Настя. Горячая штучка - Тайна Ли

Ветер растрепал и без того лохматые волосы. Сквозь чёлку она успела различить всего несколько фигур, все пугающе большие. Среди них её главный кошмар. Наверняка смотрит на никчемушницу, по недоразумению ставшую его секретаршей, сквозь презрительный прищур. Если сердце не разорвётся от горя, то она точно умрёт от стыда.

* * *

От явления Данилы с незнакомой девушкой Олега аж тряхнуло. Он что, берега попутал? Да за такое его мало на компост пустить! А коза эта драная ещё и виснет на в конец офигевшем долбоящере, будто они любовники! Кулаки сами собой сжались. Костяшки зачесались, так хотелось стереть довольную улыбку с наглой рожи. Тем более Кипренский выбешивал его с первого дня знакомства.

Нет, ну не может такого быть! Дэн, конечно, Ходок и кобель каких мало, но точно не идиот. Железная Пол не допустит лядства на своей территории. Мужики тоже напряглись, приготовились отразить угрозу. А этому офисному планктону хоть бы что: тискается со своей козой!

Олег решительно двинулся к обжимающейся парочке. Вблизи оказалось, что всё не так просто. Девчонка насквозь мокрая и больше напоминает марионетку с обрезанными нитками. Хозяйка дома пытается увести её в тепло, но та явно не может идти сама.

Голова в шлеме безвольно поникла, покрасневшие от холода руки нервно сжимают плечи. От женской фигурки идёт ощущение пронзительной беззащитности. Она будто птичка, замерзающая на ледяном ветру. Вся как немой крик о помощи. Сколько их таких повидал Олег во время службы…

— Олежек, ты помоложе, отнеси девушку в дом…

О, а это уже к нему. Отнесёт, конечно, совсем не трудно. Он в два шага оказался рядом, подхватил на руки тонкое тело. Свежий цветочный аромат пощекотал ноздри. Он не разбирался в дамских штучках, но запах этих духов ему понравился.

Девчонка действительно совсем заледенела. Олег попытался покрепче прижать её к себе, чтобы хоть немного согреть, — но не тут-то было. Она прижала к груди сжатые в кулачки руки, создав преграду между их телами. И вообще вся сжалась в комок, будто он её тащит убивать или насиловать.

Твою ж мать! Неужели⁈ Нет, одежда цела, только вымокла. На жертву уличного насилия не похоже. Данила стянул со своей пассажирки шлем, Олег попытался заглянуть в лицо незнакомки. Мешают волосы. Только распухший от слёз носик торчит наружу. Сквозь чёлку на мгновение сверкнули испуганные глаза. Девушка окончательно закаменела. Кто же её так обидел?

— Куда её, Полина Станиславовна?

Хозяйка дома уверенно пошла впереди, придерживая двери. Олег всё больше нервничал, ощущая нездоровую дрожь женского тела в своих руках.

— Давай на второй этаж, в гостевую у лестницы, — Полина Станиславовна пошла быстрее. — Там есть махровый халат и Томочкин спортивный костюм. Девочку надо согреть и переодеть.

Болтовня женщины дошла до мозга. Это чего она удумала? Он, конечно, всегда рад помочь, но вряд ли незнакомка это оценит. Только как об этом сказать Пол? Слишком за годы знакомства въелась привычка выполнять её просьбы.

— Э-э-э…

— Чего стоишь блеешь, шевели ногами! — пожилая дама стрельнула в Олега понимающим взглядом. — Кто ж тебе, оболтусу, такое сокровище доверит? Сама справлюсь, ты только донеси её до ванны.

— Как прикажете! — он не смог срыть облегчения в голосе.

— И не ори ты у неё над ухом, чурбан бесчувственный, — зашипела Полина Станиславовна. — Не видишь, в шоке она.

— А что случилось-то? — он не удержался от вопроса.

Вдруг стало очень важно понять, что угрожает этой птичке. Сердце защемило в желании прикрыть её собой от любой опасности. Такого с Олегом ещё не случалось и он с удивлением посмотрел сперва на по-прежнему напряжённую девушку на своих руках, а потом на хозяйку.

— Сейчас разберёмся, — она нахмурилась, что обычно означало напряжённую работу мысли. — Даня её точно знает, расскажет.

— Куда её? — Олег замер у входа, поглядывая на кровать.

Он надеялся, что сейчас оставит незнакомку на попечение хозяйки, а сам пойдёт вытряхивать правду из Ходока. В этом доме старым прозвищем Данилу называл только Олег. Очень уж оно подходит кобелиной натуре Томкиного ухажёра.

— Давай вот сюда, опускай в ванну, — Полина Станиславовна придержала дверь, пропуская Олега вперёд.

— Прям в одежде? — у него ёкнуло сердце.

Не дай бог, прикажет раздеть! Почему-то такое обращение с замёрзшей птичкой казалось парню недопустимым. Он бы ни за что не прикоснулся к ней без разрешения. Женщина повелительно махнула рукой и отвернулась к шкафчику для рыльно-мыльных принадлежностей.

Олег осторожно опустил свою ношу в ванну. Руки дрогнули, осторожно убирая налипшие к лицу пряди. Хорошенькая. Даже с припухшим носом и зажмуренными глазами. Смотреть на свернувшуюся в позе эмбриона девушку было больно. Слишком она беззащитная и несчастная.

— Конечно, мне так будет проще. Вещи в стиралку потом засуну, — уже задумчиво бормотала Пол, расстёгивая джинсовую курточку. Она вдруг подняла на парня тяжёлый взгляд стальных глаз. — Ну чего встал, иди отсюда.

Он вылетел из гостевой комнаты и кубарем скатился вниз. Мужики неторопливо хозяйничали на кухне. Ходок потягивал пиво. Козлина! А если понадобится куда-то ехать? Вдруг его пассажирке поплохеет?

— Ты что себе позволяешь, кобелина? — Олег сам не понял, как оказался возле Данилы и за грудки сдёрнул его с дивана. — Совсем берега попутал⁈

Зазвенело разбитое стекло, в горло парня упёрлись острые края разбитой бутылки. Байкеры не зря считали Ходока отморозком, несмотря на его должность в реале.

— Руки нах убрал от меня, щенок, — шею закололо ощутимее. — Пока я тебе не нарисовал улыбку на мрачной харе.

— Порву! — багровая пелена ярости упала на сознание Олега.

— Попробуй, — оскалился ему в лицо Данила.

Глава 2

Она страдала, а её всё несли и несли. Чужие руки обжигали даже сквозь одежду. Настя беспомощно сжалась в комочек, приложила к груди кулачки. От напряжения тело била крупная дрожь. Хотелось уменьшиться до размера горошины, провалиться сквозь землю и раствориться в воздухе. Она же весит чёрт знает сколько! Стыдно-то как…

Рядом жужжал женский голос, но кровь так громко шумела в ушах, что Настя ни слова не могла разобрать. Мужчина вдруг остановился. Она поёрзала, попыталась выбраться из чужих объятий. Он лишь перехватил её поудобнее. Скрипнула дверь. Настя задёргалась, вырываясь, и оказалась в ванне.

— Так, дорогуша, хватит разлёживаться, — строгий голос выдернул из душного стыда. — Надо раздеться и принять горячий душ, не хватало тебе заболеть.

Сильные руки потянули за курточку, заставляя сесть. Настя открыла глаза и огляделась. Обычная ванна. Белая. Несколько бутылок: гель для душа, шампунь,