Случайные? Нет! Предначертанные судьбой - Леонида Вик

— Сбрасываешь напряжение? Впрочем, — она ткнула в него указательным пальцем, — не продолжай. Детали мне ни к чему.

Девушка развернулась, и на пороге обернулась. Глаза сухие, голос холодный, спина вытянута в струнку:

— Домой приедешь к десяти вечера. Вещи я соберу и выставлю за дверь — заберешь. Свадьбы не будет. Мы закончили.

Она сняла помолвочное кольцо и положила его тут же, на какую-то полку.

— Свободен, Солдатов!

— Аня! Да послушай же! — крикнул он в спину.

Анна вышла, захлопнула за собой дверь и повернула в замочной скважине ключ, торчащий там.

Она слишком хорошо знала Диму, он ведь рванет за ней. А она не могла сейчас смотреть на предателя и не могла слышать его голос. Физически не могла.

Ничего! Не задохнуться! Там окно есть. Да и телефоны у них при себе имеются. Позвонят кому-нибудь, выпустят голубков.

Анна шла по коридору в сторону выхода. Шла, не оборачиваясь и не реагируя на его крики, доносящиеся из подсобки.

Она вышла из ресторана, села за руль и сразу уехала. Куда? Всё равно куда, главное, что отсюда.

В подсобке остались тишина, запах пота и слишком сладких духов, а на полу — маленький клочок бумаги: чек из ателье, где лежало её свадебное платье. Забирать она его уже не придёт.

Глава 3

Анна лежала на диване третий день. Шторы были задернуты, телевизор молчал, телефон на беззвучном сигнале, а в вазе на тумбочке засохли цветы — Дмитрий подарил их ей ещё до того, как всё рухнуло.

На градуснике упрямо держалось тридцать восемь и два. В душе — минус бесконечность.

Во входной двери щелкнул замок, но Анна даже не повернула голову. Сейчас к ней мог прийти только один человек.

— Ты как, болящая? — Юлия с порога скинула кроссовки, прошлёпала на кухню. Следом звякнула кружка, зашумела работающая микроволновка. — Бульон тебе принесла. Куриный. Не вздумай отказываться.

— Не буду, — выдохнула Анна в подушку.

Через пять минут Юлька уже сидела на краю кровати, держа в руках большую дымящуюся кружку с ароматным бульоном.

— Садись, — скомандовала, — утром сегодня варила для тебя. На домашней курочке.

Анна нехотя приподнялась — тело ломило, каждый сустав ныл. Но спорить с подругой было бесполезно, поэтому она села, устроив подушку под спину, забрала из рук подруги кружку, сделала глоток. Горячий бульон скользнул внутрь, согревая и смягчая сухость в горле, и на секунду Ане стало легче.

— Ну, — Юлька одобрительно кивнула, но уходить не собиралась, зорко следя за подругой, чтобы она выпила всю кружку. — Как ты тут?

— Как видишь, — Аня пожала плечом, — болею, температура…

— Я не про температуру! Я про то…

— Не надо, Юль, — Анна вернула подруге пустую кружку и устало откинула голову, уперев затылок в высокий подголовник кровати. — Не хочу говорить про этого урода.

— А зря, — Юлька вздохнула. — Потому что он вчера заявление из ЗАГСа забрал. Сам. Не дождался, пока ты оклемаешься.

Анна моргнула, потом усмехнулась — горько, сухо:

— Ну, молодец, чего уж. Хоть здесь мне не пришлось самой.

— Аня, ты прости, но я скажу, — Юлька подалась вперёд. — Он — козёл. И чем быстрее ты это примешь, тем лучше. Не плачь по нему.

— Я не плачу, Юль.

— А вот это правильно! Вот это ты молодец! — поддержала Юлька подругу, потом, словно решившись, выдохнула: — Слушай, у меня к тебе предложение.

— Какое? — Анна закрыла глаза. После выпитого бульона захотелось спать.

“Вот бы уснуть и проснуться потом… когда-нибудь… когда всё забудется. И Димочка со спущенными штанами и синяками на подтянутой заднице, и Анжелика с размазанной помадой и вообще всё” — подумала вяло.

— Ты должна уехать! — выпалила Юлия.

Анна распахнула глаза, подняла бровь, думая, что ослышалась.

— Чего? В смысле? Куда уехать?

— Не ради этого козла, ради себя, Ань! — Юлька затораторила, боясь, что Анна её не дослушает. — Ты посмотри на себя: третий день в четырех стенах, в темноте и полной тишине! От еды отказываешься, на звонки не отвечаешь. Тебе нужна смена места и картинки.

— И куда ты меня собралась сослать? — Анна чуть дернула губами в слабой попытке улыбнуться.

— В горы, — Юлька достала телефон, развернула его экраном к подруге. — Алтай. Домик на турбазе. Лес, река, тишина, чистый воздух, красоты, как на картинке. Никаких недотраханных сук и похотливых козлов! Только ты и природа.

Анна скользнула взглядом по фото: горы, сосны, узкая река, деревянные домики, стоящие на удалении друг от друга. Красиво. Но внутри всё сжалось при мысли о том, что они планировали свадебное путешествие на берегу океана.

— Юль, я не хочу никуда ехать. Тем более одна, — вздохнула.

— А ты не одна поедешь! Я с тобой, — тут же заверила её подруга.

— Ты? — Анна удивилась. — А как же твоя работа? Отчеты, налоги и всё остальное?

— А я взяла отпуск. Тем более, что еще не гуляла в этом году, — Юлька улыбнулась. — Я уже всё решила — домик нам забронировала, билеты купила, вылет завтра, чемодан твой я соберу. И не спорь!

— Что значит “уже решила”, Юля? — Анна попыталась сесть прямее, но голова закружилась. — Ты без меня и моего согласия купила билеты?

— Ага. И турбазу забронировала! — подруга широко улыбалась: — Повторяю для слабо соображающих в виду болезни на нервной почве: Турбаза, домик на двоих на берегу речушки, с банькой, которую хозяин топит по просьбе отдыхающих хоть каждый день.

— Юля! — Анна попыталась грозно рявкнуть на подругу, но само собой, у неё это не получилось.

— Что “Юля”? Ну что “Юля”, Ань? — подруга сложила руки на груди. — Я уже скоро тридцать пять лет, как Юля! И почти тридцать из них твоя подруга! Ты лежишь и таешь, как мороженое в жару, из-за какого-то мудака, а я должна смотреть на это и ничего не делать? Ты бы так поступила?

Анна отрицательно качнула головой.

— Вот! И я так не могу. Поэтому собирайся, подруга, завтра утром вылетаем.

Анна хотела возразить. Открыла рот — и тут же закрыла. В глазах Юльки стояла такая решимость, что спорить было бесполезно. Она знала подругу: если та сказала “едем”, значит, поезд уже стоит на перроне.

— Хорошо, — выдохнула и откинулась на подушки. — Только одно условие.

— Какое?

— Никаких курортных романов. Никаких “Аня, посмотри, какой мужик!” Никаких “Аня, мы только посидим с ним за одним столиком”. Поняла меня? Обещаешь? Я не готова. Ни к каким мужчинам, ни к каким знакомствам и ни к каким сидением за столиками. Только лес, только река, только баня.

Юлька широко