Греховные обязательства - Грейси Бек

я злюсь, я плачу; это проблема, о которой стоило бы поговорить с терапевтом, но у меня нет на это денег, так что сейчас лучшим вариантом кажется утонуть в травмах детства.

Я думала, он — тот самый идеальный парень, которому стоит отдать девственность, а он месяцами меня разыгрывал. Врал, просто чтобы затащить в постель.

— Ты меня слушаешь, Айви?

— Нет, — отвечаю я, обувая кроссовки; носки где-то затерялись в его комнате. Не стану тратить время на их поиски.

Злость маской ложится на его лицо, он фыркает:

— Блядь, для девчонки, которая понятия не имеет, что делает, у тебя слишком много гонору. Я оказал тебе услугу, трахнув тебя, Айви.

Горло сжимается от боли, я бросаю на него яростный взгляд:

— Да что с тобой не так?

— Никто не хочет трахаться с той, кто ничего не умеет, — ты должна быть благодарна, что я взял это на себя и теперь ставлю тебя в известность.

Я не отвечаю ему, хватаю телефон с прикроватной тумбочки и бросаюсь к двери.

— Не плачь, детка, — слышу за спиной. — Найди меня, когда научишься делать минет, и, может быть, я расскажу команде, какая ты классная. Уверен, девчонка вроде тебя будет в восторге, когда вся команда выстроится в очередь.

Ярость захлестывает меня, я стискиваю зубы, сбегаю вниз по лестнице и благодарю Бога, что в доме больше никого нет.

И что я только нашла в этом самовлюбленном мудаке?

— Это было унизительно, Чарли, — говорю я, надувшись, и запихиваю в рот еще один зефир.

— Есть и другие парни, Айви. Не все они эгоистичные говнюки.

— Дело не в этом. Я больше не хочу этим заниматься, — я почти ною, а потом съеживаюсь от звука собственной жалобы. — Какой в этом смысл? Все оказалось вовсе не так здорово, как пишут в книгах, и на деле вышло… — я вздыхаю, пытаясь подобрать нужное слово, — так себе.

И самое ужасное? Дело даже не в плохом сексе.

А в том, что он притворялся, будто ему не все равно, — лишь бы получить желаемое.

Использовали и выбросили.

Вполне ожидаемо. Можно было бы уже привыкнуть к мысли, что я никогда не буду достаточно хороша, что мне всегда будут врать.

Я качаю головой и впиваюсь взглядом в лучшую подругу:

— Он не был ни Кассианом, ни Роуэном, ни даже Грифоном Шором.

— Это книжные персонажи, — с нарастающей улыбкой говорит Чарли, протягивая руку за зефиром. Розовым. Фу.

— Вот именно! Почему я не могу найти мужчину, похожего на парней из «Подготовки в Ханнафорде» или на тех четырех психопатов?

— Разве они не пытались ее убить?

— Дело не в этом, Шарлотта. Во всех этих книгах секс кажется таким простым и естественным, и все они точно знают, что делать!

— Айви…

— Просто жаль, что нет какого-нибудь руководства, которое научило бы, что нужно делать… — едва я произношу эти слова, как они кажутся идеальным решением, — …типа пошаговой инструкции. — Я смотрю на Шарлотту, глаза загораются от этой мысли.

Идеально.

Шарлотта на секунду теряется, и я вздыхаю:

— Он назвал меня неумехой.

Ее лицо мрачнеет от этих слов, в голубых глазах вспыхивает гнев.

— Мудак. — Она задумывается на секунду. — А как насчет всех этих журналов? В них полно статей. Советов…

Я качаю головой и опускаю подбородок на ладони:

— Нет, это не то. Мне нужна всего одна книга — такая, чтобы в точности подсказывала, что я хочу знать и когда хочу знать, словно по волшебству.

Она усмехается над моими словами.

— Ты многого хочешь, Айви, — мягко говорит Чарли; ее темные волосы легкими волнами обрамляют лицо. Глаза широко раскрыты, но в них пляшет веселье.

Я вздыхаю и опираюсь на локти:

— Знаю, — прикусываю губу. — А если я наконец заведу парня, но не буду четко понимать, как действовать, и он со мной расстанется, или… — я смотрю на Чарли. — Я не хочу чувствовать неуверенность в сексе. Мне хочется разбираться в том, что происходит.

— Не позволяй глупому мнению Дейна задевать тебя. Он просто какой-то парень.

— Да, какой-то парень, который назвал меня неумехой. А что, если он прав? — я приподнимаю бровь. — Ты не понимаешь, Чарли: у тебя были парни, ты что-то пробовала. У тебя есть опыт.

— Я все еще не трахалась с кем-либо, — добавляет она, и я знаю, что она пытается мне помочь, но…

— Да, но тебя приглашают на свидания… ну… раз в неделю.

Она игриво закатывает глаза, затем бросает на меня сердитый взгляд:

— Это преувеличение.

Я вздыхаю:

— Ты понимаешь, о чем я. — Боже, я сейчас закатываю самую жалкую вечеринку жалости к себе. — Меня никогда никуда не приглашали. Парни так на меня не смотрят. Я начинаю думать, что я непривлекательна.

— Айви, — начинает Шарлотта, — парни постоянно на тебя пялятся, просто ты этого не замечаешь.

— Тогда почему они не приглашают меня на свидания? Мне двадцать один, и у меня никогда не было парня. Я только сегодня утром потеряла девственность с единственным парнем, который уделил мне хоть каплю внимания, — я откидываю голову назад, когда до меня доходит осознание. — И он оказался мудаком, а я все равно бросилась к нему в объятия.

— Ты не бросалась к нему, — говорит Шарлотта — не резко, но достаточно, чтобы я посмотрела на нее. — Он врал и играл с тобой. Даже я два месяца думала, что он хороший парень. Ты не виновата в том, что он — членоголовый и использовал тебя.

Я прикусываю губу:

— Ты же знаешь, он практически признался, что все это было ради того, чтобы поддеть Леона?

Чарли хмурится, скрещивает руки на груди:

— При первом же удобном случае я оторву ему хер.

Я выдавливаю смешок, а потом говорю:

— Знаю, что ты еще не спала с кем-либо, но у тебя был другой опыт. У меня же вообще ничего нет, и я не хочу, чтобы такая мелочь, как отсутствие опыта, мешала отношениям.

Если меня вообще когда-нибудь снова пригласят на свидание.

— Ты же знаешь, как сейчас обстоят дела со свиданиями: люди трахаются друг с другом еще до того, как между ними появляется какая-то связь, а я просто… не знаю. Я так не могу, — вздыхаю я. Ненавижу, что мнение какого-то парня заставило меня чувствовать себя неуверенно.

Особенно мнение Дейна Чеймберса. Что я вообще в нем нашла?

Мы замолкаем на секунду, каждая погружается в свои мысли, а потом я замечаю, что Шарлотта выпрямляется:

— У меня, кажется, есть идея.

Я смотрю на лучшую подругу, приподнимая бровь.

— А что, если ты найдешь кого-то, кто сможет тебе помочь?