Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада - Алиса Князева

Встаю на ноги. Они держат меня уверенно, как будто никакого происшествия и тем более комы не было. Я чувствую слабость, да и комната покачивается перед глазами, но я делаю несколько шагов к массивному зеркалу в резной раме.

И застываю в шоке.

Из зеркала на меня смотрит незнакомка. Нет, это точно не я. Кожа гладкая и светится здоровьем, волосы длинные и русые, достаточно густые и блестящие, фигура… я неверяще провожу руками по своей талии, бёдрам.

Где я? Что со мной произошло?

Это какой-то слишком реалистичный сон.

Пока я осматриваюсь, из-за двери доносятся звуки. Тихий женский смех, а затем низкий мужской голос.

Секунду я размышляю над этим, затем оглядываюсь.

Так, если объяснения нет, его нужно найти. Рассмотрим факты: Я проснулась в кровати, в ночной старомодной рубашке. Можно предположить, что девушка, которой я сейчас являюсь, здесь хозяйка и имеет право спать в этой кровати.

Допустим. Не будь она хозяйкой, вряд ли она бы просто легла поспать, чтобы поменяться со мной местами.

За дверью есть люди, и мне нужно поговорить с ними, чтобы выяснить больше. Правильно?

Я осторожно подхожу к двери. Она не заперта. Повернув ручку, я осторожно выхожу в следующую комнату и вижу просторный кабинет с массивным столом, на котором…

Спиной ко мне стоит мужчина. Его штаны спущены, я вижу крепкие подтянутые бёдра, но то, что выше, к счастью, прикрывают полы расстёгнутой рубашки. На его широких плечах устроились тонкие женские ножки.

Чем занят он и обладательница ножек, угадать нетрудно. Я должна немедленно закрыть дверь, но отчего-то не могу не просто отвести взгляд, даже пошевелиться. Мужчина поворачивает голову, видимо, почувствовав моё присутствие.

Наши глаза встречаются. Его потемневшие и насмешливые, скользят по мне, не показывая ни капли удивления. Только лёгкая досада, будто я служанка, ворвавшаяся в неподходящий момент.

— Элиана, — произносит он голосом, низким и бархатным, в котором плещется усмешка. — Ты разучилась стучать? Или хочешь присоединиться?

Глава 2

— Чего? — пищу я от неожиданности и культурного шока.

— Хочешь присоединиться? — повторяет он вопрос, не обращая внимания на извивающуюся перед ним девицу, которая принимается стонать громче, пытаясь привлечь его внимание. — Или ты из тех, кому больше нравится смотреть?

Я думала, что с моей работой меня уже ничем не удивить, но этот мужик преуспел. Окинув его бёдра ещё одним оценивающим и максимально критическим взглядом, я упираю кулак в бок и стараюсь придать чужому голосу знакомые интонации:

— Было бы на что смотреть! Позови, если будет что-то действительно интересное и заслуживающее внимания.

Пафосно взмахнув волосами, я разворачиваюсь, шагаю обратно в спальню и захлопываю дверь.

Какого. Чёрта. Здесь. Творится⁈

Оборачиваюсь на дверь, за которым девица принимается голосить ещё громче. Может, всё же стоило остаться и посмотреть, что там у него между ног, что она так верещит. Скорую вызвать? Вдруг ей больно?

Да уж, Сашка, на стрессе с чувством юмора у тебя совсем беда.

И жизнь совсем ничему не учит. Один вон, уже выбил из реального мира в тельце, которое и сквозняком перевернуть может.

Что делать-то?

Прижимаюсь к двери спиной, будто это может помешать сексуальному террористу войти, если он захочет. С такими плечами он эту дверь вместе со мной и куском стены вышибет.

Сердце колотится где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках. Глубокий вдох. Ещё один. Не помогает.

Так, логика, давай-ка соберёмся и попробуем найти выход. А то этот цирк с конями надо сворачивать.

Я осматриваю комнату внимательнее: роскошная кровать с балдахином, несколько сундуков, шкаф, туалетный столик с зеркалом. Вторая дверь ведёт… в ванную? Если хоромы, которые больше, чем моя съёмная, можно так назвать. Большая медная ванна, с кошмарными львиными лапами, на которые я стараюсь не смотреть, потому что мне на сегодня хватит психотравм, какие-то флаконы, полотенца. Из выходов здесь только окно, но его я придержу напоследок, если совсем уж вариантов не останется.

— Соберись, Саша, — шепчу себе. — Думай логически.

Хотя логика и так уже работает на пределе возможностей. Если верить памяти, меня успела сбить машина на парковке бизнес-центра, а теперь я очнулась в каком-то средневековом поместье с чужим лицом и телом. Обо всём этом я пока усиленно не думаю.

Может, я в коме, и это все галлюцинации моего умирающего мозга? Или розыгрыш? Нет, слишком сложный и дорогой для розыгрыша. Да и некому эти розыгрыши устроить. Те немногие варианты ни за что не додумались бы организовать тест на стеснительность в качестве препятствия на пути к выходу.

Подхожу к шкафу и распахиваю дверцы. Внутри — платья. Много платьев, и все как из исторического фильма: корсеты, пышные юбки, богатые вышивки. Некоторые явно для особых случаев, другие попроще.

— Чокнуться можно, — я провожу рукой по тяжёлой ткани. Она настоящая. Слишком настоящая для сна или галлюцинации.

Выбираю самое простое, тёмно-синее, без излишних украшений. Никаких корсетов, только платье с завязками сбоку. Справляюсь не сразу, но всё же одеваюсь. В нижнем ящике нахожу мягкие кожаные туфли.

Снова смотрю на себя в зеркало. Девушка, которая смотрит на меня, выглядит моложе лет на пятнадцать. Мне нравится, как она, вернее я сейчас выгляжу, но страшно представить, что стало с настоящей Элианой, и не досталось ли ей моего менее привлекательного тела?

Подхожу к окну. Может, выбраться наружу? Но мы явно не на первом этаже, а внизу…

Открываю штору шире. Передо мной раскинулся лес — тёмный, густой, уходящий куда-то вдаль. Никаких признаков цивилизации. Никаких огней города, шоссе, ничего.

— Отличная идея, Саша, — бормочу себе под нос. — Сбежать в дикий лес, где ты заблудишься через пять минут. Даже с картой и компасом ты бы не выбралась, а так…

Нет, побег в лес — это верная смерть. Даже если я каким-то чудом смогу безопасно спуститься с третьего или четвёртого этажа, я ничего не знаю об этом месте. Нет, нужно действовать иначе.

Прислушиваюсь к звукам за дверью в кабинет. Тишина. Кажется, пока я возилась с платьем и обдумывала план побега, сладкая парочка закончила свои дела и куда-то удалилась.

Осторожно приоткрываю дверь. И правда, никого.

Стол, на котором разворачивалась сцена, теперь пуст, бумаги в беспорядке, разбросаны, смяты, разлетелись по полу. Мелькает идея изучить их, вдруг что-то узнаю, но мне не хочется прикасаться ни к чему в этой комнате после того, что