Удержи меня - Наталия Лурозе

Как раз в этот момент я вижу, как он входит через двойные двери. Он достаточно похож на свои фотографии, чтобы я сразу его узнала, но снимки на моем мобильном телефоне не передают всей его красоты.

Когда я смотрю на него, в животе у меня порхают бабочки. Темные волосы на его голове взъерошены, как будто он постоянно проводит по ним руками. Небритая щетина покрывает его острую линию подбородка, что только делает его еще более привлекательным. С руками, засунутыми в карманы черных джинсов, он выглядит уверенным, комфортно чувствуя себя в своей коже, когда подходит ко мне.

— Я не думал, что ты придешь, — голос Гранта такой, как я и ожидала: глубокий и хриплый.

Я облизываю губы, услышав его голос.

— Я не была уверена, что приду, — говорю я ему.

Даже после того, как все было договорено, я два дня раздумывала, не отменить ли встречу. Возбуждение смешалось со страхом и тревогой, и эта смесь эмоций вызывала у меня тошноту.

Он прислонился к бару, и одна сторона его рта поднялась в хитрой улыбке.

— И почему же?

Он улыбается непринужденно, и когда он спрашивает, то кажется искренне любопытным, а не осуждающим. Его энергия притягивает меня к нему, маня, как прохладный ветерок в теплый день.

— Не знаю, — говорю я, пожимая плечами. — Наверное, я просто нервничала.

— Это понятно. — Он пожимает плечами. — Я бы больше беспокоился, если бы ты не нервничала. — Он снова улыбается, обнажая ряд жемчужно-белых зубов, и при этом виде все беспокойство как будто тает. — Мы можем остановиться в любой момент сегодня вечером, Бейли. Я буду действовать медленно, но если станет слишком тяжело, просто скажи стоп слово, и все остановится.

— Банан, — говорю я слово-пароль, которое мы договорились использовать в SMS.

Грант смеется, и этот хриплый звук заставляет меня сжать бедра.

— Хорошо, скажи «банан», и все закончится сегодня вечером. Я помою тебя, и мы сможем провести остаток ночи, делая все, что ты захочешь.

Эта часть меня удивляет. Я думала, что произнесение безопасного слова просто заставит его уйти. В конце концов, он здесь ради секса, верно? Так что, если я уберу это с повестки дня, у него не будет причин оставаться...

— Как насчет того, чтобы сначала выпить бокальчик? — Грант кладет ладонь мне на плечо, вес его руки успокаивает меня и вырывает из моих мыслей.

— Конечно, — киваю я. — Вообще-то, может быть, пять.

Он смеется, махая бармену, и заказывает два фирменных мартини клуба.

После того, как бармен поворачивается, чтобы взять джин, Грант наклоняется ко мне, обнимая меня за талию, и прижимается губами к моему лицу.

— Только один, Бейли, — шепчет он, едва слышным голосом. — Я хочу воплотить твою грязную фантазию в жизнь сегодня вечером, и если ты выпьешь больше, у нас ничего не получится. — Его глубокий голос в сочетании с грязными обещаниями вызывает дрожь возбуждения по моей спине.

— А если я выпью второй? — я поднимаю бровь, задавая вопрос. Может быть, я испытываю его, проверяя его пределы, как это делает непослушный подросток, но мне нужно знать его ответ.

— Тогда я отвезу тебя домой, как джентльмен, и провожу до входной двери, — отвечает он без паузы, не отрывая глаз от моих, как будто ждет, чтобы увидеть, как я отреагирую на его ответ.

— Ты не будешь трахать меня?

— Я даже не прикоснусь к тебе, разве что поддержать тебя, когда ты будешь выходить из двери на этих каблуках.

Его взгляд скользит вниз, на пятисантиметровые каблуки, которые я решила надеть. Оглядываясь назад, можно сказать, что это была плохая идея. Он, наверное, прав, когда говорит, что я буду спотыкаться, выходя отсюда.

Я действительно это делаю? Я действительно собираюсь трахнуться с мужчиной, которого встретила в интернете?

Может, это неправильно. Может, со мной что-то не так, раз я хочу, чтобы Грант отвел меня наверх и сделал со мной все те грязные вещи, которые он обещал, но я ничего не могу с собой поделать. И теперь я не могу отступить.

Я хочу, чтобы он использовал мое тело. Я хочу, чтобы он связал меня и сделал со мной все, что захочет. Грязно, неправильно, плохо, как бы то ни было, я не могу ничего поделать с тем, что мое сердце начинает биться чаще, когда я об этом думаю.

Мне нужно это сделать.

— Хорошо, — улыбаюсь я. — Тогда только один напиток.

— Молодец, девочка, — он практически мурлычет эти слова, и от его комплимента я чувствую, как жар разливается по всему телу.

— Когда мы пойдем наверх? — спрашиваю я, когда официант приносит два мартини и ставит их перед нами вместе со счетом. Грант пишет свое имя внизу чека, прежде чем взять два напитка и протянуть один мне.

— В конце концов. — Уголок его губ поднимается в кривой улыбке. — Давай сначала расслабимся и насладимся нашими напитками.

Он улыбается, как будто знает, насколько я уже возбуждена. Как будто он наслаждается тем, как он меня раздражает.

— Ты делаешь это специально, да? — спрашиваю я, надув губы.

Это только заставляет улыбку Гранта стать еще шире.

— Бейли, — он ругает меня мрачным смехом, который не помогает моему растущему возбуждению. — Я бы никогда.

Я чувствую сарказм в его коварной улыбке. Я хмурюсь, прищуривая глаза.

— Я хочу, чтобы ты... сделал то, что обещал.

— И я сделаю, — уверяет он меня, прежде чем сделать долгий глоток мартини. Я наблюдаю, как его горло поднимается и опускается, когда он глотает алкоголь, прежде чем его глаза снова встречаются с моими. — Но ты должна быть терпеливой, Бейли. Ты сможешь, правда? Ты сможешь быть моей хорошей девочкой?

Когда его голос становится глубже на последней части похвалы, что-то внутри меня успокаивается с незнакомым, но приятным желанием, отчаянно стремясь быть только его хорошей девочкой.

Я неохотно киваю головой.

— Скажи мне, — подталкивает Грант. — Кивать головой сегодня вечером будет недостаточно. Мне нужен твой устный ответ, Бейли.

— Да, — говорю я, и Грант награждает меня еще одной улыбкой, от которой мое тело согревается рядом с ним.

Я помню его фантазию из его профиля. Я не могу ее забыть, вероятно, потому что прочитала ее уже не один раз. На самом деле, больше двух раз. Она так идеально совпадала с моей, как я могла не перечитать историю, которую он изложил.

Но одна вещь привлекла мое внимание. Когда его партнерша по фантазии обращалась к нему, она называла его «сэр».

— Должна ли я... — я замолкаю,