Пара для волка - Ольга Сергеевна Шерстобитова

дней до смерти бабушка, словно предчувствуя что-то, а быть может, просто пришел нужный час, заговорила со мной о моем будущем. Выбор ведь был совсем невелик. Мне стоило, как и любой одинокой девушке в двадцать лет, которой я и была, выйти замуж и создать свою семью. Определиться нужно лишь, хочу ли я остаться в деревне, выбрав жениха себе здесь, либо, встретившись в начале осени с отцом, вернуться с ним в город и устроить свою судьбу там.

В первом случае, даже когда выйду замуж, у меня останется возможность заниматься травничеством, любимым с детства делом. Пусть я и не ведьма, не имею магического дара, но даже такой простой знахарке, как я, будут рады в моей деревне и всех соседних, откуда к нам с бабушкой всегда приходили за помощью. Это все же лучше, чем вообще не иметь никакой помощи. А еще рядом останется лес и то чувство свободы и тепла, что он мне дарит.

Другое дело – жить в городе, где возможностей в разы больше, и выйти замуж за того, кого подберет отец. Чтобы заниматься подобной работой там, необходимо получить соответствующее разрешение, сдать экзамены. С этим я наверняка справлюсь, но вот разрешит ли нечто подобное мой муж, тот еще вопрос.

И времени решить, что лучше, у меня уже не так и много, от силы полтора месяца оставшегося лета, если не меньше. Уже и местные парни ко мне приглядываются, и отец наверняка получил письмо, которое я отправила на днях, где рассказала о смерти бабушки.

Я прикусила губу, посмотрела вглубь неподвижной чащи, будто она могла помочь с непростым решением, способным изменить мою жизнь, сделать выбор между привычной, знакомой тропой и неизвестностью, за меня.

Постояла еще пару минут, а потом встряхнула головой, и светлая прядь, чуть отдающая рыжиной, выбившаяся из растрепанной косы, упала на щеку. Отгоняя невеселые мысли, я подхватила свою корзинку.

У меня еще есть время подумать, никто не требует принимать решение прямо сейчас.

Я шагнула на тропу, ведущую в сторону деревни, старательно не оглядываясь на чащу и не обращая внимания на привычное уже чувство тоски внутри, что возникало, когда покидала ее. Прибавила шаг, когда вдруг очень захотелось вернуться, протянуть руки, будто ветки могли расступиться и пропустить меня туда, в неизвестность, где я не чувствовала никаких чудовищ и зла.

До чего же сильны эти невероятные чары, того и гляди заманят внутрь, потому-то и не подходят к чаще близко люди, строго соблюдают бабушкин запрет столько лет. Это у меня какая-то невероятная способность оказываться случайно рядом с этим местом, не видеть заколдованной чащи издали, обнаруживать ее перед собой, когда стою уже в паре шагов от нее. И главное, как ни пытаюсь избежать этого места, все равно на него то и дело набредаю.

Я поудобнее перехватила корзинку и нырнула за деревья, в знакомый лес, где шелестела листва, хрустела под ногами хвоя, и то и дело щебетали птицы. Мне стоило поторопиться, чтобы успеть вернуться домой до темноты.

Глава вторая

Влад Белый

Лапы спокойно и привычно касались мягкой хвои и темно-зеленого мха, а нос улавливал знакомые ароматы леса – коры и листвы, грибов, высыпавших после недавнего дождя, пробежавшего с час назад, не больше, молодого оленя, ненавязчивый сладкий запах редких цветов. Я вдыхал полной грудью, наслаждаясь этим, и даже на время забыл, зачем отправился через лес, пока не выбежал к чаще. Она возникла передо мной черной стеной из переплетенных веток с острыми колючками, напитанная враждебной магией.

Я замер, припал к земле, прислушиваясь и принюхиваясь. Я, как и прежде, не чувствовал здесь опасности, но и надежда, что чары ослабли или исчезли, тотчас растаяла. Ничего не изменилось. Снова.

Эта чаща, скрывающая самое ценное, что есть у моей стаи – наш дом, так и стояла на месте. А ведь раньше вместо нее зеленел лес, окутанный защитными чарами, которые отводили чужаков от краев оборотней и хранили тайну нашего существования.

Кажется, это было только вчера, хотя миновало уже больше пятнадцати лет. Больше пятнадцати лет с того момента, когда обвалился берег реки, где стоит поселение моей стаи, и на песок из-под корней старой сосны выпал артефакт, напичканный темной магией. Она вырвалась тут же, ледяными злыми осколками поражая волков. Против нее не помогли тогда ни когти и клыки оборотней, ни мечи, ни попытки сбежать и скрыться… Всех она обратила в ледяные статуи.

Но словно и того, что моя стая приняла на себя основной удар, ей было мало, отголоски ледяного проклятья достигли и стаи моего двоюродного брата Ильгара. Магии, как выяснилось, все равно, что давным-давно одна стая разделилась на две, она воспринимала нас как единое целое.

Наконец, злая магия снята стараниями суженой Ильгара, но проклятие коснулось в моем поселении всего, что было наполнено магией, в данном случае – защитных чар, окружающих наш дом.

Я обернулся человеком, по-волчьи встряхнул головой и подошел к чаще. Протянул руку, надеясь, что она все же в этот раз пропустит меня, но вновь бессильно наткнулся пальцами на колючки, которые тотчас вспыхнули магией. Ветки сомкнулись еще плотнее, и когтя, если захочешь, теперь не просунешь. Я глубоко вдохнул, снова стал волком и побежал вдоль этой магической лесной стены. Время от времени останавливался, пробовал прикоснуться к защите опять и опять, надеясь найти хоть какую-то прореху… Ничего.

Я сжал кулаки, уткнулся лбом в ствол сосны. Я вожак, надежда и опора стаи, ее дух и сила, но сейчас… опять вынужден вернуться к ним ни с чем. Стукнул по стволу, будто это могло помочь, но чаща, замершая в двух шагах от меня, по-прежнему осталась безмолвной.

Я несколько раз глубоко вдохнул, возвращая себе контроль над эмоциями.

Нет уж, я не сдамся! Не на того напали!

Я развернулся и отправился обратно, к временной стоянке моей стаи. Еще один, кстати, непредвиденный поворот в моей жизни, – оборотни, которые все до единого отправились со мной, несмотря на предложение Ильгара остаться в его поселении, под его защитой, пока не откроется путь к нашему дому.

Предложение двоюродного брата было разумным. Он давал мне возможность разобраться с чарами чащи, не отвлекаясь на непростые отношения с собственной же стаей.

До ледяного проклятья я был вожаком всего год, только-только тогда успел навести порядок и установить власть. Со счету сбился, сколько раз сходился в поединках, усмиряя самых ретивых волков, раз за разом побеждая их. В