетворенно хмыкнул и бодро зашагал по освещенному редкими факелами коридору, с удовольствием представляя, как при виде его упадет в обморок очередная благородная леди.

Глава 2

Василиса встречала летний ласковый рассвет, сидя на перилах пешеходного моста через тихую широкую реку. В четыре утра не так много желающих слоняться по улицам, поэтому никто не мешал насладиться видом светлеющего неба, оживающей природы, да незаметной для нормальных людей компанией.

— Принцесса Наиша, когда ты отвяжешься уже? — дежурно вздохнула Василиса, глянув на мутную, но блестящую и спокойную гладь внизу. Рядом витал полупрозрачный силуэт черноволосой девушки в длинном струящемся платье. На самом деле Василиса была даже рада, ведь из-за бесконечного цикла работы-учебы близких подруг у нее не водилось. Вот только нормальным такое общение назвать было трудно. — Ничего, вот накоплю денег, пойду к психиатру, мне таблеточки волшебные пропишут и попрощаемся с тобой.

— Что такое психарт, а табеточки? — удивилась принцесса.

— Та-бле-то-чки… Ай, да ладно, что за странные глюки? Не знают простых слов… — пробормотала Василиса себе под нос.

— Я не «глюки», как ты любишь говорить, — гордо заявила подружка-призрак и прошлась по воздуху взад-вперед, сцепив за спиной руки

— Если ты принцесса из параллельного мира, то как мы вообще понимаем друг друга? Откуда знаешь мой язык? — язвительно отметила Василиса.

— Конечно, не знаю. — Та пожала плечами. — Это ты говоришь на одном со мной языке, только иногда вставляешь странные словечки.

— Ладно, неважно, — пожала плечами Василиса. — Раз уж мне от тебя не избавиться, расскажи еще что-нибудь о своей жизни.

Принцесса воодушевилась и начала с конных прогулок по лесной дороге в сопровождении благородных рыцарей.

Василиса слушала, болтая босыми ногами в воздухе. До воды внизу было метров десять, и гладкая поверхность казалась самым настоящим порталом в другой мир. Вот бы нырнуть туда и вынырнуть где угодно, только не здесь.

— Эх, круто тебе, — вздохнула Василиса, прервав щебетания принцессы на том, как та прокралась на псарню и выпустила гончих собак, а слуги носились по саду и ловили их. — А у меня сплошная и тухлая рутина. Последняя пересдача на носу, а моя в конец чокнутая мамаша со своим хахалем даже за квартиру заплатить не в состоянии, не говоря уже о нормальной еде или одежде. Все спускают на бухло!

— Что ты имеешь в виду? — переспросила принцесса, элегантным движением руки коснувшись подбородка и сведя тонкие изящные брови.

— Слишком много пьют вина, Наиша... — Василиса вздохнула. — Я работаю по сменам официанткой, чтобы просто держать семью на плаву. А чтобы оплатить учебу, придется впахивать почти без выходных все каникулы. — В груди загорелась решимость, Василиса выпрямилась и подняла голову, представив, как вгрызается в гранит науки и как вырывает диплом об окончании университета из рук декана. — Но я просто обязана закончить этот гребанный универ, и я закончу, чего бы мне это ни стоило!

— Фу, какие неприятные вещи ты говоришь. Тебе не обязательно все это делать, достаточно выгодно выйти замуж, — надула пухлые губы Наиша. — Отчего ты все время забываешь об этой чудесной возможности?

— Чудесная? — невесело усмехнулась Василиса, дернулась и тут же вцепилась в перила, едва не свалившись с моста. По спине пробежала волна озноба. — А потом мне всю жизнь какой-то мудак будет припоминать, что нашел меня «на помойке»? И ведь правда, сейчас я практически на помойке и сижу, так что и возразить не получится.

— Зачем, как ты говоришь, выходить за «мудака»? — мечтательно улыбнулась Наиша и проплыла по воздуху, оказавшись перед Василисой.

— И как говорить? Я не хочу закончить как мать, — буркнула она. — А ведь она такой раньше не была…

— И это значит, твой отец был хорошим человеком. — Наиша присела на корточки, чудесным образом продолжая держаться в воздухе. — И твоя матушка любила его.

— Перестань, я не хочу зависеть от этих самодовольных, наглых, занудных и тупых эгоистов. — Василису передернуло от воспоминаний, как отчим вчера в очередной раз подкатывал к ней, пока мать валялась в пьяном угаре на диване. — Да и вообще: у меня психологическая травма!

— Ладно-ладно, — рассмеялась Наиша, встала и прокрутилась на месте. Длинное платье красиво развивалось в воздухе от ее движений, точно крылья бабочки. — Тогда ты можешь использовать собственную внешность: петь, танцевать, например. За красоту люди готовы платить много денег. Я на твоем месте бы так и сделала. Из того, что я узнала о твоем мире, мужчины здесь бесхребетные и слабовольные, их запросто можно приручить…

— Нет уж! — Василиса перемахнула обратно через перила и, оказавшись босыми ногами на твердой прохладной поверхности моста, потянулась. — Мне хватает и пьяных посетителей в кафешке по вечерам.

— Какая ты глупенькая. — Наиша коснулась ее головы, и в том месте под ее пальцами ощущалось покалывание, как бывает, когда дотронулся до кого-то наэлектризованного. — А ведь твое лицо милое, фигура ладная, а волосы... Цвета спелой пшеницы, шелковистые и блестящие. Отчего ты все время прячешь их в нелепые пучки, стягиваешь