Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! - Алиса Квин

блестящие глаза, чистая непосредственность, их запах — вот составляющее моей жизни. Я любила каждого ребенка в своей группе, впрочем, дети платили мне взаимностью.

На прогулке мы играли на площадке и наводили порядок на веранде нашей группы.

— Давайте играть в магазин? — предложила девочка Лиля.

Кто-то из детей поддержали ее.

— Анастасия Николаевна, а можно мы поиграем в мячик? — спросил Никита.

— Конечно, играйте!

Кирюша с гордостью достал свой мячик, который он принес утром из дома. Я достала из шкафчика набор для игры в магазин для девочек, в который входила игрушечная касса, пластмассовые фрукты и овощи, и кошелек. Последний покрутила в руках, рассматривая его. Он несколько выбивался из общего контекста. Будто не из этого набора. Да и не помнила я, чтобы видела кошелек раньше. Может кто-то из детей принес? Взвесила в руке свою находку. Довольно увесистый. Что-то в ней даже звенит. Сам кошелек сделан из плотной красной замши, старомодная защелка золотистого цвета. Она легко открылась, внутри оказались монеты, стилизованные под золотые.

— Ух ты! — невольно вырвалось у меня, — Вот бы они были настоящие!

Монеты в ответ тускло сверкнули, словно подмигивая мне. Я посмотрела на играющих детей. Ближе всех ко мне стояла Сонечка, Кирюша и близнецы Ваня и Митя. Закрыла глаза и на секунду представила, что это МОИ дети, что у меня в руках кошелек, полный денег, и что деньги в этом кошелке никогда не заканчиваются, ну можно же помечтать, а здание садика — это наш большой и уютный дом. Как вдруг:

— Анастасия Николаевна, мы не можем мячик достать!

Что-то я сегодня размечталась.

— Куда вы его дели? — спросила я мальчишек.

Они показали на самый верх березы, растущей возле нашей веранды. Мячик застрял между верхними ветками. Я попыталась покачать дерево, чтобы столкнуть мяч. Не получилось.

— Мой мячик! — громко заплакал Кирюша, — Мне его папа подарил!

— Настя, что такое? — окликнула меня Валя воспитательница другой группы, которая тоже была на прогулке.

— Да вон мальчишки забросили мяч на березу, — кивнула я на верхушку, — не знаю, как достать теперь.

— Дядя Федя скоро придет, попроси его.

Дядя Феня работает у нас дворником. Хороший дядька, всегда помогает. Только я его сегодня еще не видела.

— А он сегодня на работе? — удивленно спросила я.

— Да, — заверила меня Валя, — он оставил метлу у нас на веранде, сказал, что скоро придет. Его к заве вызвали.

Я снова подняла голову и оценивающе посмотрела на застрявший мяч.

— Валя, дай-ка мне метлу!

Дети собрались под березой и переговаривались между собой, пока я подавала им не самый хороший пример, залезая на дерево. К счастью, нижние ветки находились не высоко, я без проблем забралась на них. Протянула метлу в сторону мячика. Мне не хватало буквально несколько сантиметров. Еще чуточку! Ну же! Я вытянулась в струнку. Никак. Придется встать на следующую ветку. Перехватила древко метлы поудобнее и снова вытянула руку вверх. Хорошо ведьмам! У них метла летающая. Вот такая бы легко взлетела и подтолкнула бы застрявший мячик. Вот именно в этот момент я услышала треск. Внезапно мир качнулся и перевернулся.

Наверное, я все же снова отключилась, потому что в следующий, раз открыла глаза уже в комнате. Не в моей комнате! Высокие потолки, картины на стенах, огромное панорамное окно с видом на сад, из которого лился яркий дневной свет. Меня что, в больницу привезли? Тогда это очень дорогая больница!

Я с трудом села. Голова все еще кружилась, но уже хоть драконы не мерещились, спасибо и на этом. Я сидела на широкой кровати.

— Где я? — спросила себе под нос тихо.

— Знамо где! В опочивальне! — снова этот скрипучий голос заставил вздрогнуть.

Кто это со мной разговаривает? В прошлый раз мне вообще показалось, что это метла говорит. Причудится же такое! Я повернулась на звук голоса и посмотрела в глаза, красивые такие голубые глаза… метлы, которая стояла рядом с кроватью.

— Где? — сглотнув, переспросила я, отчаянно зажмурившись в надежде, что мой глюк пройдет.

— Ты глухая? — поинтересовалась метла.

— К сожалению нет, — тихо ответила ей, все еще не решаясь снова посмотреть на инвентарь.

— И то хорошо! — вздохнула моя собеседница, — А сожалеешь о чем?

Я совсем сошла с ума, раз сижу тут в чужой постели и веду беседу с веником, да еще и пытаюсь слова подобрать, чтобы не дай бог его не обидеть. А, правда, чего я стесняюсь? Сделала глубокий вдох и набралась храбрости снова посмотреть в голубые глаза.

— Сожалею, что все еще тебя слышу! — поведала ей.

Метла обиделась.

— Ишь какая! Я тоже с тобой разговаривать не хочу! Это ты меня своими лапищами хапала, да приволокла сюда, в этот мир, теперь прикидываешься невинной овечкой. А я, между прочим, пыталась левитировать, когда ты грохнулась с дерева, чтобы ты, дура, не убилась.

Она сказала — приволокла в этот мир? Куда?

— Стоп! — я выставила руку вперед. — Повтори!

— Как есть глухая! — тяжело вздохнула метла, — Говорю лапищами своими загребущими…

— Да не это! Я тебя приволокла в этот мир?

В глазах метлы отразилась вселенская тоска. Она даже, как будто, покачала головой.

— Ну а кто еще? — возмутилась она, — Ты меня схватила, полезла на дерево, болящая. Ветка сломалась, ты стала падать, я пыталась левитировать, да только бестолку! Мы провалились в портал, а ты в меня вцепилась, как умалишенная. Всю душу из меня вынула.

У меня голова шла кругом от предоставленной информации. Шиза косит наши ряды… Это ж как надо было удариться головой, чтобы потом на полном серьезе разговаривать с веником?

Дверь внезапно распахнулась. На пороге стоял тот самый мрачный тип, который так беспардонно взял меня на руки и принес сюда. Теперь я могла рассмотреть мужчину более детально. Высокий, на вид примерно тридцать пять — сорок лет. Темные волосы, светло-карие, почти янтарные глаза, правильные, но немного жесткие черты лица и довольно внушительный разворот плеч. Видный мужик, что уж говорить. Везет кому-то!

Мужчина перешагнул порог комнаты и приблизился к кровати, пристально глядя на меня. Чего он так смотрит? Будто я совершила страшное преступление. А что, если… Я похолодела. Может я упала на кого-то из детей? Боже, нет!

— Ты побледнела! — взгляд мужчины слегка смягчился.

Да побледнеешь тут!

— С детьми все хорошо? — тихо спросила я.

Мужчина кивнул. Я облегченно выдохнула, но на всякий случай уточнила:

— Со всеми?

— Да!

— Слава богу!

— Слава кому?

Точно, издевается!

— Кто любит Хому и Ерему! — фыркнула я.

Вообще странный мужик. То слово «Привет» ему не понравилось, то теперь переспрашивает про бога,